Кинжал Гая Гисборна (СИ) - Варназова Ника - Страница 65

Услышав фамилию колдуньи, Йован почему-то фыркнул, за что был одарён уничижительным взглядом.

— Так что его личность мы не выясним, — подытожил Гай с раздражением в голосе. — Как и не сможем предположить, на какие заклинания он ещё способен.

— Мог бы просто сказать: мы ни хрена не знаем, — проворчал Йован. — Не умеешь ты вести брифинги.

Старушка со вздохом откинулась на спинку стула, поднимая глаза к потолку.

— Я всё-таки не могу поверить, что колдун изменяет нашу память. Если он способен просто заставить нас забыть о чём-то или внушить ложные воспоминания, то к чему все эти мелкие ухищрения? Зачем заставлять людей считать тебя убийцей?

— Марион предположила… Нет, она почти была уверена в природе чар. Заклятия, действующие на разум, должны быть намного сложнее того же воскрешения и требовать огромных сил. Если бы каждое вмешательство отнимало столько энергии, даже самый могущественный чародей не смог бы управлять целой деревней. Поразмыслив над этим, Марион рассказала мне о наиболее вероятных характеристиках проклятия, точнее, проклятий, которых, как минимум, два.

Вдова подалась вперёд, с вниманием и тревогой слушая Гая. Её лицо немного побледнело.

— Первое накладывается один раз на каждого человека, делая его разум податливым и более доступным колдуну. Поэтому в дальнейшем манипулировать рассудком становится легче. А ещё трата сил напрямую зависит от состояния человека. Чем больше он напуган, подавлен или зол, тем проще исказить его мысли. Очевидно, в данный момент колдун вгоняет людей в панику, чтобы потом что-то масштабно изменить в них. К тому же благоприятная фаза Луны подходит к концу и уже не даёт достаточно сил, поэтому он не может заново наложить на меня заклинание и таким образом сдерживает нас, чтобы не дать разобраться с Робином.

Глаза вдовы расширились, а пальцы судорожно стиснули юбку.

— Нет, нет, — прошептала она. — Это всё слишком нереально. Такого просто не может быть!

— Увы, может, — коротко ответил Гай. — Я полностью верю в это.

Йован придвинул свой стул поближе к креслу, где сидела старушка, и положил ладонь на её напряжённое плечо. Он не ожидал, что после всего пережитого ими ещё одна дурная новость так напугает её.

— Итак, в первую очередь, нам нужно обезопаситься от колдуна, — Гисборн, словно не заметив её страха, продолжил говорить. — Судя по всему, в деревне сейчас лишь два человека, на которых не лежит заклятие: я и Йован. Мы не можем рассчитывать на то, что враг будет ждать благоприятного времени. Если возникнет крайняя необходимость, он обойдётся и без помощи Луны, почерпнув силы из других источников. Например, нескольких жизней.

Вдова прижала ладони к губам. Её подбородок подрагивал, зрачки заметно увеличились.

— Слышь, чувак, — возмутился Йован, — ты всё пугаешь и пугаешь, а выход собираешься предлагать? Или нам уже стоит плюнуть на всё и повеситься?

— Разумеется, собираюсь, — презрительно фыркнул Гай, с недовольством глядя на него. — Нужно убить миссис Мышь и некоторое время не допускать её воскрешения. Такие чары должны исчезнуть со смертью колдуна.

— А что, если это не она? — воскликнула вдова.

Гисборн пожал плечами.

— Тогда отпустим её.

Йован издал нервный смешок, представив крысиный скелет в банке с кислотой.

— Гринписа на тебя нет, живодёр… Но что поделать, я за.

— Но это слишком жестоко! — запротестовала старушка. — Вдруг мы заставим страдать невинное существо?

Выражение лица Гая говорило том, что он не испытывает по этому поводу никакого волнения.

— Нам уже пришлось обречь на смерть двоих людей. А это всего лишь крыса.

— Мы всё сделаем сами, — Йован попытался утешить вдову, хотя совсем не имел желания мучить животное, даже если под его шкурой скрывался очередной тёмный волшебник.

Старушка быстро утерла выступившие слёзы и поднялась с кресла.

— Я… пойду приготовлю завтрак… А потом поступайте как знаете. Главное, я не хочу этого видеть.

Она медленно вышла из комнаты, постукивая клюкой. Гисборн проводил её косым взглядом и устало вздохнул. Для человека, который имеет какой-никакой план действий, он выглядел слишком уныло.

— Раны болят? — поинтересовался Йован.

Гай мотнул головой.

— Ерунда.

В наступившей тишине было слышно, как вдова начала греметь посудой на кухне. Через несколько минут раздался громкий требовательный крик мистера Пушистой Попки, желающего позавтракать. Похоже, он учуял запах мясного, потому что его вопли звучали всё продолжительнее, пока не стали похожими на сирену.

Гай поморщился и пинком захлопнул приоткрытую дверь.

— Интересно, что за человек этот наш новый злодей, — задумчиво проговорил Йован. Думая о крысе, он не мог представить её в человеческом обличии иначе, чем низеньким, щуплым и трусливым существом с подлыми глазёнками.

Со стороны Гисборна снова раздался вздох.

— Не злодей, — буркнул он. — Не думаю, что он желает нам плохого.

— В смысле, блин?! — Йован чуть не подавился воздухом от удивления. Гай в который раз посмотрел на него своим излюбленным удручённым от поведения собеседника взглядом.

— Если будешь так орать, никакое заклинание не поможет.

— А ты продолжай говорить ещё более туманно, тогда узнаем пределы звукоизоляции!

Гисборн нетерпеливо щёлкнул языком.

— Ты не задумывался, почему Эммет покончил с собой?

— Я вообще считал так: либо Аманда соврала, чтобы тебя разозлить, либо ей подправили воспоминания.

— Нет, он действительно мёртв. Именно поэтому Энни начала так быстро поправляться. Похоже, он сильно испугался, обнаружив на своём пороге золото, и колдун воспользовался его состоянием. Полагаю, если бы Эммет не умер этой ночью, Энни бы не выжила.

Йован скептически поднял брови, с насмешкой глядя на Гая, который сидел с очень серьёзным видом и, несомненно, верил в свои слова.

— То есть этот чел не такой уж злыдень и не хочет ненужных смертей? А скажи-ка мне, не по его ли милости Энни резко стало хуже?

— Скорее всего, — кивнул Гисборн. — Но тем не менее, он потратил силы, чтобы спасти её. А внушить человеку желание умереть не так-то просто. К тому же, почему, по-твоему, он позволил нам воскресить Марион? И не только позволил — похоже, именно благодаря его тайной помощи ритуал удался. Причина может быть только одна: спасение детей от проклятия. Рискнув сделать это самостоятельно, он выдал бы себя.

Йован только бессильно взмахнул руками, пытаясь подобрать подходящие слова для описания этой логики. Ничего приличного не шло на ум.

— Чёртов крысооборотень едва не заставил Аманду и её кретинов убить меня, потом благодаря ему же они заживо сожгли товарища! Добренький-то какой, а?

— Если бы он хотел, тебя бы уже убили десять раз, — невозмутимо ответил Гай. — А Брюс и Эммет получили по заслугам. Даже если в последних событиях и виноват колдун, эти двое мне никогда не нравились.

— Да тебе никто не нравится! И что теперь, пусть всю деревню перебьют, а ты и пальцем не пошевелишь? — возмутился Йован, хотя в отношении их смертей всё-таки в душе был солидарен с убийцей.

Гай пожал плечами и усмехнулся.

— Ты мне нравишься. Ещё вдова и, так уж и быть, Ганнибал. Так что не волнуйся, я не намерен сдаваться.

Он запустил руку в карман и достал две деревянные подвески, корявые, явно наспех вырезанные и облитые для прочности прозрачным лаком. Они представляли из себя таблички с высеченными надписями, такими мелкими, что невозможно было даже разобрать, на каком языке они сделаны. Одну из подвесок Гиборн протянул Йовану.

— Что это? Кулон вечной дружбы?

— Обереги, — объяснил Гай, вешая свой на шею, а затем застёгивая воротник рубашки, чтобы скрыть толстую нитку. — Мы с Марион успели сделать всего два. Они должны помешать колдуну контролировать наши мысли.

Йован последовал его примеру, однако рубашка Бобби была достаточно велика, чтобы воротник висел, не позволяя хорошо спрятать талисман.