Между Раем и Адом (СИ) - Шай Фелиция - Страница 72

— Неужели вы наконец до меня доехали? — Промурлыкала Похоть, запирая за собой дверь и кладя изящную ладонь ко мне на грудь.

Девушка медленно принялась оттеснять меня к кровати. Перехватив ее руку, я осторожно произнес:

— Да, и, насколько помнишь, мне нужно задание, которое поможет очистить крылья, — улыбнулся я, останавливаясь уже у самой кровати и надеясь, что она меня на нее не повалит.

В конце концов, кто знает, что в головах у этих грехов.

— Помню, помню. Только, чтобы дать тебе задание, мне надо, чтобы твой друг… Рик ведь? Я правильно помню? Ушел хотя бы за стенку, — улыбнулась она.

А этого жука долго и не требовалось просить. Он с легкостью кивнул и в сию же минуту испарился в другой комнате. Тоже мне, друг еще называется.

— Вот мое задание. Сможешь продержаться со мной всю ночь — крылья твои, — промурлыкала Похоть, проводя своими тоненькими пальчиками по моей груди.

Ох, ну, не хотел я, чтобы все вот так вот обернулось!

— А… может… что-то другое? — Попробовал увильнуть я.

Вы не подумайте, она действительно была очень, очень привлекательна. Вот только мне моя собственная совесть не позволила бы, тем более, что последние дни мои мысли только и делала, что занимала абсолютно другая девушка. И уж точно не Похоть.

В этот момент она почему-то рассмеялась. Её легкий смех разнесся по всей комнате, а я, который в упор не мог понять, к чему это она смеется и что нашла тут смешного, немного потупил взгляд.

— Глупыш! Ты подумал, что я хочу с тобой заняться любовью? Для этого у меня есть смертные! Нет, с тобой я хочу поиграть чуть по-другому. Если ты сможешь поддержать со мной диалог, то я с радостью очищу тебе крылья!

Тогда я еще выдохнул с облегчением, но даже и не подозревал, что гораздо проще было бы с ней переспать, чем пытаться поддержать тот самый бред, а главное, отвечать на то, что она мне говорила всю оставшуюся ночь.

— Ну, смотри. Как думаешь, что общего между ботинком и карандашом? — Спросила она, удобнее устраиваясь на кровати и поправляя свое платьице.

— Без понятия, — покачал головой я.

Поджав губки, Похоть ответила:

— Ну как же! Они следы оставляют.

Девушка хитро подмигнула мне.

— А, я так понимаю, те самые следы, что на снегу не видны?

Понятно, в какую игру меня утянули. Слышал я такую легенду, и она мне, если честно, не очень нравилась.

— Не видны! А знаешь, почему не видны? Потому что ночь их не видит, и город не видит, — кажется, она обрадовалась тому, что я все-таки понял ее правила.

— Но неужели город слеп? — В ответ спросил я.

— Может быть, да только вот глаза Вероны все видят и все расскажут, — теперь Похоть по-птичьи склонила голову на бок.

— И кому же они будут это рассказывать? — Парировал я.

— А другому городу, который глух, — просто ответила девушка.

— Та как же он тогда их услышит? — Взыграл во мне интерес.

— А ему расскажет немой след от ботинка, который был оставлен карандашом.

Вот тут, похоже, и начался бред.

— А разве немые следы говорят?

— О, еще как говорят, попробуй спросить у глухого города, что ему рассказывали глаза Вероны, которые видели сквозь абсолютно темную ночь!

— Но неужели темная ночь дает даже городу что-то увидеть?

— Дает, еще как. А еще она ему дает яркую луну, которая освещает след того самого немого ботинка от карандаша, который рассказывал глухому городу о том, какие тут темные ночи. О, а еще. Представляешь, вчера заказала у портного платье, а сегодня он говорит, что у него руки не дошли его сшить!

— Куда не дошли?

— Ой, да все тебе повторять! До того самого города, где ночи слепы, а глаза видят все сквозь свет Луны, что освещает ботинок немого карандаша, который рассказывает глухому городу о том, что Верона все видит!

Я уж точно не думаю, что вы хотите слушать абсолютно весь наш диалог с Похотью, но одно скажу вам точно. Мозг она мне точно весь полюбила. Столько абсурда я в жизни никогда не слышал, и если опираться хотя бы на ту легенду, которую мне когда-то рассказывали, то там хотя бы было немного логики. Тут же — определенный набор слов, который я пытался запомнить и проговорить, чтобы хоть как-то поддержать беседу с этой дамой.

Вот скажите, было ли у вас когда-нибудь такое желание, чтобы после долгой ночи не думать абсолютно ни над чем? Так вот, это мое состояние под утро. А она только и упивалась этим.

— Спасибо, что выслушал меня! Никто не может понять всю болтовню, а ты понял, это так замечательно! — Девушка наклонилась ко мне и коротко поцеловала в шею. — Твои крылья чисты. Отправляйтесь дальше, — промурлыкала она.

На выходе из комнаты меня ждал Рик, у которого глаза были так же, как и у меня: круглые, словно только что сделанная монета.

— Не думал, что можно так извратиться с заданием, — выдохнул он, идя по улице.

— Ну, слушай, чисто теоретически, она мне мозги очень неплохо так…

— Да-да, я понял, — остановил меня Рик. — У нас остался последний город, ведь так? — Спросил он, кажется, даже не веря в свои слова. — И все закончится?

Все закончится… Как эти слова были приятны и сладки. Хотелось кричать от радости, петь от счастья и бегать по улицам города смертных. Всё было бы хорошо, сердце наполнилось бы счастьем, если бы не одно «но»: похищенная Кейт. Если бы мы не рисковали возвращать ей разум. Если бы не было риска того, что всего за пятнадцать минут может оборваться ее жизнь, я бы так не переживал.

— Закончится, — эхом отозвался я, неспешно идя по улицам города и глядя куда-то в небо. — Думаешь, все действительно будет хорошо? — Спросил я, ежась от холода и легкого ветра, что подул откуда-то с севера.

— Будет. С Кейт мы что-нибудь обязательно решим. Она не останется в той тюрьме и не потеряет себя. Ангелы ее не казнят. Аластор ведь все равно, как никак, главный палач Ада! Его же все знают, так что не дрейфь. Прорвемся.

Рик говорил с такой невероятной уверенностью и силой, что ему хотелось верить. Хотелось забыть про все «но» и «если». Хотелось идти вперед, зная, что абсолютно все уже готово, что дело закрыто и остался последний грех, к которому мы со спокойной душой преподнесем Кейт, она завершит дело, и мы отправимся в Ад.

Но ведь всегда все идет не по плану. Это закон жизни, черт возьми! Если ты что-то идеально продумал, поставил конечную точку и наметил безошибочный, как тебе самому кажется, путь, то что-то пойдет не так. Выйдешь из дома позже, приедешь раньше, пересечешься не с теми людьми. Но и из этого тогда выходит что-то интересное, новое, заставляющее, быть может, даже задуматься — а действительно ли «не по плану»?

— Надеюсь, ты прав, — вздохнул я и пошел вперед.

Впереди оставался, наверное, самый длинный путь. Мы планировали сначала доехать до Амстердама, после чего пересесть на корабль и на нем уже дойти до Лондона. А в это же время нужно было думать еще и о том, что мы пока не выполнили задание Доносчика. И вот подсказывала мне интуиция, что с ним нам ругаться уж очень не стоит.

Dum spiro spero. Часть 9

Джек

В воскресенье утром на корабле мы уже прибыли в Лондон. Три долгих дня наша компания добирались сначала по суше, после чего погрузили все на судно и еще сутки добирались на нем в порт.

За это время мы все уже находились в раздумьях о предстоящей поимке Гордыни. Грех она, как нас предупредил еще в самом начале Аластор, своенравная, да и кто бы удивился? Было бы удивительно, будь она покладистая и мирная. А так все совпадает. Одно печалило: мы не представляли себе, как найдем в таком огромном городе одну девушку, которая будет так похожа на всех остальных смертных? Да, темная энергия по-прежнему оставалась, но и чувствовалась не на самом большом расстоянии. Дай Великие Силы, если там было пару метров.

В этот раз все будет совсем по-другому. Лондон — невероятно огромный город, и наша старая схема не сработает. Слишком много событий случается в нем, чтобы вечно спешащие куда-нибудь люди были вовлечены в чьи-либо проблемы. Несколько раз мы пытались придумать план, но какой-то один фактор заставлял откладывать его в сторону, как бесполезный черновик. Всегда было «но». То люди не заметят, то вряд ли смогут ответить, то просто не успеем. А тем временем сроки уже поджимали, и мы никак не могли придумать идеальное решение проблемы.