Кукловод Тысячи и одного заговора (СИ) - Юрченко Сергей Георгиевич "Raven912" - Страница 103

Пока Лёсса и феечки, кружась высоко в воздухе, отвлекали внимание совомедведя, пара культистов опустились к земле за пределами досягаемости урстрикса. И с железных спин крикунов на землю спрыгнули всадники Хаоса, прямо на лету возвращая кошмарам их основную форму.

Адские кони тяжело разгонялись в сторону совомедведя, неся своих, прикрытых тяжелой броней и крепкими щитами, всадников на врага. Совух отнюдь не испугался появления новых противников, и, косолапя и раскачиваясь, побежал в сторону показавшегося ему доступным мяса.

Столкновение с огромной тушей отшвырнуло одного из Всадников в сторону, а когти совуха пробороздили заметные полосы в естественной броне Кошмара, пламя же порождения Инферно не оказало никакого воздействия на устойчивую к магии тварь… Но, собственно, на этом бой был закончен: всадники выдержали удар, не получив сколько-нибудь существенных ранений. А вот ответные удары мечами ранили совуха. Когда же на оставшиеся незащищенными бока и спину совуха обрушились сфено — развязка наступила очень быстро.

Н-да… Прошлое столкновение с урстриксом едва не отправило меня на реролл в связи с потерей большей части отряда. Ныне же его порвали превосходством в ранге и уровнях. Зато и прибыль была гораздо меньше: если в прошлый раз молодой урстрикс обеспечил мне почти две трети уровня, то сейчас бар опыта едва-едва двинулся. Что ж. Будем надеяться, это — не единственная тварь в указанных Лёссе пределах…

Оторвавшись от присмотра за похождениями Лёссы и Ко, я посмотрел на Иримэ, устроившуюся около подлокотника моего трона, и в очередной раз подумал о том, что для нее тоже надо установить в тронном зале какое-то кресло. А то как-то нехорошо получается…

— Иримэ, — спросил я ее. — А это правда, что все Видящие — жрицы вашей Матери?

— Правда, — кивнула эльфийка. — А что?

— А ты можешь сейчас помолиться… или помедитировать, или… ну, не знаю… в общем, чтобы тебя услышали?

Вместо ответа глаза Ириме загорелись зеленым огнем, в котором лишь изредка мелькали багровые искры, напомнившие мне о пламени, из которого приходят крикуны.

— Я слышу тебя, лорд фейри.

— Я буду возрождать третью ветвь твоего народа, — начал делиться я с богиней плодами своих рассуждений. — И наряду с Архитектором Судеб они будут чтить и свою Мать.

— Это радует меня, жрец Хаоса, — голосом Иримэ отозвалась богиня.

— Но боги зависят от своих верующих, равно как и смертные зависят от богов…

— И ты хочешь, чтобы вера владык фейри отличалась как от хозяев Вечного леса, так и от веры обитателей подземелий, — вопросом это не было. — Ты хочешь организовать новую секту.

— Новую ересь, — поправил я, когда богиня замолчала, ожидая моего ответа. — Изменяющий пути приветствует ереси.

— Я слушаю тебя, Пришедший издалека, — судя по голосу, Мать эльфов заинтересовалась. — Какие постулаты ты хочешь заложить в свою ересь?

Понятно было, что Мать эльфов весьма заинтересована в постулатах новой ветви ее веры, ведь именно они будут определять: как богиню будут воспринимать смертные. А ведь это существенно влияет и на саму богиню. Впрочем, каждый верующий так или иначе создает собственную ересь, но мало кто спрашивает мнение бога об этом.

— Прежде всего, "Все живое — изменяется. Неизменно лишь мертвое, да и то — если рядом нет некроманта".

Иримэ рассмеялась, а сияние ее глаз говорило о том, что вместе со жрицей смеется и ее богиня.

— Неплохо, неплохо… — явила Мать эльфов свою волю. — В особенности — про некромантов. Боюсь, мои старшие жрецы в Вечном лесу слишком уж закоснели в сознании собственного совершенства и следования Пути. Им стоит выдать хороший такой пинок.

Прежде всего, это означало, что саму богиню уже начала раздражать двойственность в ее восприятии верующими, темными и светлыми, и теперь ей нравится идей создать третью, промежуточную ветвь. И тут я со "случайной" возможностью возрождения лордов фейри, хаотической ветвью ее народа — пришелся очень кстати.

Некоторое время мы обсуждали различные аспекты вероучения, которое я хочу предложить возрожденным фейри и их лордам. В итоге получилась более-менее этически нейтральная солянка из дзен-буддизма и некоторых хаотических культов Вархаммера. Основной идеей была необходимость воспринимать мир таким, какой он есть, а не должен быть, а также — следовать за переменами, и соизмеряя свои амбиции с реальностью — выбирать те из них, которые придутся ко двору, но отказываться от тех, которые не нравятся.

В итоге получился не слишком длинный свиток, исписанный убористым почерком Иримэ. Когда последний из согласованных постулатов лег на пергамент, богиня взмахнула рукой Иримэ, и свиток сам собой сложился, вспыхнул, и в пламени появился сложный многомерный символ, который прокрутился вокруг нескольких осей, и лег на плечо эльфийки, притворяясь вышитым узором.

При этом в описании Иримэ в моем интерфейсе строка Раса изменилась с "Эльфийка. Искажена Хаосом" на "Леди фейри". А в строке Класс к "Видящей" добавилось "Высокая жрица". Никаких изменений в характеристиках или же навыках это Иримэ не дало, но само по себе было интересно.

— Ох… — девушка покачнулась, когда ее глаза погасли, символизируя уход (или — всего лишь отступление?) богини. — Я никогда не думала, что привлеку внимание самой Матери…

— Бывает, — пожал плечами я.

— Но… но… — Иримэ некоторое время мялась, пытаясь сформулировать свою мысль, а потом все-таки решилась. — Только Высокие Жрицы и Высокие посвященные из Говорящих-с-Лесом могут привлечь внимание богини. А чтобы Мать вот так вот использовала тело Видящей как проводник своей воли… О таком не слышали очень давно.

— Ты теперь именно Высокая жрица, — обрадовал… или же "обрадовал" я девушку. В выборе из двух последних пунктов, кажется, не была уверена и она сама. Так что я некоторое время колебался: стоит ли рассказывать ей еще об одном изменении… но, все-таки решился. — А еще ты теперь не "светлая эльфийка", пусть и "искаженная Хаосом", а полноценная леди фейри.

— Ой… — вздрогнула Иримэ. — Правда? — в ее глазах отражалась настоящая паника.

— Правда, — подтвердил я ее опасения. — Воля богов превыше законов мира.

— Мне… — Иримэ дернулась. — Мне надо с мамой посоветоваться…

— Мне тоже, вздохнул я, с некоторым трудом поднимаясь из кресла. — Идем?

— Идем, — согласилась эльфийка.

И мы пошли.

По дороге мне вспомнилось, что именно так же, как и сейчас, светились глаза Иримэ, когда она озвучила мне задание на уничтожение логова морлоков. Однако на мой вопрос Видящая лишь удивленно посмотрела на меня, и сказала, что такого не было. К сожалению, тех, у кого можно было бы перепроверить мои воспоминания — поблизости не было… Но что-то подсказывает мне, что и феечки, и Пьен и даже Лёсса ответят мне тоже самое: "этого никогда не было". Правда, для самого себя у меня было неопровержимое доказательство: в журнале заданий, во вкладке "исполненные" присутствовал квест "Несущий смерть" с отметкой о том, что выдан он непосредственно матерью эльфов. Но вот с предъявлением этого доказательства неизбежно возникли бы сложности. Так что я решил не заморачиваться сейчас, а чуть позже спросить у Видящей Реалуэ. Может быть, она сумеет рассеять мои сомнения.

Старшая Видящая обнаружилась на вершине Башни Оракулов, где она, устроившись в специально выращенной беседке, неторопливо попивала алановый чай, напиток, лишь отдаленно родственный тому, что называют "чаем" люди. Травы для этого напитка доставляли Видящей почтовые удоды, обитающие в одной из подвесных башенок на стене главного сооружения. Подозреваю, что, улетая обратно, эти яркие птицы уносили с собой донесения Видящей главе ее фракции при дворе Вечного князя… а, возможно, и ему самому. Но пока что моей главной тайной было начало возрождение Сумеречной ветви Детей Ллосатарэ. И не думаю, что Видящая доверила эту информацию записке, которая легко может попасть не в те руки. А уж теперь, когда ее дочь стала одной из Сумеречных — и вовсе шансы на это стали пренебрежимо малы.