Хождение Восвояси (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 188

– Тихон!.. – обреченно пискнула девочка, прижимая к себе брата.

В кустах справа что-то зашуршало. Наверное, таракановцы подкрадывались к своей добыче…

– Я подумал, Ода-сан, над вашим щедрым предложением, – тихо и ровно проговорил Извечный, – и пришел к выводу о его единственной правильности в создавшейся ситуации. Я приведу детей.

Глядя строго перед собой, чародей подошел к месту укрытия Ивановичей. Пара быстрых фраз, взмах руки – и кусты между ними осыпались зеленой пылью. Вамаясец глянул по сторонам и встретился взглядами с ребятами.

– Вы готовы? Не хочу терять время.

Тонкой костлявой, но неожиданно сильной рукой он поднял Лёльку за шкирку с земли вместе с вцепившимся в нее намертво братом, направил растопыренную ладонь в лоб девочке и что-то зашептал. Исступленный стук сердца княжны заглушил все звуки. Заклинания она не слышала. Успела увидеть только, как рука Нероямы метнулась вверх, и тут же вспышка, ослепительно-алая, резанула по глазам. Сзади что-то заскрежетало, будто разрывалось железо, и она почувствовала, как куда-то летит.

– Найдите соба… – крик Извечного потонул в новом приступе скрежета и их собственных вскриках: падать на твердое и неровное больно всегда. Но не успели они понять, что произошло, как крик про собаку – хоть и далёкий теперь – повторился, и сверху на них шмякнулось что-то большое, тяжелое… и мягко-костлявое. Тьму прорезала новая вспышка, и всё померкло в глазах княжны.

Очнулась она от того, что кто-то тряско нёс ее на руках, прихрамывая при каждом шаге. Приоткрыв украдкой глаз, она увидела в поле зрения лишь крошечный огонек впереди, какой зажигали маги всего Белого Света, если хотели видеть, но не быть видимыми. А если враг не хочет быть видимым и слышимым, то направление контратаки становится очевидным.

Лёка осторожно набрала полную грудь воздуха, извернулась, мимоходом врезав макушкой по зубам своему носильщику, и с рёвом: "Помогите!!! Воры!!! Шпионы!!! Убивают!!!" – свалилась наземь. Мгновенно сориентировавшись и благословляя Отоваро с его уроками, она крутанулась, подсекая ногами противника… но не нашла его на месте. В тот же миг на нее обрушился кто-то сильный, прижал к полу, захлопнул рот ладонью и яростно прошипел:

– Тс-с-с-с!

– К…к-кто… – на "это" воздуха не хватило.

– Таракану!

"Таракану?!"

Девочка вцепилась зубами в ладонь.

– Ай-й-й!.. – взвыл нападавший ничуть не тише своей пленницы – но хватки не ослабил.

– Ори-сан, мы ваши друзья! – долетел из мрака взволнованный голос Чаёку.

– С такими друзьями никаких врагов не надо! – гневно выкрикнула девочка. – Шпионка! Где мой брат?!

– Лё, я тут! – голос Ярика прозвучал у неё над головой. – Отоваро-сан, Хибару-сан, Чаёку-сан и Мажору пришли, чтобы нас спасти!

– Мажору?..

Воинственный пыл разом покинул княжну.

– Хибару, отпусти Ори-сан, пожалуйста, – попросила дайёнкю.

– Не видел я никакой Ори-сан, только дикую сероу видел. Но если она обещает больше не кусаться, не лягаться и не бодаться… – пробормотал самурай.

– Извини, пожалуйста, – сконфуженно пробормотала княжна. – Но я же не знала. А вы еще сказали "Таракану", и я подумала…

– Вы очень правильно подумали, Ори-сан, – Забияки уважительно поднял ее на ноги, потирая опухшую скулу. – Отоваро-сенсей может гордиться такой ученицей.

– Ваши слова – честь для меня, – Лёлька сложила лодочкой руки перед собой и поклонилась самураю и учителю, обнаружившемуся рядом с мечом наголо. И тут она вспомнила и своё укрытие в кустах, и окружение таракановцами, и предательство Нероямы, и вспышку… и его последние слова.

– Где мы? – она настороженно глянула по сторонам. То ли особняк, то ли дворец, кругом темнота, и лишь очертания каких-то непонятных предметов вырисовываются в тусклом свете магошара. И никаких собак. Может, ей послышалось?

– Мы в доме Вечного Тонитамы, – благоговейно подсказал Мажору.

– Но у Тонитамы дом – сарайка с пристроем, а тут… И где Нерояма? – спохватилась она. – И Тихон?

– Тихона я не видел с тех пор, как мы оказались тут, – Ярик виновато развел руками.

– А отец остался в саду камней, – чуть слышно проговорила Чаёку.

– Зачем? И как мы вообще попали сюда… и как вы сюда… и что… – Лёлька смолкла, не зная, какой из вопросов самый важный и срочный, и стоит ли их вообще задавать этой компании.

– Пойдем, пожалуйста, Ори-сан. На ходу мы всё расскажем, – мотнул головой Отоваро в сторону узкого низкого проёма в дальней стене, увешанной картинами на толстой рисовой бумаге. Чаёку при свете своего огонька внимательно рассмотрела все изображения, будто искала что-то, вздохнула и кивнула спутникам: идём.

История оказалась насколько простой, настолько неожиданной.

Таракановцы поймали Мажору и Синиоку, отобрали у них лёлькин варадзи, по которому выследили потом его хозяйку, а детей тайсёгуна отправили домой. Но вместо того, чтобы пойти во дворец отца с сестрой, мальчик побежал на поиски кого-нибудь из друзей лукоморцев. В отведенных им апартаментах никого не оказалось, но Мажору усилий не оставил. Первым ему удалось обнаружить Иканая, безуспешно искававшего пропавших подопечных. Вместе с ним они бросились на поиски Чаёку, а по дороге наткнулись на Забияки. Дайёнкю сотворила поисковое заклинание, и все вместе поспешили туда, куда указывала магия.

– Честно говоря, я хотел предложить поискать вас в первую очередь, где что-то горело, сверкало и взрывалось… сам не знаю, отчего… – невозмутимо заметил Мажору, – но Чаёку-сан сказала, что должна же быть на Белом Свете хоть одна катастрофа, в сердце которой не окажется Ори-кун.

– Наверное, должна, – буркнула Лёка, не зная, смеяться ей или сердиться, а Отоваро продолжил своё повествование.

Магия привела их к дому Тонитамы, и магия же подсказала, что за увитой плющом оградой творится что-то неладное. Чаёку накинула на всех четверых чары невидимости – на скорую руку и слабые, узри их носителя кто-то в упор – не увернёшься. Но на то, чтобы незамеченными пробраться в сад, они сгодились. Надёжно оглушив ученика Таракану, вставшего у них на пути, они поползли за кустами к притаившимся у другого конца дома Ивановичам.

– Я хотел идти один, но Чаёку сказала, что она пригодится, если понадобится магия, Забияки – что он пригодится, если понадобится сражаться, а Мажору отказался оставаться в одиночестве. Мы подобрались почти вплотную и уже подумали, что успеем вас вывести, но тут Нерояма забросил вас в чёрный ход, и нас следом.

– Чёрный ход? – не понял Ярик. – Но мы никакого хода за спиной у себя не видели, ни черного, ни белого, иначе сами бы туда заползли!

– Чёрный ход есть в доме каждого Вечного, – пояснила девушка, ни на миг не переставая оглядывать комнаты – то загроможденные стеллажами с какими-то устройствами и склянками, то обставленные и украшенные в лучших традициях императорского дворца, то завешанные от пола до потолка сушеными травами, рептилиями и чем-то еще, не определяемым, но жутковатым и воньким – не то, чтобы Лёльке хотелось это определить.

– Так мы серьезно в доме Тонитамы?! – девочка от неожиданности остановилась. Вот тебе и сарай с пристройками…

– Да. Отец знает секрет его черного хода, как и Тонитама – секрет нашего черного хода, ведь они с Тонитамой друзья, – рассеянно пояснила дайёнкю, разглядывая одного за другим мохнатых скрюченных уродцев в прозрачных чанах, наполненных желтоватыми пузырьками. – Но проблема в том, что этого секрета не знаю я. А выбраться наружу без ключа невозможно.

– Не знал, что в Вамаяси есть замки, – удивился княжич.

– Ключ – это символ. Отец успел сказать, что у Тонитамы ключ – собака. Но она может быть нарисованной, вылепленной, игрушечной, сушеной, магически сохраненной, может быть существом не из нашего мира…

– Но лучше отсутствующая собака, чем присутствующие таракановцы, – княжич неуклюже попытался подбодрить спутников, и они сделали вид, что попытка достигла цели. Все, кроме Лёльки.