Истинное естество. Обитель Древних (СИ) - Яцула Олег - Страница 10

— Кай, ты мог бы попросить еды у меня, а не пытаться ее воровать у уважаемых экспедиторов, — железным тоном обратился я в сторону высокой травы.

Через пару секунд оттуда донесся недовольный мявк, после чего белоснежный питомец вылез на поляну и под удивленные взгляды абсолютно всех наемников прошествовал ко мне и улегся на живот с молящими глазами.

— А я-то думал там змея какая, как он это там так спрятался, белый же, я ж не один его не видел? — спрашивал у своих товарищей Шон, на что в ответ получал отрицательное покачивание головой.

— Что ж, поразительно, питомец баланцер это невиданная редкость, надеюсь он станет достоянием вашего рода, — первым взял себя в руки Арес, что, впрочем, продлилось недолго. — Эй, кто там?! Шон, ты там от удивления совсем субординацию потерял, ты чего шаришься в моем мешке?

— Так это, капитан, я тута, и руки вот, — начал оправдываться толстячок.

Явно не ожидавший такого Арес дернулся к заплечному мешку, но воришки уже и след простыл. Крутясь на месте, наемник не мог понять, кто совершил такое дерзкое ограбление и что украл, да еще и в такой нестандартной ситуации, пока рядом с ногами Милисы не материализовался еще один питомец. Герда, задрав нос перед братом, с превосходством жевала явно великоватый для нее кусок мяса. Как только она не порвала заплечный мешок воину. Поразительные животные.

— Двое, — ошарашенно выдохнул Шон. — Это ж какой знатный род.

— Собственно я нашел что за род, — наконец подал голос Фолин явно не наблюдавший за окружающей обстановкой. — Извините что просто не спросили у вас напрямую, но мы должны были знать наверняка какой вы род представляете.

— Да не томи уже, — в унисон заговорили братья близнецы. — Вечно ты тянешь и разглагольствуешь, мог бы просто назвать род.

Все слова братья говорили в унисон будто сговорились специально, но вот искренний смех в конце явно намекал что они не специально.

— Ма’Фон, сгинувший правящий род ледяных ангелов, — на выдохе наконец произнес Фолин, при этом попеременно смотря то на братьев, то на капитана.

Тишина повисла над поляной, только треск костра, да урчание Герды и Кая поедающих мясо нарушали ее. Я смотрел на команду экспедиторов и думал хватать ли Милису и питомцев или оставаться спокойным. Кто знал, что у них видящий. Хотя можно было догадаться если они уже упоминали о нашем аристократическом статусе.

Развязка ситуации оказалась крайне неожиданной, близнецы и капитан поклонились, просто поклонились, при этом сделали это с явным мужским достоинством.

— Чего это получается, как сгинули? А как живи то? Девка вон вообще валькирия, — недоумевая от того что его командир и сослуживцы кланяются кому-то мотал головой из стороны в сторону.

— Вы простите его, он немного недалекий, но добрый, — дал подзатыльник толстячку Фолин. — Уважай павших, помолчи.

И правда в молчании трое наемников склонились и стояли так почти минуту. А после того как разогнули спину, на лицах братьев не было былого веселья, а Арес стал и вовсе угрюм.

— Пожалуй нам и правда нужно поговорить, когда вы будете готовы, мы не станем занимать больше ваше время, — сказал капитан наемников, после чего отвел своих ребят в сторону от нашего костра где они стали разбивать свой лагерь.

Потирая виски, я обернулся к Миле, которая промолчала почти весь наш разговор с наемниками.

— Ну и что это было? — задал я единственный вопрос, который крутился в моей голове.

— Живой, — бросилась девушка мне на шею, не обратив никакого внимания на вопрос.

— Живее всех живых, ты чего? — отодвинул я ее от себя и вытер тельной стороной ладони слезы, текущие по ее лицу.

— Я думала, что ты там погибнешь, ночь же, а у тебя коня нет, там этих тварей было столько, если бы не Ветер, съели бы нас, — уткнулась она в мою грудь. — Ой, у тебя опять одежда порвалась, я зашью.

— Спасибо, думаю это будет кстати, — погладил я ее по голове и отстранил от себя стараясь отвлечь от мыслей о возможной смерти. — Так что все-таки произошло пока меня не было и чего это они спины гнули?

— Когда мы выбрались из пустоши, то разбили лагерь здесь, чтобы ты смог нас легко найти, но вместо тебя пришли экспедиторы, собирались меня в Милотус отправить, собственно ты прилетел всего на пять минут позже чем они появились, — присела она у костра достав из седельных сумок что лежали неподалеку флягу с чистой водой. — А что на счет поклона, то это традиция большинства наемников, чем ниже поклон, тем большее уважение выказывают солдаты. Воины удачи часто берут контракты на огромные деньги даже если знают, что умрут, оставляют средства семье и уходят в последний бой. Но когда наниматель не бросает необдуманно солдат в бой и даже в самых тяжелых условиях они выживают, тогда они чтят его и многие уходят к такому правителю в услужение. То, что ты видел, это дань памяти человеку. Я думаю они служили твоему отцу.

Глава 5

Больше ничего слушать и спрашивать мне не потребовалось. Одной последней фразы Милисы хватило чтобы сбить зарождающуюся во мне хладнокровность. Уверенность, появившаяся во время боя с Дибами и не пропавшая после встречи с тушей Байонда, сейчас она испарялась. Эти псы войны, наемники, они знали моего отца и скорее всего служили ему. Они явно лучше меня знают о нем и сейчас, когда мне представилась возможность спросить каким он был, я боялся.

Не слушая больше того, что мне говорила девушка, я, тратя только появившуюся ману активировал усиление и оттолкнувшись от земли взлетел, оставив под собой следы в продавленной земле и ничего не понимающую Милу что продолжала что-то кричать, пытаясь достучаться до меня.

Сколько себя помню я никогда не позволял себе дать слабину на виду у кого-то, и сейчас не бывать этому. Мои крылья работали сами по себе, не нуждаясь в понуканиях, как это было, когда мне пришлось лететь над пустошью. Взлетая все выше и выше, я совсем не задумывался о том куда мне полететь, я лишь поднялся ввысь чтобы побыть в одиночестве. Остаться наедине с собой.

И мне это удалось. Я висел в воздухе не меньше чем в сотне метров над землей и смотрел как где-то вдалеке разгорается утренняя заря. Первые лучи солнца еще не добрались до меня, но уже сейчас было видно, как прекрасен мир, в котором я оказался. Леса что тянулись на долгие километры были разделены тут и там лугами с заливной травой. Недалеко от нас виднеется город что даже не сразу можно заметить в этой зелени, настолько он сам увит различными растениями. Улучшившееся в последнее время в разы зрение находило края каменной кладки, выбивающиеся из-под плюща и цветов, распускающихся на плоских крышах зданий. Милотус — столица травяных драконов. Она была красива, даже прекрасна.

Зависнув в воздухе, я наблюдал как просыпался этот город, а на крышах и балконах трех и даже четырехэтажных домов, выходят самые ранние его жители. Отсюда не было видно какие они, все ли ходят увитые рогами или же среди них есть и обычные люди.

От созерцания жизни просыпающегося города меня отвлек резкий порыв ветра что на такой высоте был совсем не безобидный. Меня бросило в сторону и закрутило. Потеряв около десятка метров высоты и потерявшись в пространстве, я смог выровнять полет и вновь зависнуть. Только на этот раз взгляд мой упирался в даль пустоши. Уродливую проплешину, оставленную теми, кто отчасти повинен и в том, что я оказался тут. Последователи Хель, наверняка они сыграли не последнюю роль в уничтожении союза кланов. Нужно выяснить что произошло и как все было на самом деле. И начать я думаю стоит с наемников. Только обмоюсь, а то вонь мою не перебивает даже ветер, дующий с гор что, виднеются за Милотусом вдали.

Собравшись с мыслями и решив, что буду делать я начал спускаться к воде. Ветер оказал услугу и снес меня ровно к реке отчего мне только и оставалось что снизить высоту.

Опустившись до десяти метров над водой, я больше не смог терпеть и решил выплеснуть накопившуюся негативную энергию в безумном поступке. Сложив крылья, я рухнул вниз головой стремительно приближаясь к водной глади выставив перед собой руки для более мягкого вхождения в воду. Прижатые плотно к телу крылья придали мне вид неплохого по размерам снаряда, что влетел в воду почти не создав брызг. Удара как такового я даже не заметил, лишь прикрыл глаза погружаясь все глубже и глубже. Вода холодила и очищала сознание унося вслед за течением все тяжелые мысли и страхи оставляя за собой холодное спокойствие.