Квакодильные дела - Палий Александр - Страница 5

Причина размышлений не угадывалась, и Ква решил сходить посмотреть, в чем дело. Это теперь не так-то просто сделать - дракончик заметно подрос с тех пор, как у него появилась Голубая Мечта. Если рядом с вами находится кончик его хвоста, это вовсе не значит, что вы сможете отсюда разглядеть и его голову.

Весь Приозерный мир - Озеро, Роща, два Холма, луга - был окружен болотами, и только по длинной извилистой тропинке можно было выбраться куда-нибудь во внешний мир. Ну, например, дойти до деревни Ромашкино. Каждый год летом оттуда приходила бригада косцов, они добросовестно скашивали траву на обширных лугах, подсушивали, собирали в стога и уходили. Каждый год сено собирались вывозить и кормить им вечно голодных обитателей деревенской фермы, но... Вы знаете, как это бывает: то некому, то распутица, то нечем вывезти. Вот это самое сено и было далекой, заветной и несбыточной Голубой Мечтой для целого стада коров. Говорят, об этих стогах в деревне ходили легенды. А когда до них добрался На...

Тем более - утки. На мелководье вдоль Того Берега, в камышовых зарослях, могла бы поселиться целая армия уток, и еще осталось бы место для прокорма драконьей стаи. Так нет, надо было непременно устроить демонстрацию протеста и других частей тела, поднять шум-кряк до небес и заставить дракончика покраснеть. Голубая Мечта пришлась весьма кстати.

Я и говорю - он заметно подрос. И даже частично поменял цвет. Это очень красиво звучит - Дракон Цвета Морской Волны, а выглядит еще лучше. Его кожа стала гладкой, блестящей, и, в зависимости от освещения, она выглядела то изумрудно-зеленой, то вспыхивала глубокой синевой. Ква с гордостью им любовался.

Выйдя из зоны запыления, квакодил увидел висящее перед самым носом На облачко Призрака. Призрак что-то пытался объяснить дракончику, злобно и отчаянно вопя, как обычно. Дракончика после обеда разморило на солнышке, и он изо всех сил старался удержать на весу потяжелевшую голову вместе с расплывшейся на ней до самых ушей довольной-предовольной улыбкой. Время от времени его веки опускались и он клевал носом, тут же спохватывался, широко открывал глаза и изображал внимательность и заинтересованность. Призрак, в свою очередь, не обращал на него абсолютно никакого внимания, поскольку все его силы были отданы процессу разъяснения.

Одно из несомненных призрачных достоинств - или все-таки недостатков? то, что они могут принимать самые разнообразные формы. На данный момент Призрак обзавелся множеством рук. Одна из них была поднята и строго покачивала в воздухе воздетым к небу указательным пальцем. Другой он все время как будто приглаживал свою призрачную прическу. На двух нижних руках он загибал пальцы, подсчитывая аргументы и факты. А парой средних - его самые длинные руки Призрак для большей убедительности жестикулировал, размахивая ими во все стороны, словно одессит посреди Дерибасовской. При этом он быстро-быстро и вдохновенно орал на совершенно призрачном языке, и самое разборчивое слово из всего этого было что-то вроде "Убирайся".

Ква восхитился.

- Привет, Пи! - сказал он, не заботясь о том, что приходится перебивать. В речи, произносимой Призраком, не было пауз.

- Квак поживаешь? - осведомился он и зажмурился.

Здорово, что Призрак был нематериален! Иначе он бы сейчас взорвался. Он зашипел-заскворчал, как кусок сала на сковородке. Ква приоткрыл один глаз и снова закрыл. Призрак размахивал сразу всеми руками и стал похож на маленького разъяренного осьминога. Еще и На подлил масла в огонь. Он в очередной раз взбодрился, застучал хвостом, открыл рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого зевнул. Призрак потянуло внутрь, он машинально растопырился и попытался зацепиться за что-нибудь, а так как это не получалось, то он рассердился окончательно и исчез с громким звуком хлопка бутылочной пробки. Нет, призраки и привидения не поддаются проглатыванию, они бы все равно проскочили насквозь, но это считается у них неприличным. Когда тебя глотают. Признаком - признаком, а не призраком - дурного тона. Они очень не любят проходить сквозь живые существа, это напоминает им о том, что и они когда-то были такими же вещественными и осязаемыми.

Исчезнувший Призрак возник поодаль и принялся вовсю демонстрировать свое презрение, неуважение и обиду. Он повис, сидя спиной к друзьям, молча и неподвижно, подпирая недовольно закрытый рот всего двумя оставшимися руками. Квакодил и дракончик почувствовали себя неловко.

- А чего он хотел, На? - тихонько спросил Ква.

Дракон недоуменно похлопал ресницами и пожал плечами. Потом вопросительно посмотрел на квакодила и махнул головой в сторону Призрака.

- Как зевать, так ты, а как выяснять, так я, - совсем по-призрачному заворчал квакодил.

Дракончик подтянул поближе левую лапу и стал подталкивать Ква вперед. Ква поупирался, потом все же продвинулся и присел рядом с Призраком. Призрак недовольно зашебуршился, но остался там же.

- Погода сегодня хорошая, - начал издалека Ква, оглядываясь по сторонам. И продолжил, плавно переходя к делу:

- И чего это ты развопился, кошмарик полуночный?

- Ммм-мусой! - сердито заорал Призрак сверху вниз, яростно поворачиваясь к Ква. - Мусор! Стыд и срам! Позор! Хлам! Мерзость! Грязь!

- Где? - удивились Ква и дракон. На с места не двигался, он вытянул шею и его голова оказалась рядом, но, для безопасности, позади Призрака.

- Где? Где? Где? - тоскливо передразнил Призрак, воздевая руки к небу. - В Выбежище, вот где!

Он стал объяснять. Не так быстро и яростно, как в первый раз. Оказалось, что сверху падает всякий мусор, листики, комочки грязи и всякие другие, внизу ползают "чейвяки", паучки заплели вход паутиной, и так далее и тому подобное. В Выбежище никто не забредает, пугать некого, так недолго остаться и без работы, и выбегать некому, и вообще, и вообще, какой уважающий себя пугательный объект будет заводиться в таком... в таком... в таком... в таком...

- Достаточно, - серьезно сказал квакодил, уяснив проблему, и Призрак презрительно скривился и замолчал. Скрестил ручки на груди и уставился в небо.

- Надо убираться, - подвел итог Ква.

- Куда? - немедленно спросил На.

- Не куда, а где, - ответил Ква, - в Выбежище. Он же призрачный, он сам не может. Пойдем!

Дракончик в два счета смахнул с купола листья, комки, пыль, укоротил траву вокруг и стал довольно облизываться. Ква заглянул внутрь, попросил Самого Ужасного и Коварного посветить, вылез, посмотрел по сторонам. На дереве над ними сидела сорока, чистила перышки и изо всех сил делала вид, что ничем не интересуется.

- В жизни не ел таких замечательных червяков, - сообщил Ква громко-громко. - А сейчас мы все вместе идем играть в новую игру - Призрачные Прыгалки. До самого вечера!

Сорока тут же снялась и улетела. Ква оседлал дракона и скомандовал:

- Вперед, на берег!

- А внутри? - завопил Призрак.

- Вечером увидишь, - пообещал Ква и посмотрел вслед сороке. - Пойдем, пойдем. Поиграем. Тебе надо ненадолго отлучиться.

Потом они играли. Призрак зависал высоко над водой, дракончик взмахивал хвостом и квакодил взмывал вверх, пролетал над призрачным туманчиком, несколько раз переворачивался и нырял глубоко-глубоко. Призрак жульничал, съезжал в сторону, расплывался, хныкал и стонал: "Нецесно, нецесно, нецесно..." Он исчез, когда настало время ужина. Появился перед сном, облетел ярко-малиновым торжествующим облачком вокруг головы дракона и исчез, так и не поблагодарив.

Ква проводил его своим милым задумчивым взглядом и язвительно сказал:

- Я вот думаю... А что мы будем делать, если он в следующий раз потребует для благоустройства своего ненаглядного Выбежища квакодилье чучело и шкуру дракона?

Глава 6. Концерт, или что происходит в кустах

Конечно же, вы скажете, что раки свистеть не умеют, и, конечно же, вы будете совершенно правы. Да какой это свист! Этот резкий шум больше всего похож на какое-то цоканье, такой непонятный звук: то ли "Т", то ли "Ц". И, ладно бы, они обходились бы без всяких там приспособлений, так и то не могут, прижимают клешнями эти штуки - которые они, эгоисты, называют раковинами - к усам, и дуют вовсю, и никто не способен дунуть больше трех раз подряд. И не всякие раковины годятся, а только эти - "В-Ус-Три-Ца", или устрицы. Какой же это свист! Шум, конечно, неимоверный, сплошное безобразие. Хорошо хоть, они занимаются этим только по утрам в Пятницу, если накануне прошел дождь и кустики на Горе Искусств достаточно мокры. Вот Шельма утверждает, что нигде нет такой хорошей Ак-Кустики. Прут всей толпой по сырой траве до самого верха и тарахтят на все лады, а потом хвастают, что у них - Кружок Художественного Свиста. Теперь вы понимаете, почему Гору Искусств все обходят стороной - после Дождичка В Четверг?