Проклятие некроманта (СИ) - "Алаис" - Страница 80

Полыхнуло зеленью череп-навершие посоха, парившего перед другим личем. Вокруг некроманта возникло зеленоватое сияние. Будто по команде, остальные немертвые также подняли головы, обратив внимание на принца. Самое время для удара Мартиолуса, как и договаривались. Только его не последовало.

Гнев полыхнул в сердце Сардууса, а в глубине души шевельнулся страх, когда он понял, что имперский маг обманул его и отправил на верную смерть.

Принц не собирался сдаваться без боя. Усилив щиты до предела, он принялся плести заклинание огненного дождя, площадь поражения которого могла бы накрыть разом всех некромантов на площадке.

И тут Мартиолус ударил. Но не в личей.

Глава 57. Прах и огонь

Удар отбросил Суртаза, впечатав в каменную стену с хрустом - не слышимым, скорее, ощущавшимся на фоне непрерывного грохота. А следом его едва ли не выгнула дугой магическая перегрузка. С трудом удерживая себя в воздухе, Повелитель ощущал, будто неведомая сила раздирала его тело на части. Сопутствовавшая этому боль являлась немыслимой, невозможной для выбранной им посмертной формы. Лич в принципе не должен был испытывать ничего подобного.

Захрипев, Суртаз рухнул на колени и едва не рассыпался грудой костей. Магическое зрение помутилось. Окружавшее некроманта пространство слилось в сплошное серое пятно, на фоне которого черными кляксами колебались умертвия, отброшенные вместе с Повелителем, но пришедшие в себя гораздо быстрее. Восстанавливая зрение, Суртаз обнаружил, что во время удара обронил Посох Власти. Он пошарил по полу рядом с собой и нащупал древко, оказавшееся непривычно легким. Наконец сфокусировав магический взгляд, некромант увидел, что посох сломан - деревянная часть покрылась глубокими трещинами, а на месте крепления черепа красовался неровный скол. Навершие валялось поодаль, и навскидку Повелитель не мог судить о том, насколько оно было повреждено.

Умертвия угрожающе зашипели, и одно из них бросилось вперед, скрывшись от взгляда Суртаза в медленно оседавших клубах пыли. Оставшиеся двое переместились ближе к некроманту и неподвижно замерли, будто прислушиваясь. А крики тем временем становились все громче, снова загрохотало. Корона повторно коснулась сознания Повелителя, напоминая о Сосуде Душ, но в этот раз видение было настолько слабым и нечетким, что поначалу некромант списал его на вновь отказавшее магическое зрение. И только после этого понял, зачем ему мог понадобиться покоившийся в кармане мантии артефакт, чудом уцелевший во время удара. Хотя смысла в этом действии Суртаз все равно не видел.

***

Вложение всех сил в настолько мощное заклинание являлось огромным риском. Нэс-Ашшад понимал это совершенно ясно. И все же, в сложившихся обстоятельствах риск был оправдан. Падавший на них с небес волшебник позаботился о своей защите, и магия послабее, скорее всего, эти щиты попросту не пробила бы.

Почтенный лич испытал невольное уважение к своему живому противнику, способному сосредоточиться на нескольких заклинаниях одновременно в совершенно не способствующих этому условиях. Помимо управления своим причудливым транспортом и поддержки щитов, этот волшебник умудрялся плести еще и какие-то чары. И они наверняка не сулили некромантам ничего хорошего. Поэтому следовало ударить первым так, чтобы необходимости в повторном ударе уже не возникло. Оставалось только надеяться, что поступающего из Источника тонкого ручейка магической энергии окажется достаточно для выживания.

Снизу донесся грохот, башня ощутимо содрогнулась, зашелестели и засуетились личи. Все это не помешало Нэс-Ашшаду завершить начатое.

Надежда оказалась напрасной. Связь с Источником оборвалась.

Подхваченный восходящим потоком воздуха прах почтенного лича смешался с устремившейся вверх холодной зеленью его последнего заклинания.

***

Насколько понял принц, Мартиолус метил в основание башни, но удар почему-то слегка ушел в сторону, вместо этого пробив стену и снеся часть крыши приземистого треугольного здания. Это было довольно странно, так как Сардуус не ощущал на крепости никаких щитов. Но сам факт ошибочности вывода о намерениях имперского волшебника принес своеобразное облегчение. Зеленоватое сияние раскрылось призрачным полотном прямо под ним и теперь стремительно приближалось. Породивший его некромант куда-то исчез в тот момент, когда маг отвел от него взгляд, чтобы оценить картину разрушения.

Выкрикнув последние слова заклинания, призывавшего на головы оставшихся на крыше личей огненный дождь, Сардуус резко увел ковер в сторону, стремясь увернуться от чар противника. На миг ему даже показалось, что это удалось, но колдовская сеть неожиданно увеличилась в размере. Окутывавший принца кокон защитных заклинаний вспыхнул и со звонким хлопком поглотил удар. А вот ковру не повезло. Та его часть, что оказалась в мертвенно-зеленом сиянии, тут же развеялась по ветру серым пеплом и хлопьями сажи. И хотя Сардуус скорее сидя парил над ковром, чем восседал на нем в общепринятом смысле, повреждение артефакта резко ухудшило его управляемость.

Все, что мог сделать принц - это немного замедлить падение и примерно выбрать его место. Выбор был невелик: попасть под огненный дождь, поливавший башню и примыкавший к ней склон горы, рухнуть в самую гущу схватки между инквизиторами и призраками во дворе или же упасть на крышу крепости рядом с проломом. Волшебник предпочел последний вариант и собрал всю свою волю в кулак, чтобы совладать с поврежденным ковром, ставшим почти неуправляемым.

***

Первым к образовавшемуся в стене здания пролому устремились флагеллянты, кровавым вихрем пронесшись сквозь поредевшие отряды нежити. Ведомые священной яростью, они не раздумывали о том, что коридоры крепости могли оказаться слишком тесными и узкими для использования плетей в качестве оружия. Оставлять их без помощи было недопустимо, и Вайат бегом направился за ушедшими вперед братьями, на ходу приказывая следовать за собой остальным инквизиторам.

Косые лучи солнца сквозь пролом освещали открывшееся его взгляду длинное и узкое помещение. Бегло оглядевшись, отец-инквизитор прикинул направление, по которому отправились флагеллянты, и оглянулся. Шедшие за ним братья замешкались из-за буквально бросившихся под ноги зомби, но быстро преодолевали неожиданное препятствие, поэтому Вайат решил их не дожидаться. Спустя десяток шагов свет уступил место сумраку. А в конце коридора за поворотом и вовсе царила тьма.

На этом прямом, чуть уходившем вниз участке отец-инквизитор увидел флагеллянтов. Столпившись, они затянули боевую молитву, призывая Свет себе в помощь и медленно отходя назад. Тьма в глубине коридора ожила.

Вайат инстинктивно вздрогнул от одного только вида возникшей перед флагеллянтами высокой человекоподобной фигуры, облаченной в многослойные черные одежды. Умертвие. Отец-инквизитор знал об этом виде нежити по книгам и рассказам более опытных братьев. Воочию же подобное чудовище ему видеть еще не доводилось.

Свист и несколько щелчков: флагеллянты не собирались отходить без боя. И хотя потолок коридора был достаточно высоким, близко расположенные стены не давали необходимого простора для использования плетей сразу несколькими святыми воинами. Удачное место для того, чтобы перебить инквизиторов поодиночке. Впрочем, оружие умертвия - издалека оно напоминало косу с чуть разогнутым лезвием - также было бесполезным, не хватало места для замаха. Видимо, поэтому тварь, не обращая внимание на редкие удары плетей, просто медленно надвигалась на флагеллянтов, сжимая древко в костяной руке и водя клинком перед собой. А святые воины осторожно отступали к более просторному и освещенному участку рядом с проломом.

Впрочем, обманчивое миролюбие умертвия вскоре иссякло. Быстро перевернув косу древком вперед, нежить ткнула обнаружившимся на другом конце металлическим наконечником, будто пикой. Насквозь пробив грудь ближайшего инквизитора, умертвие подняло его тело с ужасающей легкостью. Стоявший за ним флагеллянт замахнулся плетью и с воплем бросился на нежить, но тут же был сбит с ног телом раненого брата, которого чудовище уже стряхнуло с древка своего оружия. Прозвучал приказ, и инквизиторы ускорили шаг, отступая в сторону Вайата. Умертвие последовало за ними. Со стороны пролома послышались неразборчивые возгласы братьев. Отец-инквизитор сорвал с пояса склянку со священным туманом, готовый метнуть ее над головами флагеллянтов, едва те подведут нежить достаточно близко. Но вышло иначе.