Хождение Восвояси (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 125

– Короче говоря, Нерояма-сан, вы сообщаете мне в премногих словах лишь одну короткую мысль? А именно то, что за прошедшие два месяца вы в своих исследованиях не продвинулись ни на шаг? – император, дослушав объяснение до ближайшей точки, недовольно нахмурился.

– Ваше величество смотрит на вещи слишком пессимистично, – маг покачал лысой, как орех, головой, поднял взор на императора, и только теперь княжичи заметили, как сильно он осунулся и постарел. – Совет изначально не обещал легкого и быстрого прогресса и свое обещание сдержал. Работа продвигается, но медленно и тяжело. Не хочу утомлять ваше величество скучными подробностями, интересными только профессионалу, дабы не спровоцировать головной боли и сплина от ненужных тэнно мелочей. Хочу лишь со всем почтением указать на то, что количество воинов почти доведено до заказанного, равно как и колесниц, а число лошадей даже превышает запрошенное тайсёгуном.

– В армии важно не число, а мобильность, как говорит наш великий Шино, – сурово пробасил начальник стражи Нагибаси, застывший по правую руку от императора с видом очень рассерженного бога грома. – А всё, что его величество видит – разросшийся до неприличия сад камней!

– Спасибо, Нагибаси-сан, но я сам могу определить, что я вижу, а что нет, – не поворачивая головы, холодно пробормотал Негасима. Военачальник вспыхнул и закусил губу.

– Ну так что вы еще хотели мне показать достойного внимания, Кошамару-сан? – весь внимание и терпение, изменившийся точно по волшебству император перевел свой хронически рассеянный, чуть близорукий взгляд на чародея.

– Если вашему величеству будет угодно, пройдемте со мной, – поклонился Извечный – и только тут заметил Ивановичей. – Рад видеть наших юных гостей из Рукомото, возмутителей спокойствия и низвергателей устоев, – снова кланяясь, еле заметно улыбнулся он в усы.

Яр улыбнулся было в ответ, но Лёлька, памятуя сцену в подземельях Совета, ответила ледяным взором и дернула брата за рукав.

– И вам приятного дня, – сконфуженно пробормотал мальчик и отвел взгляд, чувствуя себя предателем, не понимая только, кого именно.

Обход мастерских, в которых рождалась новая восвоясьская армия, затянулся. Сперва гостей ошарашили подробностями о кубометрах песка, возах глины, реках воды, рабочих руках и поголовье быков, необходимых для того, чтобы все эти ресурсы доставить в лагерь. Потом рассказ перешел к принципам выбора доспехов, оружия и масти коней для разных отрядов. И только когда Лёлька всерьез начала подумывать, что в своей короткой жизни не слышала более скучной экскурсии, чем экскурсия по мастерским чародеев, производящим волшебных солдат, и что Вечным не мешало бы нанести еще один визит Адалету – поучиться искусству заинтересовать своих гостей, Кошамару перешел к магии.

Глиняная фигура, вылепленная даже смамым тщательным образом, оставалась глиняной со всеми вытекающими, протекающими и подтекающими по дождем последствиями, которые с поля боя, к тому же, пришлось бы уносить в корзине для черепков. Но пройдя горнило Вечной Крепости, как представил Извечный неказистое каменное сооружение, похожее на груду булыжника, на которую буря швырнула традиционную вамаясьскую крышу, истукан становился неуязвимым. Для подтверждения своих слов Кошамару принял из рук поджидавшего ученика небольшое ведерко с водой и с поклоном преподнес императору.

– Если вашему величеству будет угодно облить его… – указал старик на ближайшего солдата.

– Моему? Увольте, – с косоватой усмешкой тэнно указал веером на Нагибаси. – Отдайте ему. Облей его, Комураку-сан.

По лицу начальника стражи было видно, что под "его" ему очень хотелось понять "старика", но, еще раз взвесив последствия и риски, он со вздохом поднял ведро, похожее на большой горшок, и окатил стоявшего рядом солдата с макушки до пят. Нормальная глина после такой процедуры поплыла бы или хотя бы намокла, но с этого воина вода скатывалась, как с гуся.

– Простой обжиг сделал бы с ней то же самое без всякой магии! – фыркнул Нагибаси.

– Если у нашего великолепного начальника десяти гвардейцев имеются средства на обжиг нескольких десятков тысяч таких фигур как эта, не говоря про коней и колесницы, совет с радостью примет их в дар, – учтиво поклонился Нерояма. Вояка прищурился, скривил губы и отвернулся – то ли не желая комментировать свою зарплату, то ли раздумывая, не стоит ли всё-таки потратить ее на обжиг армии, чтобы избавиться от нудного старикана.

Одна капля покатилась по носу истукана и зависла на кончике. Лёлька сочувственно поморщилась: щекотно! Если бы это был ее нос, она бы сейчас мотала головой и отфыркивалась. Невольно она тряхнула головй, сморщила нос… и словно скопировав ее, глиняный воин сделал то же самое. Капля, застигнутая врасплох, полетела на иссушенную, вытоптанную землю и пропала. Солдат снова замер.

По рядам зрителей – тех немногих, кто не отвлекся, утомленный однообразием сада солдат, пронесся коллективный вздох изумления. Император поднес веер к губам, Нагибаси крякнул и затряс головой, отгоняя морок и сворачивая рогатый шлем набекрень, Ярик открыл рот, девочка вытянула шею, потрясенно изучая неподвижный нос желтой фигуры, и не заметила, как Кошамару – один из всех – вперил взор не в глиняного пехотинца, а в нее.

– Нерояма-сан?.. – тэнно перевел взгляд на Извечного. – Что… это было? Значит ли это, что вы близки к оживлению армии тайсёгу… то есть моей?

– Как я имел честь доложить вашему величеству, работы ведутся советом в этом направлении денно и нощно. И естественно, как усердным стараниям и следует, приносят нам кое-какие плоды… о которых мы поговорим чуть попозже.

– А отчего не сейчас? – с капризным нетерпением император надул губы.

– Оттого, что каждому плоду своё время, ваше величество.

– Иногда мне кажется, что в совет отбираются люди по способностям не к магии, а к выведению из себя тех, кто стоит выше их!

– Ваше величество только что со свойственной ему проницательностью раскрыл один из наиважнейших факторов отбора новых членов, – смиренно склонился Извечный. Лукоморцы прыснули. Выражение физиономии Маяхаты из гордого стало озадаченным, и тут же брюзгливым.

– Я сохраню в памяти вашу похвалу, о премудрейший. А еще я надеюсь, что в вашем распоряжении имеется плод, готовый к дегустации прямо сейчас.

– Конечно, ваше величество. С вашего высочайшего позволения мы применим катану… – голос мага сошел на нет в невысказанном вопросе.

– Да, конечно, – кивнул император. Нагибаси насторожился. В отличии от обжига глины методами колдовства, катаны, достающиеся поблизости от тэнно, находились в его компетенции.

Довольный разрешением, старик кивнул, и из-за спин княжичей выступил Забияки.

– Ударь его, – приказал Извечный, указывая на только что облитую глиняную фигуру.

Меч стремительно выскользнул из ножен юного самурая и обрушился на шею истукана. Лёлька машинально вскинула руку, защищая глаза от брызг осколков и кусков солдата – но осколок, прибивший соломенную сандалию Нагибаси к земле, воткнувшись между пальцами, был только один. Половина катаны.

– Титьки Мимаси… – чуть не сбогохульствовали дуэтом оба, но вовремя захлопнули рот.

Извечный нахмурился, погрозил пальцем и улыбнулся ошалевшей публике – весь предупредительность и внимание:

– А теперь, если тэнно пожалует нам свое наимилостивейшее разрешение, мы изберем оружие помощнее.

– Жалую, – нетерпеливо махнул рукой Маяхата. – Давайте дальше.

На этот раз, повинуясь жесту Кошамару, из рядов его свиты выступил один из Вечных – Наоко Ивухо. В руках – не без усилия – он держал кузнечный молот.

– Хибару-сан, – повелительно кивнул он стражнику.

– Надеюсь, с молотками и прочими орудиями простолюдинов стража совета умеет обращаться лучше, чем с оружием воинов, – оторвавшись от осторожного и безуспешного извлечения клинка из обуви, Нагибаси скривил губы в ядовитой усмешке.

Яростно сунув обломок меча в ножны, Забияки схватил новое оружие и, не дожидаясь приглашения, врезал по истукану так, будто на его месте находился начальник императорской гвардии. Глина загудела, как колокол – и полетели осколки, задевая людей, застревая в многослойных одеждах, пробивая веера и зонты, врезаясь в землю.