Впотьмах (СИ) - Корнилова Веда - Страница 104

— Это как сказать… — буркнула я.

— А в поселке об этих людях, похоже, ничего не знают… — Эж потер лоб ладонью. — Не нравится это мне, ну да ладно. Иного выхода у нас все одно нет, пошли, поищем здешних лесных жителей.

— Знать бы еще, где их искать… — вздохнула Лидия.

— Для начала пойдем по тропе…

— Почему именно по ней?

— Девушки, милые, когда же вы у меня станете хоть немного внимательней?.. — покачал головой Эж. — Если вы оглянетесь, то увидите, что за холмиком, на котором мы в данный момент сидим, начинается небольшой спуск, а потом вновь идет низина, то есть начинается болото. Выходит, единственное место, по которому можно спокойно ходить — это та сама тропа, возле которой мы с вами находимся. Значит, иного пути тут нет, вот и пойдем по нему, а дальше будем действовать по обстоятельствам. В общем, дорогие мои спутницы, следуйте за мной.

— Да мы и не возражаем. Главное, нам на этой тропе с каким-нибудь зверюгой не столкнуться.

— Я, знаете ли, тоже не любитель подобных встреч.

Тропа, по которой мы отправились, шла среди кустарника и высоких деревьев. Несколько раз при нашем приближении в стороне взлетали испуганные птицы — я, разумеется, могу и ошибаться, но судя по их реакции, люди сюда захаживали не так и редко.

Трудно сказать, сколько времени мы шагали по утоптанной земле — на мой взгляд, это продолжалось не так и долго, но внезапно Эж остановился, принюхался, а потом повернулся к нам.

— Чувствуете?

Я втянула ноздрями насыщенный свежестью воздух. Хм, а ведь Эж прав — чуть тянет гарью. Неужели где-то пожар? Только этого нам еще не хватало!

— Похоже, где-то горит… — Лидия озвучила то, о чем думал каждый из нас.

— Скорее, тлеет… — Эж осматривался по сторонам.

— Лесной пожар?

— Нет, дыма не видно… — покачал головой Эж. — К тому же, если б где-то рядом шел лесной пожар, то все вокруг выглядело бы совсем иначе, да и здешнее зверье, спасаясь, уже бежало бы к реке. Тут что-то другое.

Вновь двинулись по тропе. Впрочем, через какое-то время она стала менее заметна, да и местность вокруг поменялась — похоже, что болото мы миновали. Сейчас мы вновь шли по лесу, среди высоких деревьев, но запах гари в воздухе не исчезал, лишь становился более заметным, и очень скоро мы вышли на поляну со следами пожарища. Теперь ясно, откуда этот запах…

Посередине поляны стоял дом, вернее, куча обугленных бревен, где еще сохранились контуры прежнего строения. Крыша рухнула, у нескольких небольших деревьев, стоящих неподалеку, была опалена крона. Ближе к краю поляны стояла еще одна избушка, совсем небольшая, сложенная из крепких бревен, как и все здешние строения, с крохотными оконцами, больше напоминающему бойницы. Этот дом всего лишь чуть прихватило пожаром, во всяком случае, в нем очень даже можно отсидеться. Рядышком — яма с водой, без сомнения, небольшой родничок. Людей не видно… Что же тут произошло?

— Постойте здесь… — и, бросив дорожные мешки на землю, Эж приблизился к сгоревшему дому, обошел его кругом, заглянул внутрь… Прошелся по поляне, всматриваясь в жухлую траву, присыпанную грязью и копотью, открыл дверь второго дома, огляделся…

— Такое впечатление, что дом загорелся снаружи… — заговорил он, подойдя к нам. — Скорей всего, поджог, но никаких тел я не заметил. Похоже, обошлось без жертв.

— Может, молния ударила?.. — предположила я.

— Исключено… — покачал головой Эж. — Конечно, вчера была непогода, гром с молнией, так что молния, конечно, могла ударить, но это крайне маловероятно. Поверь — это поджог. Мне однажды пришлось вести подобное дело в суде, так что я знаю, о чем говорю. Однако вскоре после того, как стены были объяты пламенем, пошел сильный дождь, и у меня сложилось впечатление, что именно потоки воды погасили разгоревшийся пожар, и не дали сгореть второму дому, хотя поджигатели его тоже подпалили, но сделали это перед самым уходом с поляны.

— Интересно, кто бы это мог быть…

— Ну, здешнее зверье, как ты догадываешься, к поджогу точно не имеет никакого отношения. Понятно, что это дело человеческих рук. А дом, судя по всему, был обитаемым, и это не охотничья избушка, в нем жили постоянно. Полно глиняной посуды — вернее, того, что от нее осталось, хватает и обгоревшей одежды…А второй дом, который не успел сгореть — это что-то вроде запасного дома — там нет ничего, кроме печки и лавок.

— И что будем делать дальше?

— Пока не знаю, для начала стоит осмотреться повнимательней.

— Хорошо… Что это? Слышите?

— Ты о чем?.. — недоуменно посмотрел на меня Эж.

— Мне показалось, что я услышала чей-то голос. Глухой, чуть слышный…

— Тебе послышалось. Лично я ничего не заметил.

— И я ничего не слышала… — чуть растерянно произнесла Лидия.

— Возможно, мне и верно, послышалось… — согласилась я. — Хотя… Тихо!

Мы замолчали, вслушиваясь в окружающие нас звуки, но до нас доносились только обычные лесные шумы и голоса птиц. Минута, другая — и я уже поневоле готова была признать свою оплошность, но в этот момент до нас донесся глухой звук — такое впечатление, будто кто-то вдали бьет по дереву, причем звук доносился со стороны сгоревшего дома. Переглянувшись, мы с Эжем направились к сгоревшим бревнам, попросив Лидию не двигаться с места — неизвестно, что мы можем отыскать внутри.

Точно — звук доносился из-под обгоревших бревен, лежащих внутри дома. Стоя подле сгоревших стен, мы хорошо расслышали, что некто стучит чем-то тяжелым по дереву. Если в доме есть подпол, то, скорей всего, звук доносится именно оттуда — похоже, некто во время пожара спрятался в подполе, хотя лично мне непонятно, зачем туда нужно было забираться, и как там можно было уцелеть. Делать нечего: переглянувшись, мы с Эжем стали растаскивать бревна, хотя это было непростое дело, и к тому же очень скоро мы измазались с головы до ног. Лидия смотрела на нас со стороны, не подходя близко, но я особо не опасалась, что на поляну забредет какой-то из здешних хищников — запах гари хорошо отпугивает зверье.

У нас ушло немало времени на то, чтоб расчистить пол в обгоревшей избушке, и посреди пола я увидела железное кольцо, закрепленное в полу — точно, там вход в подвал. Плохо то, что стоило с силой потянуть за это кольцо, как оно оказалось у нас в руках — пожар сделал свое дело. Сама крышка была настолько плотно подогнана с полом, что не было возможности просунуть лезвие ножа в почти невидный зазор по контуру, и уж тем более у нас не было возможности выламывать петли. Надо сказать, что с того времени, как мы стали растаскивать обгоревшие бревна, стук из подвала донесся до нас всего однажды — кажется, тот, кто сидел в подвале, не хотел нас отвлекать, или же отчего-то не решался вновь дать знать о себе.

— Эй, ты там живой?.. — Эж постучал по люку. — Можешь вылезать, мы бревна растащили!

Ответом была тишина, и, выждав какое-то время, Эж вновь застучал по дереву:

— Чего молчишь? Ты нас слышишь? Голос подай!

Внизу по-прежнему молчали, и разозлившийся Эж рявкнул:

— Ты что, оглох? То дубасил, внимание к себе привлекал, а сейчас в молчанку играешь?

Нам опять никто ничего не ответил, но теперь разозлилась уже я:

— Ну и сиди там хоть до скончания веков! Знали бы, что ты одиночество любишь — пальцем бы не пошевелили, чтоб тебя отсюда вытащить!

Прошло несколько мгновений, и снизу послышался какой-то шум — похоже, там кто-то сдвигал засовы. Ничего себе кто-то спрятался внизу, чуть ли не за семью замками! Понятно теперь, почему туда дым не дошел… Еще немного — и крышка приподнялась, после чего мы увидели бородатого мужчину средних лет, который настороженно смотрел на нас. Не вылезая из люка, он осмотрелся, и, не заметив ничего подозрительного, с неподдельным удивлением уставился на меня:

— Женщина! Надо же…

— А ты кого здесь ожидал увидеть?.. — огрызнулась я. — Священника? Так они в другом месте грехи отпускают!

— Эй, кто там?.. — раздался голос Лидии. Она подошла к развалинам дома и неприязненно смотрела на незнакомца.