Блонда и Мир Демонов (СИ) - Сван Тата - Страница 22

А сам титульный список Карл Великий написал взяв за основу аристократию родного тебе мира. При этом и случилась неувязка с боярами. Информацию Архимаг получал от своих агентов с Земли. Так вот тот, который доклад по боярам писал, то ли в шутку, то ли с пьяну на вопрос о том чем бояре занимаются и выдал: «Друг друга за бороды таскают и выясняют чей род старше». Ну Карл Великий их и не стал в Титульный список аристократии вносить. А остальные все есть. И Князья и Беи и даже Падишахов найти можно где нибудь на окраине Эдема.

— Точно, завистники из Европы подсуетились, наверняка, агенту на лапу дали, — сделал категорический вывод мой внутренний голос. — Не бывать тебе столбовой боярыней. И вообще, Блонда, тебе давно пора идти спать. Ты уже совсем пьяненькая. Тебе в таком состоянии лучше о мужиках не рассуждать. А кроме того, никаких «замуж», пока не построишь финансовую империю.

Утро следующего дня встретило меня ярким солнечным светом, пробивающимся через сетчатый полог палатка, голубым небом и истеричным воплем леди Тины Брэвер.

— Блонда, просыпайся немедленно, там монстр поймал леди Маришу! Надо спасать!

— Почему я должна спасать незнакомого мне монстра? — Спросонья возмутилась я, переворачиваясь на другой бок, и пытаясь сохранить остатки сна. — Сам поймал, пусть сам и спасается. Потом внезапно до меня дошел смысл слов леди Тины — Маришка в беде.

Я резко вскочила, снеся головой небрежно установленную конструкцию, которую парни ее собиравшие, гордо окрестили палаткой офицерской, одноместной, универсальной и, путаясь в одежде, которую пыталась надеть на себя на бегу, побежала вслед за леди Тиной к опушке леса спасать сестренку.

Стоянка папуасов напоминала собой поле сражения после окончания Куликовской битвы. Всюду валялись бессознательные мужские и женские тела, чаще полураздетые, иногда в обнимку. Напрасно я беспокоилась о моральном облике местных дев, мелькнула на бегу мысль, не иначе как в виде психологической защиты, в попытке хоть немного отвлечься и ослабить страх за Маришку.

Впрочем, не все гоблины пребывали в бессознательном состоянии. Десяток наиболее боеспособных воинов во главе с вождем, выстроились на опушке и ощетинились копьями в сторону леса, не предпринимая впрочем никаких действий в защиту моей сестренки.

А буквально рядом с первым многометровым стволом на границе леса я увидела ужасную картину. Моя сестренка вскинула вверх свои тонки рученьки в безнадежной попытке защититься от четырехметрового монстра, который мохнатой рыже-зеленой горой нависал над ней. Больше всего чудовище напоминало смесь гориллы и медведя, вставшего на задние лапы, при условии что существует медведь такого роста да еще с с полуметровыми когтями и пастью, наполненную двумя рядами двадцати сантиметровых клыков, которым наверняка позавидует любая акула. Именно в этой широко раскрытой пасти, из которой непрерывным потоком лилась густая тягучая слюна, судя по позе, буквально через секунду должна была оказаться голова моей сестренки. И если исходить из размера чудовища, в пасть вполне поместится не только голова но и добрая половина туловища Маришки.

Сама не понимая что делаю, я вскинула руку, и в сторону монстра полетела яркая голубая молния. Толстый плазменный шнур сорвался с моей руки и, ударив монстра в грудь, буквально отбросил его на несколько метров назад. К запаху паленой шерсти добавился тонкий скулеж оглушенной твари, которая, тем не менее, быстро очнулась и нелепо вскидывая задом помчалась на четырех лапах в глубь джунглей.

На этом фоне несколько нелогично было услышать мыслеречью испуганные вопли чудовища: «Хорошо хоть жив остался. Да, чтоб я еще раз связался с этими девицами. Да никогда! И детям своим накажу!»

А потом возмущенные крики Мариши: «Блонда, ты все испортила! Я его почти приручила».

— А тварюшка-то, похоже, разумная, приходя в себя после выброса адреналина, вызванного скоротечной схваткой, — подумала я. Недаром, леди Тина просила меня спасти монстра от Мариши. Все-таки с первого раза я все правильно поняла.

Убедившись, что опасность больше никому не угрожает, к нам подошел Йо-Йо.

— Большой Бым на людей не нападает, он грибами и корешками питается.

— Объяснил нам вождь. — Во всяком случае, так старики говорят. — Он очень редко встречается, старается от людей держатся подальше. Видели, какие у него когти? Это чтобы землю рыть.

— Ага, а зубы как у акулы в два ряда — это, чтобы на дантисте сэкономить, — не поверила я. — Классический хищник. Правда разумный и осторожный.

— Мариша, ты где его откопала?

Судя по тому, как сестренка с независимым видом отворачивала глаза и ковыряла носком ботинка землю, на правдивый ответ рассчитывать не приходилось. В конце концов, могут ведь быть у девушки свои маленькие тайны.

— Понятно, — заключила я, художественная пантомима на тему: «Невиноватая я, он сам пришел»

— Блонда, — поинтересовался у меня Йо-Йо. — А ты тоже великая чародейка, как и Мариша? А ты далеко молнией ударить можешь? С берега до острова добьешь?

— Ну вот, Блонда, теперь ты узнала свою новую магическую способность, — подключился к разговору Демон Голубого Хамелеона. — Можешь бить молниями. Поздравляю. А Большой Бым, действительно, хищник. И очень опасный. Только он, охотясь на разумных, после себя следов практически не оставляет. Все скрывает — гораздо разумнее многих людей. Поэтому те же гоблины наивно полагают его безвредным. Маришка конечно могла заставить его какое-то время изображать из себя вьючное — транспортное средство. Но зуб даю, рано или поздно это закончилось бы тем, что мы не досчитались бы кого-нибудь из членов экспедиции.

— Подумаешь, да у тебя и зубов нет, — обиделась сестренка, внимательно прислушивающаяся к тому, что говорил Демон Голубого Хамелеона. — Никуда бы он не делся. Слушался бы как миленький, и на корешковую диету перешел бы.

Потом тут же переключилась на другую тему.

— А и вправду, Блонда, давай проверим, как ты молниями швыряешься. Один раз не в счет. Опять же, тебе тренироваться надо.

Все последующие мои потуги создать молнию ни к чему не привели. Максимум, чего я смогла добиться, это создавать метровый, ярко голубой плазменный стержень толщиной в сантиметр, торчащий у меня из кулака. При этом стержень сохранял свою структуру на постоянной основе и практически не требовал от меня усилий на свое поддержание. После нескольких попыток я смогла уверенно его вызывать и развеивать.

— Прямо как меч Джедаев, — восхитилась Маришка. — А попробуй им ударить по кому-нибудь. Так легонько, для пробы.

К этому времени воины — папуасы вернулись в стойбище, живо обсуждая инцидент с Большим Бымом и похваляясь друг перед другом своей храбростью. Поэтому единственной подходящей кандидатурой для испытания меча остался Йо-Йо. Ну не на девушках же — леди Тине и Марише, мне экспериментировать. Но вождь старался держатся от нас подальше. Это после того как сестренка предположила, что молния у меня не получается, поскольку для ее создания требуется живой объект применения, и предложила попробовать на папуасе.

Все-таки те полчаса, которые Маришка провела в жилище вождя в обмен на ожерелье из ушей эльфов, и, главное, неудача с локтевым суставом, оставили у сестренки некое недовольство Йо-Йо, которое она подсознательно пытается компенсировать, привлекая вождя к очередным небезопасным экспериментам.

— Мы не будем никого разумного резать, — заявила я и направилась вглубь леса к стволу дерева, чтобы попытаться стержнем надрезать древесину.

Лесной великан обладал стволом диаметром метров в двадцать, и это было одно из самых тонких деревьев, которое нам встретилось на пути от места высадки к стойбищу. Ровный мачтовый ствол устремлялся вверх не менее чем на километровую высоту, где и формировал крону. Его крона переплеталась с кронами других деревьев, образуя высоко вверху толстый многометровый зеленый покров, состоящей из переплетенных веток, намертво связанных друг с другом: лианы, листья, цветы и еще невесть чего.