Три невесты Черного ворона (СИ) - Рябинина Татьяна - Страница 9

— У человека всегда есть выбор. Согласиться или отказаться. Жить или умереть. Из двух неприятностей выбирают меньшую. Семья для тебя оказалась важнее жениха, правда, Лилла? Поэтому я и спрашиваю, так уж ли сильно ты его любила?

— Не знаю… — я, как и Кьяра, не смогла вынести его испытующий взгляд и опустила голову.

Сейчас я говорила вовсе не о любви Лиллы к Фелису. Ведь той было наплевать на семью. Если б я не предложила заменить ее, они сбежали бы в Фианту или Илару той же ночью. Если, конечно, на это согласился бы Фелис. А вот я… Чем были мои чувства к нему? Любовью? Или первым, еще неясным влечением, помноженным на зависть к сестре, которую — как обычно! — предпочли мне?

Да, я мечтала о нем, засыпая. Но в мечтах никогда не уходила дальше его нежного взгляда и слов: «Я люблю вас, Илана». Ну, может быть, еще поцелуя. Только сейчас я осознала по-настоящему, что эти грезы были не более чем желанием девочки получить такую же игрушку, как у сестры. Нет, не такую же — ту же самую!

— Возможно, я кажусь вам жестоким, — Ворон снова обвел нас взглядом. — И вы сейчас ненавидите меня за то, что оказались здесь против своей воли. Это не ново. Но скажу вам прямо. За тысячу лет у меня было десять жен. Каждую из них я любил. По-своему. И каждая из них любила меня. Может быть, недостаточно для того, чтобы… — он остановился, не закончив фразу. — Как бы там ни было, ни одна из них не стала моей насильно.

— Неудивительно, — вздохнула Веда. — Ведь вы маг.

— Да, Веда, — усмехнулся Ворон. — Я достаточно сильный маг, чтобы завоевать любую страну, особенно если правитель слаб и думает только о своем благополучии. Я могу с помощью ночных духов построить замок в горах. Мне открыты пусть не мысли других людей, но их истинные чувства. Однако я не владею любовной магией. Если одна из вас полюбит меня, это будет ее собственный выбор.

— А если нет?

— Значит, это случится впервые.

— И что тогда? — вмешалась Кьяра.

— Не могу сказать, — он пожал плечами. — Потому что не знаю. Давайте проживем этот год. Вам нечего бояться, Веда. Вы не станете моими женами прямо сейчас, все трое. Только одна из вас. И только по своей доброй воле. Не смущайся, я знаю, о чем вы говорили. Во дворце даже стены могут слышать.

— Какая может быть добрая воля, когда мы — в неволе? — с горечью спросила она. — Вы так уверены, что другие ваши жены вас любили? Или это был выбор от безысходности? Лучше, наверно, быть женой тюремщика, чем простой заключенной.

— Возможно, — Ворон не стал спорить. — Иногда у любви бывают очень странные причины. Могу сказать только одно. Я не родился таким. И моя сила — в моей слабости. Именно поэтому ни одна из вас не покинет этот замок. Никогда. А сейчас мне пора. Встретимся за ужином.

Глаз не смог уловить его превращения. Воздух словно пошел рябью, и в одно мгновение вместо человека на стуле очутился ворон. Он взмахнул крыльями, на лету слегка ухватил клювом прядь волос Кьяры и оказался у окна. Створка подалась под его нажимом.

Мы остались одни.

11

— Вы вообще поняли, о чем он говорил? — Кьяра убрала за ухо прядь, растрепанную Вороном. — Его сила в его же слабости — это он о чем?

— Не представляю, — покачала головой Веда. — Но было такое ощущение, как будто он видит меня насквозь. И то, что я ела на завтрак, и мои мысли.

— Он сказал, что мысли читать не может, — возразила я. — Только чувства.

— Похоже, это правда, — Кьяра посмотрела на меня с ехидной улыбкой. — Что, угадал насчет Фелиса? Не так уж сильно ты его любишь?

— Он отказался уехать со мной в Илару, чтобы пожениться раньше, — я не глядя взяла с подноса какой-то засахаренный фрукт. — Неужели согласился бы убежать сейчас? Ведь это и его сделало бы преступником. Ничего, думаю, он быстро утешится. Например, с Иланой.

— Значит, правда поглядывал на вас обеих?

— Без меня она сразу станет посмелее, — фрукт оказался слишком сладким, но я все-таки его проглотила. — Ведь ее больше не с кем будет сравнивать. Но Ворон… он правда думает, что хотя бы одна из нас за этот год его полюбит?

— Особенно когда рядом такой красавчик Керт, — засмеялась Веда, но тут же оборвала себя и добавила в полголоса: — Нам надо следить за своими словами. Если уж во дворце ему стало известно о нашем разговоре, то здесь и подавно будут передавать каждое слово. А может, это тоже магия. Надеюсь, нас выпустят погулять, хотя бы во двор, там и поговорим.

— Чем тут вообще заниматься? Чтобы не умереть со скуки? Если даже разговаривать можно лишь с оглядкой.

— Гулять в саду. И в роще — но только летом, зимой туда не пробраться.

Керт стоял в дверях точно так же, как совсем недавно Ворон.

— И все? — выпятила губу Кьяра. — Да, очень весело.

— Здесь есть большая библиотека.

— Вы серьезно, зол Керт? Никогда не могла понять, что за удовольствие в чтении пыльных книг. Если только никак не уснуть — обычно хватает пары страниц, чтобы глаза сами начали закрываться.

— А чем вы занимались дома, зола Кьяра? — в его бархатном голосе проскользнула насмешка, но вряд ли Кьяра ее заметила.

— Ну… — она задумалась. — Вышивала. Гуляла в саду. Каталась верхом. Встречалась с подругами. Еще немного играла на нерге и пела. Ах, да, ездила с родителями в гости и на балы, но не слишком часто.

— Все это вы можете делать и здесь. Ну, кроме прогулок верхом и поездок в гости. Подруга вам, правда, только одна осталась, но, думаю, вы и с золой Ведой подружитесь. Напишите список того, что вам нужно для рукоделия, все привезут. И вообще обо всем, что потребуется, говорите мне. В замке есть музыкальный зал — можно играть на разных инструментах, петь. И танцевать. Партнеров, правда, не так уж и много, но зато искусные в этом деле.

— Например, вы? — Веда бросила на него взгляд из-под ресниц.

— Например, я, зола Веда.

— Все это, конечно, хорошо, — вмешалась я. — Но меня больше интересует не это, а то, о чем правитель умолчал. Что станет с теми двумя, которые не подойдут на роль жены.

— Вейра Лилла, вы об этом меня уже спрашивали, и я ответил, что не знаю. Не скрываю, а именно не знаю.

Веда и Кьяра уставились на меня с таким возмущением, как будто узнали о нашем с ним тайном свидании.

— Зол Керт, в это трудно поверить, — Кьяра вскочила с кресла и подошла к нему поближе.

— Когда был последний отбор, даже мои мать и отец еще не родились. Они приехали в замок двадцать шесть лет назад, незадолго до моего рождения. На тот момент правитель уже давно был вдовцом. Двух других, разумеется, тоже не было. Что стало с ними? Это такая же загадка для меня, как и для вас. И кстати… никто не собирается специально подслушивать ваши разговоры и передавать их правителю — если я, конечно, верно понял ваши слова, зола Веда. Во дворце вы просто слишком громко говорили, чтобы вас никто не услышал.

Мне срочно нужно было остаться одной. Обычно я обдумывала события дня, когда ложилась спать, но вчера так устала, что уснула почти мгновенно. Ждать до вечера — слишком долго. Нужна была веская причина, чтобы ускользнуть от остальных.

— Зол Керт, служанка сказала, что у меня будет свой портной, я бы хотела с ним встретиться. Прямо сейчас. Вы не могли бы проводить к нему?

— Конечно, вейра Лилла, — он посторонился, пропуская меня в дверь. — Зола Веда, зола Кьяра, вы можете подождать здесь. Я вернусь и покажу вам замок. Если у вас нет других намерений.

Я тут же пожалела о своей просьбе, зато повеселели Веда и Кьяра, успевшие по-кошачьи выпустить когти.

— А кто покажет замок мне? — капризно поинтересовалась я, когда мы с Кертом поднялись на второй этаж и пошли крытой галереей. — Здесь нужно брать клубок ниток и привязывать его к колонне, чтобы не заблудиться.

— Ничего, скоро вы все узнаете и запомните, — он улыбнулся так, что сердце забилось вдвое быстрее. — Я могу провести вас по замку после обеда.

— Разве у вас нет других дел?

— Конечно, есть. Но я все успею.