Правитель Пустоты. Цветок пустыни (СИ) - Маркелова Софья - Страница 96

— Не знаю. Какие-то странные закорючки, непохожие на изегон. Я не смог понять ни слова, — признался Оцарио, начиная рыться в одной из своих сумок и извлекая на свет несколько плотно свернутых древних свитков. — Может профессор сумеет разобрать, если он табличку прочел?

Лантея, краем уха прислушивающаяся к разговору, придержала сольпугу, чтобы поравняться с торговцем, и забрала у него из рук старинные записи. Однако беглый осмотр ей не помог.

— Странно. Очень похоже на залмарский язык, но то ли здесь допущено по несколько ошибок в каждом слове, либо это очередной шифр, — подвела итог девушка и все же передала свитки Ашарху, объяснив их ценность. — Оцарио нашел эти бумаги в храме. Здесь вроде как все написано на залмарском, но я могу понять лишь некоторые слова. Может, это шифр, как на той табличке, которая указывала путь к руинам? Ты сумеешь перевести эти записи?

Преподаватель молча забрал свитки и осторожно их развернул. Качество пергамента из-за воздействия времени оставляло желать лучшего, а после неаккуратного обращения спутников с уникальным древним артефактом бумаги потрескались у краев. Однако чернила все еще сохранили яркий цвет, поэтому Аш без проблем ознакомился с текстом. Вся остальная группа с интересом ожидала, когда профессор дочитает до конца и вынесет свой вердикт.

— Это одна из самых ранних форм залмарского языка, которая была создана сразу же после проведения языковой реформы в королевстве Мизган, за двести лет до образования Залмар-Афи. Поэтому ты можешь понять только отдельные слова. За века язык незначительно изменился, но прочитать эти записи все же не составляет труда, — объяснил Ашарх Лантее, которая вела свою послушную сольпугу рядом с пауком преподавателя. — Как я понял, это отдельные листы из какого-то журнала. Некоторые страницы отсутствую, а в одном месте и вовсе вырван целый кусок пергамента. Поэтому за полноту текста ручаться я не могу. Я зачитаю эти записи.

Профессор медленно и четко начал озвучивать сведения, содержавшиеся в пергаменте. Он адаптировал слова под современный залмарский язык, а Лантея переводила суть текста для остального отряда. Из структурированных записей с массой утерянных фрагментов выяснилось, что в этом подобии журнала записывались все сведения о пленных, которых культ Пустого держал в темницах. Служители бога-предателя документировали их состояние, расписание питания и сна, а также время, в которое твари высасывали из узников магическую энергию. В свитках была информация и о некоторых опытах, проводимых над пленниками: культисты пытались узнать точное количество часов, необходимых человеку, ифриту и хетай-ра, чтобы полностью восстановить запас энергии, а также количество пищи, нужное для этого процесса. Их мало кормили и мешали спать. Судя по записям, десятки подопытных не пережили эти эксперименты.

— Это отвратительно! — воскликнула Эрмина, как только Аш и Лантея закончили. — Лишь настоящим чудовищам может доставлять удовольствие так издеваться над живыми существами! Морить голодом неповинных хетай-ра и людей, не давать спать! Судя по всему, их там держали в ужасных условиях… О богиня, как хорошо, что этот культ уничтожили. Они заслужили смерть.

Воительницу поддержали недружными кивками. На всех древний журнал произвел шокирующее впечатление. Одно дело было увидеть старые, рассыпающиеся в прах, кости в руинах, а другое — прочитать подробности опытов, которые проводили над беспомощными пленниками.

— Не стоило соваться в эти руины. И уж точно нельзя было брать оттуда что-то, — мрачно и не очень громко проговорил Виек, но все это услышали. Общее настроение стало еще хуже.

На ночлег группа расположилась на краю небольшого оазиса. Узкое вытянутое озеро, которое скорее походило на разросшуюся лужу, не порадовало путников чистой водой: зной пустынь иссушил водоем практически до самого дна. Редкие тонкие пальмы и пучки желтеющей травы свидетельствовали о том, что некогда пышному оазису в скором времени грозило опустение. Не всем суждено преодолеть трудности, порождаемые суровыми пустынями. Кого-то испытание жаром песков превращает в ломкие сухие колючки, другие же адаптируются, становясь сильнее и живучее, чтобы при первой же капле влаги раскрыться сочным цветком пустыни.

Однако стоило всему отряду удобнее устроиться на шкурах и закрыть глаза, как начали происходить первые странности. Не прошло и нескольких минут с момента отбоя, как путешественники практически одновременно подскочили на своих лежанках и распахнули глаза.

— Это ты меня толкнул только что? — спросила Эрмина у мужа.

— Нет. Я думал, это была ты, — удивленно ответил Виек, осматриваясь по сторонам.

— Давайте обойдемся без глупых шуток, — серьезно заявил Оцарио, принимая сидячее положение. — Я хочу поспать, не нужно меня пинать и потом перекладывать вину друг на друга!

— Меня тоже кто-то толкнул, — неожиданно откликнулась Лантея.

Весь отряд начал переглядываться, пытаясь понять, что же все-таки произошло. Выходило, что каждого из спящих нечто или некто толкнуло, выдергивая из дремы, но все как один отрицали свою вину. Шутника так и не удалось выявить, поэтому группа, несколько раздраженная чьей-то проделкой, решила продолжить прерванный отдых. К всеобщему неудовольствию, сделать им это не позволили. Как только прошло несколько минут и самые уставшие уже успели погрузиться в сон, по глазам путников больно ударил яркий луч света. Все с воплем вскочили со своих мест.

— Что это?! — испуганно воскликнул Ашарх, потирая глаза. Перед его взором до сих пор метались тусклые пятна, которые прошли только через полминуты.

— Я думал, я ослеп! — от неожиданности перейдя на залмарский выкрикнул Манс.

Отряд мгновенно схватился за оружие. Все сосредоточенно сбились в тесную кучу, прикрывая друг другу спины. Однако сколько бы растерянные и взволнованные путешественники ни осматривались по сторонам, невидимый недоброжелатель не появлялся. Уже было ясно, что это не походило на чью-ту глупую шутку: временно ослеплены ярким бликом оказались все члены группы, хотя никакого источника света в кромешной темноте ночи не было видно. Даже звезды в эту ночь оказались затянуты легкой дымкой облаков, поэтому никто не мог понять, откуда взялся луч, одновременно пробудивший всех спящих.

— Мне страшно, — выдавил из себя Оцарио, перехватывая вспотевшей ладонью рукоятку своего ножа. — Вы как хотите, а я не смогу больше заснуть. Может мы в каком-то проклятом оазисе?

— Это вряд ли. Оазис как оазис, — со свойственной ему угрюмостью сообщил Виек, не убирая, впрочем, меч в ножны. — Если такое дело, то выставим дозор на ночь. Парами по три часа будем караулить, чтобы больше никто к нам не подкрался.

— Если бы это кто-то подкрался, то мы бы услышали, — категорично заявила Лантея, убирая кинжалы. — Да и взгляните на песок, здесь только наши следы.

Все мгновенно опустили головы вниз, пытаясь в темноте рассмотреть отпечатки ног. Девушка оказалась права: натоптано было лишь на месте стоянки, ниоткуда извне следов не было.

— Думаю, мы с Виеком первыми покараулим. Вы постарайтесь заснуть сегодня, а мы проследим, чтобы ничего больше не произошло, — решительно сказала Эрмина, кивая своему мужу.

Всех устроило подобное предложение. Супруги заступили в дозор, сев спина к спине посередине лагеря, чтобы все спящие оказались в их поле зрения. Остальная группа сдвинула лежаки ближе и натянула на головы плащи в надежде, что больше их сон ничто и никто не потревожит. Четверть часа прошла спокойно: нервы успокоились, тихий ветер приятно убаюкивал, а Виек и Эрмина зорко смотрели по сторонам, не выпуская оружие из рук. Понемногу путешественники расслабились и, уповая на защиту своих верных воинов, сами того не заметив, задремали. Уже через минуту в их головах набатом прогремел чей-то высокий противный голос:

— Подъем!

С воплем и ужасом, застывшим в глазах, все спящие одновременно пробудились. Они вскочили на ноги, судорожно осматриваясь по сторонам и пытаясь прийти в себя.