Цель оправдывает средства (СИ) - Сергеевич Илья - Страница 260

Как бы он ни старался, но воздействовать на своих союзников, коммодор тоже не мог. Не хватало умений, знаний, сил. По крайней мере — чтобы оказать помощь всем республиканским бойцам в этой битве.

Ниал оставался пассивным наблюдателем в сражении, но даже своевременно замеченного маневра врага уже было достаточно, чтобы подготовить адекватный ответ. Клоны на борту его флагмана действовали четко, слаженно, будто единый организм. Ниал из всех сил старался следовать наставлениям из тех фолиантов, что в детстве за баснословные деньги приобретали родители, но не мог ощутить — оказывает ли он хоть какое-то влияние на подчиненных, или же их результативные действия, благодаря которым уже два сепаратистских фрегата морем обломков падают в океан Камино, залог плодотворной подготовки на этой планете.

Орды истребителей противника, ринувшиеся в атаку на корабли Республики, встретили жесткий отпор со стороны клонов.

С ангарных палуб его «Аккламатора» одна за одной стартовали боевые машины, вклиниваясь в развернувшийся на удалении нескольких сотен километров перед республиканским строем резню легких сил обеих сторон. Ниал чувствовал их: около полусотни летящих плотным строем V-19 «Поток», что словно раскаленное лезвие врезались в строй вражеских «стервятников», поливая их морем синего пламени из двух лазерных пушек. Стаи ударных ракет, сорвавшиеся из пусковых установок истребителей и «Мародеров» не оставляли ни малейшего шанса легким силам противника прорваться к линейным кораблям Республики и нанести сколько бы существенный урон.

Клоны, яростно атаковали противника, стремясь отвлечь юркие истребители и штурмовики КНС от столь лаковых для них крейсеров и разрушителей. Горечь утрат у Рилота и Джеонозиса была еще слишком свежа, чтобы позволить себе упустить хотя бы один несущий смерть кораблик дроидов. Ниал улыбнулся. С такими подчиненными ему нравилось работать. Похоже, говоря об их умопомрачительной обучаемости, командование не лгало — из боя в бой клоны становились только лучше. И смертельно опаснее.

Коммодор напряг все свои невеликие силы и распростер свое влияние, чтобы коснуться разумов пилотов республиканских истребителей. Они были мрачны, но не в отчаянии. Некоторые напуганы превосходством врага в численности, но не паниковали. Все, что он ощущал — это дисциплина, целеустремленность и решительность пилотов. Каждый как один — исполнит свой долг перед Республикой до конца. И тут он почувствовал что-то еще. Чье-то присутствие в битве.

Оно было едва уловимо, но он был уверен, что до этого момента не ощущал его. Каждый живой боец в этом сражении представлял из себя маленькую искорку тепла и эмоций. Но, среди тысяч однообразных огоньков — в космосе и на планете, он ощущал некоторых, что горели ярче остальных.

Джедаи. В этом не могло быть сомнений. Он уже видел нечто подобное — в каждой операции, в которой участвовал. Не боясь того, что кто-то из них сможет его обнаружить (раз не сделали этого раньше, значит, подобное им не под силу), он продолжал охватывать поле боя силой своего разума. И джедайские искры становились все ярче.

«Странно», — подумал Ниал. «Ведь все храмовники на планете. Тогда, почему я ощущаю некоторых из них в космосе?» Человек прислушался к своим ощущениям. Не могло быть сомнений — среди сброда фрегатов, что сейчас рвали на куски корабли Республики — явственно ощущались адепты Силы. Коммодор решил не заострять на этом внимание — возможно кто-то из джедаев решил принять участие в космическом сражении и сейчас пилотировал истребители.

Декланн почувствовал, как у него подрагивает правая рука — организм, как и тогда, у Ботавуи, подсказывал, что он находится на пределе своих возможностей. Следовало поумерить свой пыл — иначе, он, как и в прошлый раз, проведет не один день с раскалывающей череп головной болью. Следовало уменьшить охват поля боя совсем чуть-чуть, вернуться к оценке действий линейных сил: фрегаты противника успели прорваться сквозь завесу турболазерного и ракетного огня к орбите Камино и сейчас вели перестрелку с кораблями Республики с дистанции буквально бластерного выстрела. Истребители справляются и без него, нужно заняться крупными кораблями.

— Перевести огонь на фрегаты, — в горле пересохло и слова вырывались из глотки, словно он несколько дней провел в пустыне под раскаленным солнцем. Значит голова будет болеть сразу же, как только он прекратит пользоваться своим даром. Но, ничего. Этот бой не может продлиться вечность…

— Вражеские штурмовики прорвались к «Спасению»! — Раздался крик на мостике. Но, Ниал чувствовал это и сам.

Хатт, как это не вовремя — стоило ему отвлечься, как эскадрилья штурмовиков сумела прорваться сквозь истребительный заслон и устремилась к флагману адмирала Страйкленна. Совершенно новый звездный разрушитель класса «Венатор» «Спокойствие», хоть и имел истребительное прикрытие, оказался совершенно не готов к подобному развитию событий. Десяток кинетических снарядов, выпущенных штурмовиками противника, смертоносным роем хлынул в раскрытые створки главной ангарной палубы. Истребители прикрытия увязались в погоню, но поздно — вторым залпом корабли сепаратистов накрыли мостик.

Звук в космосе не распространяется. Это невозможно в среде, где нет воздуха.

Но, разум Ниала сам домысливал грохот взрывов, стон корабельных переборок, вопли разрываемых на части ударной волной клонов и офицеров. Сквозь призму своего дара он чувствовал, как сотни тусклых огоньков гаснут в агонии смерти. Его самого словно облили кипятком — боль становилась нестерпимой, и он в отчаянии, стремясь защитить свой разум от агонии умирающих людей, усилием заставил себя вернуться в реальность.

— Флагман подбит, — рядом тут же оказался клон, состоявший при нем старшим офицером. — Ангар уничтожен, надстройки тоже.

— Адмирал? — Пересохшими губами спросил Ниал. В мозг словно разом всадили несколько металлических пластин, разделив его на части. И каждая из них сейчас агонизировала, пульсируя так, словно были готовы вырваться за пределы черепной коробки. Больших трудов ему стоило сдержать стон. Офицер ни при каких обстоятельствах не должен демонстрировать свою слабость.

— Все мертвы, сэр, — клон не источал сожаления. Он лишь констатировал факты. Но их, Декланн видел и сам — на голографическом проекторе отчетливо было видно, как «Спасение», лишившись главного поста управления, объятый огнем из десятков пробоин, с развороченными надстройками, вяло, как умирающий гигант, отстреливается оставшимися турболазерными башнями. Разрушитель не нарушал строя — к этому не было приказа. Прикрытие избавило раненного гиганта от угрозы, и теперь ему вряд ли что-то угрожает — пока он в строю, а его орудия действуют ни один корабль КНС не сможет разделаться с ним.

Однако, этот единственный удар нанес Республике больше вреда, чем весь флот КНС вместе взятый.

Республиканский флот лишился командующего. И теперь, без руководства, без четкого плана и холодных расчетов, их корабли неминуемо будут избиты.

Ниал похолодел, осознав, что все может обернуться полным крахом. Республика может потерпеть поражение и сотни тысяч жизней окажутся бесполезной жертвой — разгромив флот, Гривус сможет без труда устроить орбитальную бомбардировку родины клонов. Он наверняка не оставит ни одной целой постройки на поверхности океанической планеты. А значит — если они проиграют здесь, то их ждет поражение в войне.

— Кто старший по званию на флоте? — С толикой паники задал он вопрос. Ему казалось, что он произнес фразу ровным тоном, но, лишь договорив, понял, что прокричал ее. Из-за головной боли он не мог контролировать свои органы чувств как следует. Плохой знак — так же было и после Ботавуи, когда пришлось ввязаться в бойню при Родии. — Кто принял командование?

Старший помощник смотрел на него не отрываясь. Словно не мог подобрать слов для ответа. Или же, не знал его?

Вздор, подобного не может быть! Командная иерархия во флоте была обозначена достаточно четко. И в этом соединении было лишь две фигуры, обличенные властью отдавать приказы.