Строптивая помощница для титана (СИ) - Свободина Виктория - Страница 67

— Жду вас.

Шеф отключил вызов. Бр-р. Мороз по коже. Все. Собралась. Вперед.

— Доброе утро, Александра, — первым поздоровался шеф. Смотрит выжидающе, давит взглядом.

— Здравствуйте, — сажусь за стол и выкладываю на него договор и листочек со своими заметками. — Я посмотрела договор, и у меня возникло несколько вопросов, а также я хотела бы изменить несколько пунктов.

Задержала дыхание. Шеф насмешливо приподнял брови.

— Это типовой договор. Никакие изменения в нем не предусматриваются.

— То есть вы ничего менять в нем не будете? — уточнила я.

— Вы верно понимаете.

— Хорошо, тогда у меня нет вопросов.

Собираю опять все свои бумажки, под насмешливо-любопытным взглядом начальника встаю и, прежде чем уйти, уточняю:

— Вам принести кофе или чай?

— Что это значит, Александра?

— Я возвращаюсь на свое рабочее место.

Начальник показательно-грозно свел брови.

— Сядьте.

Стою. Тоже показательно.

— Сядьте уже!

Ноги подкосились. Присела. Но на самый краешек. В конце концов, начальник знает, что я не особо заинтересована в этом договоре. Хорошо, что он не знает, что обстоятельства изменились.

— Какие у вас вопросы?

Ну я и начала по списку. Вопросы, пункты, которые хочу изменить. С чем-то оказалось проще, с чем-то сложнее. Со сроками договора было, например, очень трудно. Я настаивала на двух годах, Ярослав мертво стоял на десяти, утверждая, что это оптимальный срок. Пришлось опять вставать. Даже успела сделать несколько шагов к выходу.

— Стоять! — совсем уж грозно окликнул меня Левин.

Остановиться-то я остановилась, даже взглянула эдак кокетливо-вопросительно из-за плеча. Признаюсь, к этому моменту я уже немного освоилась и паниковать перестала, даже начала получать своеобразное удовольствие от этого спора. Шеф такой напористый, грозный, непреклонный, все его внимание направлено на меня. И я прямо чувствую, как он меня «хочет», пусть и исключительно как певицу. Задорно, в общем, переговоры проходят.

— Шесть лет, — сделал щедрое предложение Ярослав.

— Три года, — пошла на уступки и я.

— Пять.

— Четыре.

— Хорошо.

Сажусь обратно. Только разложила вновь свои бумажки, как шеф приподнимается и вытягивает у меня из рук мой лист с вопросами. Эй!

— Так будет быстрее, — пробурчал Ярослав, быстро пробежался взглядом по листу, и дело действительно пошло быстрее. Все оставшиеся вопросы мы решили буквально за час, затем были формальности с составлением и проверкой нового договора, и вот, уже после обеда я дрожащей рукой, до последнего волнуясь и сомневаясь, все же подписала контракт.

Это ведь всего четыре года. Не такой большой срок. Да и условия довольно мягкие, как мне кажется, удалось выбить. Стоило все подписать, и Ярослав подобрел.

— Знаете, Саша, вот вы вроде бы создаете о себе впечатление мягкой девушки, но упрямства и воли вам не занимать. А еще вы терпеливая, и, пока вам достаточно комфортно, вы будете плыть по течению, даже если есть какие-то неудобства. Однако если найдет коса на камень, то все, пиши пропало.

Нет, все-таки Левин выглядит подозрительно довольно, от этого у меня чувство, что я что-то упустила. Но теперь уже поздно. Жизнь покажет, где я могла ошибиться.

— Ну, что, Саша, полагаю, такой серьезный шаг надо отметить.

— Опять отмечать? — тяжко вздохнула. Я ещё от прошлого раза до сих пор не могу отойти. Как вспомню, что было позавчера вечером, так стыдно становится. Эти мои танцы просто позор.

— Не хотите? Ну что же, можно и не отмечать. Тогда приступаем сразу к работе.

Ярослав только что руки не потирает.

— Как именно работать?

— Думаю, через неделю где-то утрясутся все формальности и начнутся репетиции, а до этого вы будете в усиленном режиме заниматься на творческих курсах. Завтра начнете в студии записывать первые песни…

— Какие песни?

— Ваши песни.

— А что, у меня есть песни?

— Есть.

— О-о.

То есть еще до подписания договора Ярослав был на низком старте. Представляю, как его раздражало то, что я тяну.

— Да. И насчет песен. Не требование. Попробуйте написать свою песню. Хотя бы одну. Если мне понравится, она пойдет в работу. Это нужно, чтобы понимать ваши вкусы, чтобы вы почувствовали сопричастность к процессу. Хорошо?

— Я постараюсь.

— Отлично. Тогда сейчас вы отправляетесь в одно учебное заведение, — Ярослав протянул мне бумажку с адресом. — Там для вас уже составлена индивидуальная программа занятий. Актерское мастерство в прежней группе, думаю, уже будет не нужно…

— Я хочу продолжать. Но могу брать частные уроки сама.

— Нет. Если вам нравится, все будет оплачено, просто в том учебном заведении и так будут занятия по актерскому мастерству, но уже с другими преподавателями. И сейчас больший упор будет на вокал и танцы.

Чувствую, как краснею. После моего показательного выступления Ярослав наверняка думает, что танцы — мое слабое место.

— А как же вы?

— В каком смысле? — Левин вопросительно приподнимает бровь.

— Ну, без помощницы.

— Кадры со вчерашнего дня работают над этим вопросом. Не переживайте. Можете забирать личные вещи из приемной.

Как грустно-то. Но ничего не поделаешь. Сейчас все соберу, отнесу домой, затем поеду в университет… кажется, ко всему прочему, вновь становлюсь студенткой, только в неофициальном заочном формате.

— Деньги поступят вам на счет сегодня.

А?

— Какие деньги?

— Ваши, — Ярослав смотрит насмешливо. — По договору.

О, ну, деньги — это хорошо. Вроде еще и сделать ничего не успела, а уже зарплату получаю. Точнее гонорар. Надо привыкать к новым понятиям.

Отправилась выполнять задания своего продюсера. Как звучит-то! Домой вернулась очень поздно, но не с пустыми руками. Деньги на карточку пришли, и сумма более чем приличная, в три раза больше моей обычной зарплаты. Так что я решила, что все-таки нужно отметить.