Цель оправдывает средства (СИ) - Сергеевич Илья - Страница 301

— У них население — тридцать пять миллиардов! — Отмахнулся Папаноида. — Даже если они потеряют в войне половину — они все равно смогут сохранить свою расу, а мы…

— Это, конечно, сугубо мое мнение, председатель, — заметил джедай. — Но, когда вопрос касается непосредственно безопасности своей родины — каждый ее сын или дочь, должен взять оружие в руки и отстаивать свое будущее. А если вы надеетесь на клонов, то вспомните, сколько их всего в Великой армии. И какое количество бидонов у сепаратистов.

Барон решительно отвернулся от стола, на котором все еще кружилась голограмма сектора. Сделав несколько шагов в сторону, он так же резко повернулся назад, устремив свой взгляд на джедая.

— Хорошо, — несмотря на сведенные брови, его лицо не казалось воинственным. — Я соглашусь на размещение военной базы вашей армии на территории Панторы. Однако, ратифицировать подобный договор может только Ассамблея. Как и решить вопрос о допуске джедаев до расследований вопросов о мнимой коррупции.

— Как скажете, председатель, — подозрительно легко согласился джедай. Падме, как прожженный годами интриг противник, почувствовала неладное.

— В настоящий момент мне и сенатору Амидале предстоит выполнить крайне ответственную миссию, — внимание набуанки привлек моргающий огонек комлинка на наруче джедая. — Но, как только мы с ним закончим, то сразу же направимся к Панторе. А до того момента, председатель, не сочтите за наглость, но я бы попросил вас уделить большое внимание охране ваших детей. Раз вы прибыли сюда для того, чтобы противостоять Торговой Федерации, лично я не буду удивлен тому, что неймодианцы попытаются оказать на вас воздействие, похитив кого-то из них.

— Простите, но это уже вздор, — решительно заметил Папаноида. — Они же просто торговцы…

— А над вашей планетой висит корабль-балкер, а не боевой звездолет, — сыронизировал Доуган.

— Председатель, — Падме привлекла к себе внимание покашливанием. — По собственному опыту могу вам сказать, что перед достижением своих целей, эти разумные не остановятся ни перед чем.

Презрительно фыркнув, Папаноида бросил взгляд на своих детей, словно ища у них поддержки. Но, буквально в следующее мгновение, обессилено произнес:

— Ваша взяла. Присылайте свою охрану.

— Мой падаван как раз на связи, — Доуган коснулся клавиши комлинка. — Оли… Что?! Какого хрена ты там делала?! Кто-нибудь пострадал?! Молись своим богам, чтобы я тебя не убил, когда вернусь.

Отключив средство связи, джедай посмотрел на присутствующих. Однако, проследив направление его взгляда, Падме подметила, что его лицевая маска была устремлена на сенатора Чучи.

— Прошу прощения, господин председатель, — наконец произнес джедай. — Возникли некоторые трудности. Я пришлю вам других охранников. А сейчас, мне срочно необходимо вернуться в Храм. Председатель, сенаторы, дети председателя, — приложив указательный и средний палец к правой части лба над прорезями для глаз, джедай стремительно покинул помещение дипломатической миссии.

— И что это было? — Нарушив молчание, образовавшееся после ухода генерала, поинтересовался Папаноида.

— Гранд-мофф, — отозвался Айон с усмешкой, взирая на улыбки на лицах своих сестер.

— Джедай, — пожала плечами Падме. Очень своеобразный, но от того, не менее интересный. Волевой, властный… даже деспотичный, по ее мнению. Сложно представить, что Орден мог взрастить такого жесткого адепта Силы, который мог столь бесцеремонным образом общаться не только с сенатором, но и правительством планеты, союзной Республике. Однако, сравнивая Доугана со своим мужем, Амидала не могла признать, что у первого имелся ряд неоспоримых преимуществ. В частности — умение проявить твердость, не взирая на протесты слабой половины. Падме не раз использовала свой «сенаторский тон», чтобы осадить эмоциональные порывы Энакина. Даже ситуации, в которых она не была до конца права, девушка умудрялась обращать в свою пользу. И, как не стыдно признавать, делала это в надежде изменить возлюбленного, как говорила ее мама — «загнать под каблук». Девушка всегда себя оправдывала тем, что по сравнению с юным мужем, ее жизненный опыт значительно богаче, и именно она имеет право задавать тон в их браке. Возможно, однажды Энакин и станет тем сильным и волевым мужчиной, который был ей нужен. Добьется таких высот, как Доуган, будет обладать такой харизмой, что присуща Кловису…

Но, когда это будет? Сколько еще скандалов произойдет? Сколько подозрений в неверности ей предстоит пережить? Сколько обвинений выслушать?

Сравнивая своего возлюбленного с другими мужчинами, что неминуемо ее окружали, Падме порой задумывалась над тем, не поторопилась ли она с выбором своего избранника. Страсть и влюбленность, обуревавшие ее на пороге смерти, через год замужества выветрились. На их месте появились быт и привычка.

Падме ужаснулась, подумав, что возможно, на самом деле никогда и не любила Энакина. И ее поцелуй на арене Петранаки произошел вовсе не от того, что она действительно испытывала любовь к этому неординарному пылкому юноше, а потому что хотела подарить ему и себе последние приятные минуты жизни, прежде чем их казнят разъяренные джеонозианцы…

Ошеломленная своими мыслями, Падме тряхнула головой, стараясь изгнать их из своей головы.

— Мне предстоит долгая дорога, — нашла она повод покинуть собрание набуанка. — Многое предстоит еще сделать. Пожалуй я пойду.

— Я завидую тебе Падме, — прошептала ей у двери Райо. — Вам предстоит совместная миссия. Генерал Доуган… необычный джедай.

— Поверь, — вздохнула бывшая королева Набу. — Многое б я отдала, чтобы не оказаться с ним рядом во время предстоящей миссии.

***

Мало кто обращал на обычного кревааки внимание на нижних уровнях Корусанта. Его обходили стороной, не мешая медлительному разумному следовать свой дорогой. Даже шайки бандитов, что обычно промышляли в этих районах, старались обходить его стороной. И, даже если некоторые из них отваживались заступить ему путь, Бодо всегда находил подходящие слова, чтобы утихомирить горячие головы.

Он прожил долгую жизнь. Слишком долгую, чтобы закрывать глаза на те изменения, что из поколения в поколение преследовали Орден.

С тех самых пор как он получил голокрон от своего предка, не проходило и дня, чтобы он не добавил в него что-то новое. Сперва, ужаснувшись тому хаосу, что достался ему в этой маленькой коробочке, которую он всегда носил при себе, Баас потратил не одну сотню лет, чтобы систематизировать разрозненные сведения. Затем, вот уже семь сотен лет, джедай занимался тем, что заполнял устройство новой информацией.

Здесь было все. Его личные мысли о несогласии с политикой Ордена под управлением Йоды и Винду. Его мнение о программе обучения молодых джедаев. Собственные размышления о пути джедаев…

Все его победы на дипломатических рингах.

И все его неудачи.

Впервые его дипломатический талант потерпел неудачу чуть больше пятисот лет назад.

Когда Ордену стало известно о существовании пользователей Силой, называющих себя Зейсон Ша, джедаи направили к ним своих представителей, среди которых был и Бодо. Цель миссии, как и всегда в таких случаях, была проста — убедить адептов присоединиться, если их взгляды были созвучны с джедайскими. Или же, уничтожить угрозу. Ничто в этой галактике не должно было позволить Темной стороне восторжествовать. К сожалению, в свете последних событий, Баас вынужденно констатировал, что бой с наследием Темной стороны Орден проиграл.

Как и не добился успеха в переговорах с Зейсон Ша.

Обитатели планеты Янибар, несмотря на то, что их взгляды, в некотором смысле и соответствовали мировоззрению джедаев, отказались присоединиться к Ордену. Слишком многое в учении Ордена было чуждым для Зейсон Ша. Изоляция учеников от семей, которой придерживались джедаи, оказалась последней каплей терпимости жителей Янибара. Они согласились присоединиться к Ордену, но лишь при условии, что отказ от семьи, изоляция учеников от родителей, и несколько других фундаментальных догм Ордена будут отменены. И, несмотря на поистине невероятный потенциал этих адептов в телекинезе и обращении со своим уникальным оружием — боевым диском, Высший Совет отказался пойти на уступки, заявив, что Кодекс един для всех.