Чародейка - Деннинг Трой - Страница 49

— Я надеюсь, что ты теперь на собственном примере понял, что такое жизнь раба, жизнь с веревкой на шее, — прошептала Садира, отворачиваясь от отца.

Колдунья сомневалась, что отец узнал бы ее сейчас, будь с ним даже все в порядке. Она совершенно изменила свой внешний вид. Ее волосы, выкрашенные хной, приобрели красновато-коричневый оттенок, она подвела веки, сделав их черными, а под воздействием купленного на Рынке Эльфов порошка из коры драконового дерева ее кожа стала более темной. Вместо привычной блузки голубого цвета на ней сейчас было красивое зеленое сарами.

Прохаживаясь по рынку рабов, Садира и Ракха несколько раз останавливались и перед другими рабами, как будто оценивая их пригодность для работ по дому. Рынок рабов, принадлежащий Торговому клану «Шахит», был больше и пользовался большей популярностью, чем любой другой из тех, которые она видела до этого. Он представлял собой огромную, похожую на пещеру галерею, освещаемую солнечным светом, проникавшим сквозь громадные окна, и наполненную гудением голосов сотен пререкающихся и спорящих покупателей и торговых агентов. Высокий потолок галереи опирался на несколько сотен двойных арок и мраморных колонн. Покрытые пестрым ковром из цветущих вьющихся и ползучих растений, от которых исходил густой аромат, колонны были почти не видны.

Под каждым рядом арок проходил широкий проход, по бокам которого находились узкие ячейки, настолько маленькие, что в них едва помещались их несчастные постояльцы. Позади каждой из них поднималась высокая кирпичная стена. К ней были прикреплены веревки, концы которых вплетались в веревочные ошейники на шеях рабов.

Когда Садира и Ракха подошли к концу прохода, юноша спросил:

— Это и есть тот самый эльф, которого ты искала?

Садира кивнула, затем они зашли за колонну, настолько оплетенную вьющимися растениями, что ее мраморная поверхность была практически не видна.

— Я не видела никаких признаков присутствия в галерее жриц или кого-либо из царской охраны, — сказала она.

— Тем не менее они там есть, — ответил юноша. — Один из наших агентов пытался подкупить одного из них, но тот запросил непомерную цену за свои услуги. Торговый клан «Шахит» не желает продавать именно этого эльфа.

Причина, по-видимому, кроется в том, что, по мнению Джоджекта, он-то на самом деле и является твоим проводником. Поэтому принц решил использовать его в качестве приманки для тебя.

Они прошли мимо сухопарого старика, поливавшего из огромного ведра вьющиеся растения. Он был полностью поглощен своей работой и не обращал внимания на слезные просьбы своих товарищей-рабов дать им попить водички.

— Конечно, ты прав, — согласилась Садира, подозрительно глядя на толпу покупателей. Насколько ей было известно, не меньше половины женщин, одетых в сарами, можно было со спокойной совестью причислить к числу переодетых жрецов, а продавцы с гербом Торгового клана «Шахит» на одежде вполне могли оказаться переодетыми царскими охранниками. — Все было бы очень просто, если бы перед нами стояла задача всего лишь выкупить его.

Отправившись дальше по проходу, они добрались до того места, где Магнус и Хайар внимательно рассматривали длинные руки и квадратные головы двух тариков. Хотя Певец Ветров прибегнул к своей магии, чтобы залечить повреждения и раны, полученные во время вчерашней схватки, выглядел он усталым и был не в состоянии держаться прямо. Его шатало из стороны в сторону. На нем был темный бурнус с опущенным капюшоном. Одеяние казалось ему мало и не могло скрыть огромных размеров Магнуса, но, по крайней мере, прикрывало следы ожогов на его груди.

— Вы нашли отца? — спросил Хайар, который даже не побеспокоился о том, чтобы прибегнуть к маскировке. Если люди, посланные Джоджектом, и сновали среди покупателей рынка, они все равно не смогли бы отличить его от воина какого-либо другого клана. — Он вышел из ступора?

— Мы нашли его, но в его состоянии не произошло изменений к лучшему, ответила Садира. — Теперь скажи, наша договоренность все еще действует?

— Конечно, — ответил эльф. — При условии, что Фенеон полностью придет в себя и сообщит нам, где находится башня Пристан.

Садира вовсе не была так наивна, чтобы рассчитывать на добросовестное выполнение Хайаром своих обещаний. Сынок посулит ей все что хочешь, только чтобы она помогла спасти его отца. Но она была не вправе забывать и о еще одном важном обстоятельстве. Хайару будет нелегко простить ей смерть своего брата Гейфала. В то же время Садира отлично представляла, что произойдет после возвращения Фенеона и его последующего излечения. Он снова обретет утраченную было власть над членами клана, и окончательное решение о посещении башни Пристан останется исключительно за ним.

Тем не менее только обещание Хайара и ее собственная роль в спасении вождя могли реально помочь убедить Фенеона отправиться вместе с ней на поиски башни Пристан. Он мог, конечно, и отказать ей, но если это и произойдет, то произойдет не сегодня, и у нее еще будет время, чтобы продумать свои следующие шаги. Сейчас же на первый план выдвинулась задача спасения предводителя клана.

Гораздо большие опасения внушали Садире мотивы, которыми руководствовались Раин и Магнус, оказывая ей помощь. Они были достаточно хитры, чтобы не понимать, что она намеревается использовать противоядие с целью исцеления вождя, и тем не менее, будучи лицами, заинтересованными в обратном, почему-то согласились на сделку с ней с такой же готовностью, как и все остальные. Как теперь понимала Садира, у них могло быть для этого несколько причин. Они, например, как об этом неоднократно говорила Раин, хотели бы, чтобы Фенеон оставался физически здоровым. Но нельзя было исключать и того, что у них мог появиться и другой, запасной план, заключающийся, к примеру, в том, чтобы повторно использовать сохраненное ими отравленное вино.

Каким бы ни был их план, колдунья не собиралась помогать заговорщикам.

Пока же Бродяги Песков готовы проводить ее к башне Пристан, ее не волнует судьба Фенеона, по крайней мере, в этом она убеждала саму себя.

Садира повернулась к Ракхе.

— Так Клан готов помочь? — спросила она.

Прежде чем юноша успел ей ответить, оглушительный грохот раздался на другом конце галереи. По проходу до них донеслись крики перепуганных посетителей. Взглянув в ту сторону, откуда раздался грохот, Садира увидела столб пыли, поднимающийся от груды обломков, которые еще мгновение назад были аркой. Рядом с ней виднелся обрубок мраморной колонны, причем обвивавшие его растения все еще дымились. Садире стало ясно, что все это результат колдовства.

Ракха с улыбкой посмотрел на свою спутницу.

— Клан уже действует. Для начала выясним реакцию противника, — пояснил он.

Галерея наполнилась тревожными криками, и часть посетителей устремилась к выходу. Несколько представителей «Шахита» присоединились к ним, бросив на произвол судьбы испуганных рабов. Большинство же продавцов осталось на своих местах, убеждая потрясенных случившимся клиентов, что разумнее всего для них было бы не поддаваться панике и довести дело до заключения сделки.

Те из них, кому попались нервные клиенты, ухитрились даже воспользоваться создавшейся ситуацией, пытаясь извлечь из происходящего выгоду для себя.

Они просто крепко держали за руки своих перепуганных клиентов, прозрачно намекая им при этом, что не отпустят их, пока те не заключат сделку.

Только небольшая группа охранников, вооруженная щитами, на которых был изображен герб Торгового клана «Шахит» — три стрекозы, — бросилась к разрушенной арке. Больше желающих выяснить, что же произошло, не нашлось.

— Если здесь и находятся жрицы Джоджекта, они предпочитают не афишировать свое присутствие, — заметил Ракха. — Скажешь мне, когда будешь готова к следующему шагу.

Садира перевела взгляд на Хайара.

— После того что случилось сегодня, я думаю, что Торговый клан «Шахит» будет жаждать отмщения. И отыграется он на клане Фенеона, — сказала она. Надеюсь, что ты был прав, утверждая, что вам будет совсем не трудно забрать своих канков и исчезнуть из города.