Цель оправдывает средства (СИ) - Сергеевич Илья - Страница 168

Как только последний фрегат авангарда разбросал свои обломки в немом взрыве, поредевшая флотилия республиканских МЛА отошла к кораблям эскадры «Щит». Большая часть «V-крылов» и АИРов пошла на ротацию — так называют приземление малого корабля для дозаправки и пополнения вооружения.

Я и Оли, вместе с десятком относительно «полных» эскадрилий прикрывали эту «пересменку», отбиваясь от остатков «стервятников», которые, оставшись без материнских кораблей, перешли к варианту сражения «на смерть».

В одной из докладных записок секторального командования я читал, что дроиды-истребители КНС приписаны строго к определенным кораблям. К примеру, в отличии от органиков, МЛА конфедератов не может «сесть» на какой-либо другой корабль, кроме того, с которого он стартовал. Проще говоря, взлетев с «Бунтаря», «стервятник» не сядет для дозаправки на «Щедрый» или другой «Бунтарь» — это запрещено программой корабля. Сделано это для того, чтобы после боя было удобнее подсчитывать потери каждого из звездолетов — статистика для дроидов святое.

И этот же протокол играл против КНС, в случае, если корабль-носитель погибал в бою, а его авиакрыло выживало. В таком случае, дроиды-истребители атаковали ближайшую вражескую цель. Случись таким «сиротам» пережить бой и выжить — их поднимали на борт специального транспорта, где чистили память и отправляли на борт другого корабля, но уже как «новую» единицу.

Да-с, процедура очистки памяти — вот то, что никогда не даст дроидам возможность саморазвиться в личность и использовать накопленный опыт против человека или других своих врагов. В моей ситуации благодаря регулярной чистке памяти, дроиды-истребители КНС всегда воюют по одной и той же программе, которую за столько времени ведения боев, клоны уже выучили на зубок. Отсюда и фантастические цифры сбитых «жестянок» — пилот-середнячок за бой может прикончить до двух-трех десятков истребителей противника.

Меж тем, картина сражения разворачивалась, мягко говоря, удручающе.

Передовой отряд противника — две дюжины фрегатов типа «Щедрый» не представляли для нас уже опасности, превращенные либо в металлолом, либо в беспомощно дрейфующие останки. Но следом за ними, надвигалась вторая волна.

И теперь уже было не до шуток.

Хорошо знакомые нам «Щедрые», но уже из второй волны атакующих стремительно вырывались из астероидного поля, поливая «Спасение» и приданные ему корабли ураганным огнем. Прибытие эскадр «Кинжал» и «Булава» позволило нам разом обратить в пыль последних из «Щедрых» во флоте Гривуса.

Следом за ними, подобно гиенам, прибывшим попировать на поле боя, перед звездолетами Республики появились «Бунтари». Оставшиеся в относительной целостности «Щедрые» из второго отряда, расходились, уступая место для не избитых, свежих кораблей, которым предстояло довершить наш разгром. Гривус перенял мою же тактику — сгруппировал корабли теснее друг к другу, для того чтобы дефлекторные экраны соседних разрушителей перекрывали друг друга, усиливая общую защиту. И, переведя энергию со всех дефлекторов на носовые, киборг превратил свою армию в подобие тевтонской «свиньи», которая оттесняла мои крейсера.

Казалось, избитые, частично лишенные артиллерии, дымящие множеством пожаров и пробоин, корабли Республики с трудом сдерживали армаду «стервятников», которых из своих недр выпустили корабли дроидов. Небольшой отряд кораблей — дюжина «Бунтарей» и все «Барышники», вот-вот выйдут из астероидного пояса и тогда неминуемы две вещи — разгром трех моих эскадр и оккупация Ботавуи. Хотя какая там оккупация. Ботанов ждет резня…

Но только в том случае, если я проиграю, естественно. А так уж вышло, что делать этого я не намерен.

— Черный-Один, Черному-Три, — я активировал канал связи с «Защитником».

— На связи, мастер-джедай, — отозвался механический голос иокатского дрона. — Пришло наше время?

— Не суйся к передатчику, жестянка, — вмешался в эфир голос Альфы. — Сэр, корабли на позиции, ждем отмашки.

— Приступайте, — скомандовал я. — И разрешаю открутить Кенни руку, если еще раз влезет в разговор.

— Слышал, железка? — Хохотнул второй ЭРК. — Скоро на свалку отправишься.

— А ты рискни здоровьем, организм, — цинично парировал иокатский дрон, подкрепляя свои слова характерным звуком сервопривода плазменного орудия. — Пока я за штурвалом этого корвета — я решаю, когда содержимое ваших желудков окажется снаружи. Прыжок!

Возгласы возражения обоих ЭРК, исполняющих на моем корвете обязанности членов экипажа, прервались, с переходом корабля на сверхсветовую скорость. Усмехнувшись, я обратился к астродроиду.

— Отправь сообщение нашим силам на Котлисе: «Выступайте».

Дроид чирикнул в ответ, подтвердив исполнение поручения. Машинально пробежавшись глазами по экрану с вопросом «Разве у нас есть силы на Котлисе?», я проигнорировал любознательное ведро с болтами.

— Ну что же, — произнес я, возвращаясь на общий канал связи. — Всем истребителям, переходим в наступление.

***

Были бы у него зубы, Гривус скрипнул бы ими. Но все что ему оставалось — это осыпать проклятьями коварство джедаев.

Их подкрепление совершило прыжок из системы Котлис, на что указывал вектор вхождения в систему. Всего несколько световых лет от Ботавуи-Прайм, эта промышленная планета являлась для ботанов источником промышленных товаров, и непомерного капитала.

Лидеры КНС планировали нанести удар и по этой планете, но граф Дуку высказал свое весомое мнение. Несмотря на кажущуюся миролюбивость, планета имела мощную защиту. А связываться с ионными орудиями, которыми, по словам бывшего джедая, была подкреплена защита, генералу армии дроидов не хотелось.

Выше плоскости астероидного пояса, заходя в правый фланг ударного отряда «Бунтарей» из гиперпространства вывалились три десятка корветов, в которых киборг с удивлением опознал «Мародеров» компании Сиенара.

— Поднять щиты! — взревел генерал, открывая канал связи с дроидами-командирами «Бунтарей». Но, оказалось слишком поздно.

Гривус мог лишь констатировать, что диспозиция противником выбрана идеально. Массированный ракетно-турболазерный огонь «Мародеров» буквально выкашивал корабли КНС. За первые же минуты боя, два десятка разрушителей конфедерации вышли из строя с критическими повреждениями, не совместимыми с дальнейшим продолжением миссии. А армада «стервятников», брошенная в погоню за отступающими кораблями Республики практически растворилась в сизоватых вспышках разрывов барадиевых боеголовок ударных ракет.

Корпускулярные щиты «Незримой длани» абсорбировали огонь противника, к которому, спустя некоторое время добавились и приснопамятные корабли адмирала Страйкленна. Окружив корветы своими бронированными тушами, они усилили и без того разрушительный натиск на корабли КНС, превращая в металлом остатки армады.

Гривусу не было необходимости обращаться к сенсорам за анализом — он и сам видел, что полтора десятка «Аккламаторов» и троица «Венаторов» имеют следы скорого исправления повреждений. Свежие заплатки на месте пробоин, большое количество бездействующей артиллерии, выведенной из строя во время сражения за Монастырь… Но разрушители Республики появились здесь не ради этого.

Их ангары, прикрытые мерцающими силовыми завесами, выпускали сотни истребителей и бомбардировщиков, которые коротким броском в сторону арьергарда армады, завершали избиение.

Со всей доступной для него яростью, генерал нанес удар в дисплей ближайшего терминала, превратив его в груду развалин.

— Оборонительный порядок 34, — бросил Гривус экипажу, с трудом сдерживая себя от того, чтобы не разорвать каждого из них на части. — Выходим из боя. Проложите курс к Мимбану…

***

— Это даже слишком легко, — сморщился Мартио Батч, командир отряда «Стрела 5». Стоя в небольшой рубке флагманского «Мародера», он наблюдал за тем, как обломки сепаратистких фрегатов огненным градом входят в атмосферу захолустного Дресселя.