Цель оправдывает средства (СИ) - Сергеевич Илья - Страница 146

Магистр Ранцизис уже был не в том возрасте, чтобы с пеной у рта доказывать Совету излишнюю пассивность нынешнего положения дел. Обращаясь к историческим хроникам, он не раз и не два созерцал примеры того, как джедаи смогли предотвратить раскол сотен государств, устранив лишь тех, кто сознательно действовал не в интересах народа…

Глядя на ночное небо Галактической столицы, занятый своими мысями магистр Оппо едва не пропустил момент, когда голопроектор засветился, сформировав трехмерное изображение.

— Мастер Доуган, мастер Ундули! — Мягко, без тени волнения, словно он минуту назад не размышлял об их безвестном исчезновении, поприветствовал джедаев гранд-мастер. — Волноваться начали мы.

— Небольшие проблемы с сепаратистами, — туманно пояснил Доуган. Как и прежде, он предстоял перед собеседниками в древней броне, с лицом, сокрытым бронированной маской. Некоторые служители Храма даже сравнивали его со стражами Храма— джедаями, на плечи которых ложилась священная обязанность защищать Храм джедаев на Корусанте. Впрочем, по мнению Оппо, никаких сходных черт не имелось — разве что в привычке носить броню и скрывать свое лицо. Молчаливая Ундули лишь кивком головы подтвердила правдивость его слов. — Сейчас мы гостим во дворце господина Джаббы.

— Мастер Доуган, — вмешался Ранцизис. — Вы выполнили задание?

— В точности, уважаемые члены Совета, — в разговор вступила Ундули. — Сын Джаббы в целости доставлен отцу. Последний же в свою очередь готов заключить союзное соглашение с Республикой. Гиперпространственные трассы пространства хаттов открыты для кораблей Великой армии Республики уже сейчас. Но, вместе с тем, хатты готовы принять представителя Республики для заключения союзного договора.

Пораженный услышанным, Оппо взглянул на маленького магистра. Йода вернул ему полный недоумения взгляд.

— Никто не ожидал, что хатты последуют словам Джаббы. Мы рассчитывали на нейтралитет хаттов, но союзничество… — пригладил свою бороду Ранцизис. — Это не логично. Хатты недолюбливают Республику, и не стали бы ограничивать себя союзным договором…

— Но, в ту же очередь, — произнесла Луминара. — Это так. Хатты готовы выслать свой проект соглашения незамедлительно…

Ранцизис еще раз перелянулся с гранд-мастером.

— Как удалось это вам, друзья мои? — Задал очевидный вопрос Йода.

— О, — донеслась усмешка из-под маски Доугана. — Я был очень убедителен…

***

— Господин Джабба благодарен лично — от своего лица и от лица всех хаттов его клана за оказанную Республикой и джедаями услугу, — монотонно вещал дроид, передавая негромкие басистые фразы главного хатта на Татуине.

Располагаясь по другую сторону голографического проектора, я мог из тени наблюдать за фигурками, которые стояли перед преступным королем. И не стесняясь, разглядывал выражения их лиц.

Канцлер, как всегда сдержанный и слегка доброжелательный, с миной безмерного груза ответственности за всех и вся, лишь кивал в такт переводам. Не сомневаюсь, что на его душе скребли кошки. Несложная комбинация оказалась оглушительно провалена. Мое большое черное сердце грело то, что я приложил к этому руку. Приятно из тени попинывать врага, который о тебе еще не подозревает. Хотя, Валкориан нашептывал на время уйти в тень и не отсвечивать на пути сита — позволить ему поверить в то, что мои разрушения его планов лишь слепая удача. Усыпить бдительность перед очередным ударом под дых.

Представители юстиции, кабинета канцлера, правительства, чьи электронные подписи требовались на столь значимом документе, так и остались мной не узнанными. Впрочем, не очень то и хотелось. Мое дело — сторона. Основных фигур свиты Палпатина я знал и без этой театральщины.

Со стороны хаттов было все проще — Совет хаттов выдал Джаббе что-то вроде доверенности действовать от их имени. Ну еще бы, после его милейшей демонстрации компромата Зиро…

Голограмма Палпатина вежливо улыбнулась.

— Отлично, господин Джабба. Я нескончаемо рад тому, что ваш ребенок, наконец, вернулся домой. Нет ничего печальнее, чем разлучить дитя с родителями. Удалось ли установить виновника этого ужасного злодеяния?

Джабба неохотно пробурчал несколько фраз, которые переводчик перевел крайне дипломатично, поведав канцлеру, что это — внутренние дела хаттов.

— Этот день войдет в историю галактики, — пообещал Палпатин. — Впервые за много лет Республика и хатты нашли общий язык.

— Мастер Джабба надеется, что джедай, благодаря которому все это стало возможным, не останется забыт, — перевел новую порцию болтовни слизняка дроид. — Повелитель просит рассмотреть это как личное пожелание. Небольшая уступка взамен той, что он добился от Совета хаттов разрешить использовать гиперпространственные пути пространства хаттов армией Республики до заключения договора.

— Вне всякого сомнения, уважаемый Джабба, — заверил его канцлер. — Мастера джедаи Доуган и Ундули получат причитающиеся им награды.

Канцлер на мгновение отвлекся, после чего вновь вернул свой взгляд на тушу Джаббы.

— Мои помощники заверяют меня, что наш союзный договор отныне всецело легитимен и отныне мы с вами — союзники. Копия договора незамедлительно направлена вам, многоуважаемый Джабба.

Хатт вальяжно попрощался с человеком, после чего, по его жесту, одна из двух голубокожих рабынь-твилечек, отключила голокоммуникатор и проворно убрала его прочь с глаз.

В этот раз мы находились в личных покоях хатта. В отличие от приемной залы, здесь было куда просторнее — как на поле дня футбола. Львиную долю всего помещения занимала опочивальня хатта — ее разглядеть особо не удалось, так как проход туда был закрыт. Мы со слизняком «тусовались» в гостиной. Богато уставленные столы ломились от выпивки и яств. Пол, устеленный длинноворсными коврами и мягкими подушками, вкупе с развешанными гобеленами на стенах и балдахинами, декорирующими арочные пролеты.

В воздухе витал запах благовоний, которые я вдыхал своими ноздрями.

Сила и бакта поправили мою физиономию, поэтому, в личной, приватной беседе с хаттом, я решил соблюсти правила приличия и убрал маску.

Джабба развалился на огромной перине, подставив себя под дуновения ветра, создаваемого опахалами нескольких рабынь. Всего их в покоях было пятеро — человеческая женщина, две деваронки и две голубокожие твилечки, похожие друг на друга как две капли воды. Деваронки занимались хозяином, кормили его, массировали его толстое тело и не позволяли ему находиться в духоте.

Твилечки же присматривали за столом, да крутились вокруг меня. Женщина, словно цербер, стояла невдалеке от ложа хатта, внимательным взглядом отслеживая происходящее. Дам голову на отсечение — личная охранница. Или наложница. А может и то, и другое. Впрочем, так или иначе, все они были чрезмерно сексуальны, а легкая одежда на них лишь больше дразнила взгляд и желание.

— Прошло много времени с тех пор, когда я видел джедая так близко, как вижу тебя сейчас, — по непонятной мне причине, дроид перестал использовать привычную манеру изложения, и стал излагать слова хатта от первого лица. — И уж тем более, никогда еще джедаи не были в моих личных покоях. Ни как враги, ни как пленники, ни тем более союзники.

— Приятно быть первопроходцем в этом вопросе, — чтобы иметь возможность не отвечать на последующие вопросы Джаббы незамедлительно, я подтянул к себе Силой вазу с фруктами и принялся неторопливо очищать от кожуры аналог мандарина. Правда, зеленого цвета. — Как и в вопросе союза с хаттами, — я недвусмысленно постучал пальцами по своей деке.

Хатт заулыбался. Очевидно, его позабавила эта ситуация.

— Я мог ожидать такого вероломства от кого угодно, но только не от джедая, — заметил он. — Компромат на весь Совет хаттов… Надеюсь, Зиро страдал, когда рассказывал твоим людям свои секреты?

— Он страдает до сих пор, — заметил я. — Как бы много он не записал на свои кристаллы — еще больше он хранит в голове. Я заберу все это.