Кинжал Гая Гисборна (СИ) - Варназова Ника - Страница 72

— Приятного аппетита, бро!

Ганнибал тявкнул и снова уткнулся в волосы Аманды.

Из барного зала все выглядело так, будто деревня пережила авиаудар: люди попрятались кто куда и улицы полностью опустели, только оставленные без внимания животные периодически подавали голос, разбитые стекла, словно вынесенные ударной волной, прекрасно дополняли атмосферу.

Йован не удержался от вздоха, когда посмотрел на залитую кровью — его собственной и Гая — лестницу. Эти лужи явно сами себя бы не убрали… А еще где-то в затененном углу должна была валяться раздавленная крысиная тушка.

— Как думаешь, миссис Мышь скоро исцелится? — спросил он, виновато отводя взгляд.

— Не волнуйся о ней, у нас сейчас другие проблемы.

— Кстати да. Что мы будем делать? Ну, со всей этой ситуацией…

Гай резко отодвинул стул — раздался неприятный скрежет — и подошёл к тумбе, нижний ящик которой всегда был заперт. Он достал ключ из кармана, отпер замок и выудил из стопки древних бумаг кинжал, аккуратно обёрнутый тканью.

— Придётся подождать, пока моя рана заживёт. А потом немедленно отправимся в лес, чтобы проверить дуб.

— Разве есть шансы справиться вдвоём? — усомнился Йован. — Помнишь ведь, как мы напали на Робина, когда у него почти не осталось магических сил, и всё равно не смогли победить.

— Но сейчас наша цель не он. Достаточно будет отвлечь его на некоторое время.

— И как? Огонь в лесу не разжечь, значит, пожар отметается…

— Ты должен найти Гуда. Точнее, попасться ему и занять на некоторое время.

— Чем занять, убиванием несчастного меня? — возмущённо воскликнул Йован, с обидой глядя на Гая. Тот насмешливо поднял брови.

— Ты теперь бессмертен, помнишь?

— А, ну да… Но всё равно мне эта идея не нравится.

— Придумаешь что-то получше — всегда буду рад послушать, — отрезал Гисборн. Он открыл ящик, где хранились стопки журналов, достал один и кинул Йовану. — Вот, почитай и не ной хотя бы полчаса.

Это оказался уже знакомый детский журнал с розовой обложкой, с первой страницы которого, издевательски улыбаясь, смотрела страшноватая большеголовая кукла. Блёсток и страз на ней было больше, чем на всех маленьких девочках мира вместе взятых.

Йован тяжело вздохнул и начал листать его в поисках русалочки, на которую, по крайней мере, можно было смотреть без боли в глазах. Но увидев морскую ведьму, тянущую щупальца к наивной Ариэль, он отбросил журнал прочь.

— Ладно, допустим, убьём мы Робина. Но что можно сделать с вдовой? Ты действительно хочешь просто оставить всё как есть?

Гай поднял на него усталый взгляд.

— А что ты предлагаешь? Если мы начнём под неё копать, то только выроем себе могилу. Очевидно, она гораздо сильнее Марион и Робина вместе взятых.

— Тем не менее, одна легко убивается стрелой, а второй кинжалом… не так легко, но вполне реально.

— И зачем тебе это? — Гисборн усмехнулся половиной рта.

Скептическое выражение его лица взбесило Йована чуть ли не больше, чем предательство вдовы.

— Чел, ты серьёзно? Из-за неё меня несколько раз чуть не убили!

— Хочешь мести, — кивнул Гай с равнодушным видом, будто проблема никаким образом не касалась его.

— А ты не хочешь? Шериф погиб, потому что она запудрила вам мозги своей магией! Ты воскресил Марион, а потом заставил умереть — и всё по её плану! Этого тебе мало?

— Я ещё не настолько устал от жизни, чтобы мстить тому, кто намного сильнее меня. А ещё, если ты не забыл, если кто-то захочет моей смерти, сперва он должен будет убить тебя.

Йован, уже занёсший над головой журнал, чтобы швырнуть им в Гая, мигом стушевался.

— О, точно… Нет, так подставляться я тоже не стремлюсь.

«Справедливость справедливостью, — подумал он, — а своя шкура дороже».

— Ладно, будем решать вопросы по мере поступления. Сперва Робин, потом всё остальное.

Гисборн промычал что-то невразумительное и с таким энтузиазмом занялся разглядыванием кинжала, словно от этого зависел успех новой вылазки. Решив, что пока лучше оставить его в покое, Йован встал с намерением уйти из барного зала. Но чтобы добраться до спальни, нужно было подняться по лестнице, половина которой была залита кровью. Йован не был брезглив, но почему-то именно это внушало такую неприязнь, что он отказался от мысли отдохнуть наверху и пошёл на кухню.

Там всё ещё чувствовался травяной запах чая, заваренного вдовой. Он уже сильно ослабел и не казался таким невыносимым, как раньше, но всё-таки находиться в этом помещение было некомфортно. Однако альтернативы не блистали разнообразием: оставался ещё кабинет Шерифа, двери которого явно не открывались для каждого желающего, и мрачная подсобка, где можно было развлечься перебиранием ножей и ружей. Тяги к оружию Йован не имел, поэтому остался на кухне, смирившись с запахом.

Ситуация требовала чего-то крепкого. Но так как Гай выбросил все запасы алкоголя, самым крепким напитком в доме являлся кофе. Светло-коричневый порошок, хоть и не источал противного аромата, всё же выглядел подозрительно. Чаю была одна дорога — в мусорное ведро. В результате Йовану не оставалось ничего, кроме как налить себе воды и представить, что это коньяк.

«Чёрт, я бессмертен! — он наконец почувствовал восторг от мысли об этом. — Хрен меня теперь кто-то убьёт. Если конечно, не додумается извлечь сердце… Главное, чтобы Робин не понял и не провернул такой же фокус, как с Шерифом».

Сказать по правде, вдова тревожила его намного больше, чем Гуд. Последнему можно было противостоять, приблизительно предугадать его действия, составить план… О вдове же не было известно ничего — ни кто она такая, ни какой ещё магией владеет, ни от кого скрывается.

«Пожалуй, единственное, что я в силах сделать — это найти её врага. Но как? Писать объявления на форумах анонимных экстрасенсов? Здрасте, я ищу человека, имени которого не знаю, чтобы сдать ему другого человека, имени которого я тоже не знаю. Вы же экстрасенсы, сами поймёте, что к чему…»

Время шло медленно. Йован то вставал и начинал бесцельно ходить по кухне, то садился, надеясь, что так в его голову придёт какая-нибудь полезная мысль, потом вспомнил, что ему не помешает тщательнее отмыться от крови. Но упускать из виду происходящее не улице он побоялся, поэтому просто омыл руки и шею водой из-под кухонного крана, то и дело оборачиваясь на окно. Снаружи было всё так же спокойно.

Чтобы не томиться от скуки, Йован начал продумывать, как он воспользуется полученным бессмертием.

«Во-первых, поднимусь на Эверест. Потом займусь дайвингом. С белыми акулами. Пройду пешком Сахару. Поеду в леса Амазонки и найду дикие племена… Хотя что это я, вот одно дикое племя уже увидел и больше не хочется, благодарю покорно…»

«А Гай? — подумал он, возвращая мысли ближе к реальности. — Так и останется жить в глуши когда проклятие падёт? Нет, так себе вариант бросать его здесь. Учитывая то, что во мне его сердце, нам лучше не разбегаться… Но что я буду с ним делать? Провезу через границу в чемодане, а потом поселю у себя под кроватью? И Энни с Оуэном тоже надо как-то забрать из деревни…»

Поняв, что в одиночку всё равно ничего не сможет решить, он последовал своему же совету и отбросил вопросы о будущем на потом.

Прошло несколько часов. На улице уже начало темнеть и Йован забеспокоился от мысли о том, что ему придётся бездельничать всю ночь, потому что заснуть он точно не сможет.

Но тут за его спиной возник Гай, неслышно открывший дверь и вошедший, вопреки обычаю, не топая сапожищами как спешащий диплодок.

— Я не уверен…

Внезапно раздавшийся голос заставил Йована подскочить от неожиданности. Он чуть не стукнулся затылком о подбородок Гисборна, вставшего прямо за ним.

— Чёрт, чувак, нельзя же так подкрадываться! У меня оба сердца не выдержат!

— Я не уверен, стоит ли нам поторопиться и пойти к дубу сейчас, — докончил тот, проигнорировав упрёк. — Мне кажется, я уже в состоянии драться, если понадобится, однако днём больше шансов добраться до места, не встретив сопротивления.