Правитель Пустоты. Цветок пустыни (СИ) - Маркелова Софья - Страница 71

— Это мне и предстоит выяснить, — Лантея помрачнела лицом, она надеялась, что отыщет след в окружении Кирина, но умерший оказался настолько добропорядочным, что сводило скулы от приторной сладости его чистоты. — Расскажи подробнее о том, как ты нашла тело.

— Проснулась, когда почувствовала, что что-то не так. Я уже слишком долго спала, меня должны были давно разбудить. Вот и пошла проверить, не задремал ли там Кирин на посту. С ним, конечно, такого никогда не случалось, но вдруг… А там он лежит, рот открыт и песка полон…

— И ты никого рядом не заметила?

— Никого не было, клянусь Великой Матерью.

— С того момента, как мы все оказались в Диких тоннелях, он общался с кем-нибудь странным? Или, может быть, вел себя нетипично последние дни?

— Да вроде бы нет. Я не всегда рядом с ним была, конечно, но при мне ничего необычного не было.

— Что ж… Хорошо. Засучи рукава и покажи мне руки, — потребовала Лантея.

Хакантэ удивилась этому приказу, но все же послушно обнажила свои запястья и локти, она также сняла прочные кожаные перчатки-митенки, которые часто носили воины Барханов, владеющие отравленными ножами. Мастерство мастерством, но предосторожность никому никогда не вредила. Лантея внимательно осмотрела кожу стражницы, даже пригляделась к ее шее, но никаких видимых царапин не обнаружила. Отметать девушку как подозреваемую она не стала, однако, пока что беспрепятственно ее отпустила.

На беседы с остальными стражами ушло еще полчаса. Но воины послушно ждали своей очереди недалеко, лишь кидая угрюмые взгляды на преждевременно почившего сослуживца. Ничего нового Лантее не удалось узнать. Царапин также ни у кого не было. Другие хетай-ра не так хорошо знали Кирина, да и, как оказалось, только Хакантэ служила с убитым в одном отряде до обрушения Бархана. В итоге все сводилось к тому, что жертва не имела за своей душой никаких грехов и порочных связей. Мужчина был настоящим образцом добродетели, но Лантею этот факт совершенно не радовал, потому что зацепок для дальнейшего расследования у нее не было.

Как только она закончила общаться с последним из стражников, подоспел разбуженный Хакантэ главный служитель мольбища Старухи Озахар. Сестра матриарха кратко ввела его в курс происходящего и попросила заняться всеми ритуальными обрядами, связанными с захоронением умершего, а сама ушла наконец спать. Тело Кирина жрец вместе со стражами отнес в уже пройденные тоннели и, в соответствии с традициями, оставил в ложе, специально для этого выдолбленном магией в каменной стене.

По пробуждении выжившие совершили молитву и продолжили свой долгий путь. В скором времени к каравану вернулся второй из отрядов, посланных на поиски светляков. Вот только, в отличие от группы Манса, этим хетай-ра так не повезло. Им не удалось отыскать насекомых, а кромешной темнотой воспользовалась небольшая стая тварей, внезапно напав. Отряд чудом сумел отбиться, но из-за преимущества в виде эффекта неожиданности проклятые создания сильно ранили одного из участников экспедиции, а еще одного убили. Тело несчастного осталось где-то в бездонных провалах черных коридоров. Дикие тоннели брали свою плату за проход.

Хмурость и задумчивость Лантеи не остались незамеченными для Манса и Ашарха. Они сразу же уловили перемену в настроении спутницы и поспешили расспросить ее. Девушка нехотя поделилась информацией об убийстве, хотя изначально она не планировала привлекать к расследованию своих друзей, но они были весьма настойчивы.

— Ты говоришь, что этот Кирин был таким добрым и безгрешным, что это невольно вызывает подозрения, — пробормотал Аш, поправляя на плече свою старую полупустую сумку, которая удивительно стойко переносила долгое приключение профессора. — Ну не бывает столь чистых людей, да и хетай-ра тоже! У каждого есть дурные стороны и маленькие грешки.

— И у тебя тоже? — сразу же заинтересовалась Лантея.

— Речь не обо мне, — смутился преподаватель. — Может, эта стражница Хакантэ — его подельница? На самом деле они вместе промышляли, например, воровством, потом не поделили добычу, она его и придушила. Теперь выдает себя за непричастную.

— У нее не было царапин. Кирин сильно успел ранить убийцу.

— А почему мы думать, что быть один убица? — предположил Манс, перекладывая сосуд с светляками под другую подмышку. — Может быть два. Хакантэ и тот, кто ранен теперь.

— Вы оба сговорились? — усмехнулась Лантея. — Слова Хакантэ не вызвали у меня недоверия или подозрения. Да, она первая обнаружила тело и больше других общалась с убитым, но видно, что Кирин был ей дорог как сослуживец и товарищ, она о нем рассказывала с добротой.

— Все это может быть хорошо разыгранным спектаклем, — пожал плечами Ашарх.

— Мне не нравится песок во рту. Зачем? Почему убица не уйти после душение, зачем сыпать песок? — сказал Манс.

— Это какой-то знак. Послание.

— Согласна с Ашем. Думаю, убийца хотел показать, что Кирин умолк навечно. А песком, получается, запечатал его рот, чтобы даже после смерти его душа молчала? Как-то так? У меня нет других идей… Выходит, он что-то знал, а преступник не хотел, чтобы тайное стало явным? — поделилась мыслями Лантея.

— В любом случае мы не сможем уже догадаться, что же это был за секрет, — тихо произнес преподаватель.

— Может это метка? Убица как бы оставил знак, что это делать он. Тогда будут есчо мертвый, — вслух размышлял Манс, поглаживая пальцами короткую белую щетину, пробивающуюся у него на щеках и подбородке. Как заметил профессор, растительность на лицах у хетай-ра мужского пола была очень незначительной и слабой, у многих вообще ничего не росло, видимо, сказывался жаркий климат. Пожалуй, в Бархане только у Бартелина Аш видел настоящую густую бороду. Но за несколько дней блуждания по Диким тоннелям выжившие мужчины стали понемногу обрастать. Да и сам преподаватель чувствовал, как пробивается щетина на его лице, от которой он старательно избавлялся каждое утро уже много лет подряд. Потерянная бритва осталась где-то в Третьем Бархане, а скрести лицо обычным ножом при плохом освещении Ашарх не рисковал. Поэтому он тоже постоянно ловил себя на почесывании непривычно шершавых щек.

Караван двигался медленно, растянувшись на сотни метров. Вперед колонны постоянно высылали разведчиков, которых снабдили сигнальными рогами стражей, чтобы выживших успели предупредить об угрозе нападения тварей или других хищных животных. Хотя пока что никто не рисковал атаковать хетай-ра: даже полуразумные твари понимали, что количественное преимущество было не на их стороне. Обездоленные жители Бархана вновь чувствовали приближающийся голод. Лепешки, приготовленные еще в пещере с рекой, давно уже закончились даже у тех, кто ел их совсем понемногу. Запасы воды пока оставались, но их пора было обновить, а никаких источников по пути больше не встречалось.

В этот раз переход длился гораздо дольше. Мериона активно призывала уставших выживших продолжать идти дальше, потому что расстояние до Первого Бархана все еще было колоссальным. Но недовольный шепот, мгновенно разнесшийся по всему каравану, заставил ее передумать. Лагерем встали в узкой и вытянутой пещере, которая больше напоминала параллельный тоннель, если бы один из ее концов не обрывался темной дырой, ощетинившейся острыми краями.

Друзья после вечерней общей молитвы занялись обучением Манса, уроки которого по залмарскому языку так неожиданно прервались. Пока Ашарх увеличивал словарный запас юноши, Лантея обтесывала рог твари, который она принесла с испытания, и иногда вмешивалась в беседу мужчин со своими комментариями. Девушка надеялась вырезать из кости нож с загнутым лезвием, хотя никогда прежде подобным не занималась. Помощь она отвергла, но получалось у нее пока что не очень хорошо, а Манс с жалостью смотрел, как сестра переводила такой отличный материал.

Ночь прошла достаточно тихо. Но уже перед самым пробуждением Мериона резко выдернула Лантею из сна похлопыванием по плечу.

— Просыпайся.

— А? Что такое?.. — недовольно пробормотала уставшая девушка.