По ту сторону зеленой сетки (СИ) - Шерола Дикон - Страница 15

Дмитрий почувствовал, как внутри у него похолодело. Миллионер знал о нем все, что можно было узнать, копнув поверхностно, и эта мысль ужаснула парня. Когда он успел так быстро навести справки? И, главное, что он собирается делать с полученной информацией?

— Тебя это не касается, — в какой-то миг парня охватила злость. Он уже начинал жалеть, что не убил Бранна в том проклятом подвале. Этот болезненный ублюдок знал о нем больше, чем все его московские знакомые вместе взятые.

— Касается, — преспокойно ответил Бранн. — Я хочу, чтобы вы работали на меня, Дмитрий. Разумеется, за хорошее вознаграждение. Если вы согласитесь, в знак нашего примирения я подарю вам имя человека, который несет ответственность за смерть вашего друга.

— Вы его знаете? — Дима встретился взглядом с черными глазами Бранна, и мужчина усмехнулся. Он посмотрел на часы и произнес:

— Дайте мне семьдесят два часа, начиная с этой минуты, и я отвечу на ваш вопрос. Но при условии, что вы согласитесь на сотрудничество.

Теперь в глазах Лескова промелькнуло непонимание. Какое к черту сотрудничество? Чуть больше получаса назад этот психопат держал его в подвале с мешком на голове, а сейчас предлагает работу?

— И в чем же заключается это ваше «сотрудничество»? — ядовито поинтересовался Дмитрий.

— Будете сопровождать меня на деловых встречах в качестве помощника. Не часто. Всего несколько раз в месяц, когда вопрос будет касаться непосредственно подписания контракта.

Киву весело улыбнулся. Выражение лица собеседника было непередаваемым: парень наконец понял, почему ему сохранили жизнь.

— А сами вы не умеете договариваться? — Дима не заметил, как перешел на «вы», но это немедленно заметил Бранн.

— Мне достаточно заплатить тому, кто умеет делать это лучше меня. И я хочу, чтобы вы знали, я очень высоко оцениваю хороших сотрудников. Вполне возможно, что через год у вас уже будет хорошая квартира в центре Москвы, свой автомобиль, приличная одежда, возможность путешествовать несколько раз в год… В конце концов, выбрать именно ту женщину, которую хотите вы, а не ту, которая выберет вас сама. Только не нужно считать меня Мефистофелем.

— Кем?

— Мефистофелем. Вы не читали?

— Что?

— Надо немедленно исправить эту погрешность, — с досадой произнес Бранн. — Напомните, чтобы я одолжил вам книгу из своей библиотеки.

— Я читаю только профессиональную литературу. Нет времени читать чьи-то сказки, — Дима внезапно почувствовал себя уязвленным. Почему-то ему не хотелось выглядеть дураком в глазах Бранна, а этот человек постоянно пытался заставить его чувствовать себя таковым. В то время как они говорили о каких-то дурацких книжках, парень хотел задать главный вопрос, но наличие водителя в этой машине не позволяло этого.

— Вам не нужно читать чьи-то сказки, — в голосе Бранна послышалось раздражение. — Классическая художественная литература нужна в первую очередь для того, чтобы научиться разговаривать. Вы когда-либо слышали себя со стороны?

— Мне не нужно разговаривать, чтобы меня слушали, — с вызовом отозвался Лесков.

— Видимо, вас все же стоило показать врачу. Избиение не прошло бесследно, и поэтому вы прослушали мою историю про обезьяну в рубашке от «Прада». Хорошо, попробую дать вам еще один шанс. Возможно, вам неинтересна литература, но быть может, живопись? Музыка? Театр?

— Вы, когда были в детдоме, интересовались театром?

— Вы уже четыре года как не детдомовец. У вас должна быть предрасположенность к какому-то виду искусства. Один из моих знакомых, похожих на вас, превосходно рисует. Другой музицирует. У меня же оперный голос.

На миг Лескову даже стало интересно. Этот тип наконец заговорил о том, что его, Диму, волновало не меньше гибели Олега.

— А что еще общего у меня и ваших… знакомых? — неуверенно спросил он.

— Дайте подумать… Гены, происхождение, детство, хорошее зрение, меткость…

— Меткость?

— Да, как-нибудь я приглашу вас в тир. Вы будете приятно удивлены.

— Я бы предпочел научиться нормально драться. Когда появятся свободные деньги, пойду на бокс.

— Рекомендую курсы английского, — Бранн весело улыбнулся. — Если будете работать на меня, кулаками вам махать не придется.

— Да что вы говорите? — в голосе Димы послышался сарказм. — Сегодня мне этот навык был крайне необходим.

— Тем не менее пригодился вам совершенно другой, — парировал Бранн. Казалось, миллионера начал забавлять этот разговор. Удобно откинувшись на спинку сидения, он смотрел на своего мрачного спутника, готовясь с легкостью отразить его следующий аргумент.

— А в детстве никто из ваших знакомых не страдал от… нервных болезней? Я сам нет, но… — начал было лгать Дима, но Бранн прервал его раздраженным жестом.

— Боль — часть изменения организма во время созревания. У более эмоциональных это начинается в раннем детстве, едва ли не с пяти лет. У более спокойных — лет с тринадцати — пятнадцати. Главное, не глушить ее таблетками.

— А что, если глушил? — Лесков почувствовал, как его охватывает тревога.

Бранн не выдержал и тихо рассмеялся:

— Боже мой, а ведь это вы должны радоваться, что встретили меня. Беспомощный, как младенец. И к тому же не читали «Фауста».

Наконец автомобиль Бранна свернул на улицу, на которой находился дом Дмитрия, и мягко притормозил на обочине.

— Я бы хотел пригласить вас на ужин, — произнес Бранн, когда Лесков приоткрыл дверь и уже собирался выйти наружу. Затем мужчина достал кошелек и вытащил оттуда несколько пятитысячных купюр. — Примите это в качестве извинений за дураков, которые не умеют выполнять поручения.

— Мне не нужны ваши деньги, — ответил Дима. — Я еще не сказал, что хочу работать на вас.

«Значит, сделаем так, чтобы тебя выселили из этого убогого домишки на улицу», — подумал Бранн, а вслух произнес:

— Завтра вам позвонит моя помощница, чтобы сообщить, когда состоится ужин. До свидания, Дмитрий.

Парень еще с минуту стоял на улице, размышляя над услышанным, после чего включил мобильный телефон, который ему все же вернули. Тридцать два пропущенных от Ивана, двадцать семь пропущенных от Ромы, звонил даже Игорь из Турции. Не звонила только «любимая» девушка, которая весь день провела в гостях у Сергея.

Впрочем, Лесков тоже не стал ей звонить. Вначале он выслушал поток ругани от Ивана, который, оказывается, сейчас находился в аэропорту и уже оформлял билет на Москву. На фоне Дима слышал восклицания Ромы: Цой явно собирался лететь вместе и теперь просил сотрудницу «Аэрофлота» немного подождать. После он выхватил у Ивана трубку.

— Т-ты что не от-т-в-вечаешь? — впервые за четыре года Дима услышал друга заикающимся.

— Все хорошо. Я вырубился и только сейчас проснулся. Скажи Ивану, чтобы не орал!

— Он уже н-не орет. Он хочет тебя уб-бить, — голос Ромы зазвучал чуть спокойнее. — Т-тогда нам не лет-теть?

— Нет, оставайтесь в Питере. Правда, все нормально…

Зайдя в квартиру и увидев себя в зеркале, Дима понял, что до нормального еще очень далеко, и хорошо, что Иван с Ромой не прилетят. Если бы они увидели друга в таком состоянии, то развели бы дичайшую панику и силком уволокли бы его с собой в Петербург.

Тем временем из ванной комнаты вышел Димин сосед по квартире. Оглядев Лескова, он весело осклабился и произнес:

— Нехило тебя разукрасили. То-то я думаю, что ты носился как полоумный. А вот оно что! Бабло задолжал, да? Возьми бутылку пива из холодильника, приложи к морде. Только не пей. Это мое! Я для себя купил, хочу вечером «нажраться». Ко мне, кстати, через полчаса Людка придет. Может, свалишь куда-нибудь на часок-другой? Сам понимаешь, романтЫка!

Мужчина весело ухмыльнулся.

— Сам сваливай, — резко ответил Дима. — Я и так плачу за эту квартиру большую часть.

— Ну если у тебя денег больше, отчего же не заплатить? Свали, студентик, к своей телке, пока я со своей полюбезничаю. Людка тебя стесняется.

— Стесняется? Неделю назад она здесь голая разгуливала.