Правитель Пустоты. Цветок пустыни (СИ) - Маркелова Софья - Страница 66

Спустя несколько часов девушка неожиданно услышала где-то впереди голоса. Ее сердце подскочило к горлу и забилось в сотни раз быстрее. Это говорили хетай-ра! Кто-то выжил! Младшая дочь матриарха побежала еще быстрее, пока не смогла различить, что голоса были ей смутно знакомы, а беседа велась на повышенных тонах. Лантея замедлила бег, а потом и вовсе перешла на шаг, не стремясь выдавать свое присутствие и прислушиваясь к неприятному разговору.

— Со всем уважением, Мериона, но ты не можешь себя так вести. Не ты одна потеряла родственников. Там, в пещере, сейчас сотни хетай-ра, оставшихся без крова, без близких и без надежды. И именно ты должна подарить им новую надежду! Привести к Первому Бархану в целости и сохранности. За кем, если не за тобой, им идти?! — голос явно принадлежал Мансу. Впервые Лантея слышала его таким серьезным и даже требовательным.

— Тебе не понять мое горе. Ты-то почти не общался с матерью и отцом, — практически выплюнула эти слова Мериона.

— Я тоже скорблю по ним. Они были и моими родителями.

— Тогда ты бы поступил так, как было лучше для них обоих!

— О чем ты?

— Ты должен был выполнить приказ. Втереться в доверие к сестре и убить этого чужеземца, которого она притащила с поверхности! И ничего этого сейчас бы не было! Но ты решил сыграть в благородство, встал на сторону этой суки, и нарушил нам с отцом все планы! — женщина яростно шипела.

— Я не один раз говорил тебе, Мериона, что не собираюсь играть в ваши игры. Не понимаю, с чего ты взяла, что я согласился пойти против Лантеи. Ваши с Бартелином бредни по поводу угрозы для власти матриарха еще тогда меня насмешили. Представляю, как бы сама мама посмеялась, если бы их услышала! — Манс держал себя в руках, но в его голосе проскальзывала язвительность.

— Ну, а теперь ты доволен?! Из-за твоей твердолобости мать мертва, а Бархан погребен! Тебе достаточно смешно?

— Никак не возьму в толк, с чего ты взяла, что все случившиеся — это вина Лантеи?

— Чья же еще! Сначала она возвращается в город после побега как ни в чем не бывало с каким-то иноземцем, потом пытается убедить собрание и мать вывести хетай-ра на поверхность. И когда мы все начинаем противиться, то на Бархан нападает армия чужаков! Хотя за три тысячи лет никто нас не мог обнаружить! Скажешь, что это совпадение? А почему же тогда она на это время так удачно спряталась в Диких тоннелях? Как будто чувствовала, что должно произойти!

— Ты совсем лишилась ума, Мериона? Зачем ей способствовать уничтожению своего же народа? Она мечтала показать хетай-ра мир, а не разрушить весь город до основания. И в тоннелях она оказалась только потому, что пошла на поводу у ваших желаний и отправилась проходить испытания.

— Не знаю как, но я почти уверена, что это именно она привела на хвосте краснокожих захватчиков! Может, она с ними в сговоре? А сама сбежала в тоннели! Но ничего страшного! Из них она уже не вернется. Отец как чувствовал, что эта дрянь готовит что-то серьезное, поэтому направил за ней следом несколько своих верных стражей, — Мериона неприятно рассмеялась.

— Вы послали за ней убийц?! — в голосе Манса послышались рычащие угрожающие нотки. — Это низко даже для тебя. Просто удивительно, как такая ярая поборница традиций легко переступает через все установленные порядки, лишь бы навредить сестре!

— Она начала первой. Если бы Лантея вернулась и сидела на своей заднице ровно, то я бы рта не раскрыла. Но она стала рушить наши вековые устои как песочные куличики, даже мать начала задумываться над тем, чтобы послать на поверхность разведчиков. Мы с отцом не могли это допустить. Хетай-ра должны оставаться под песком! Здесь наш дом. А теперь… — голос молодой женщины дрогнул. — Теперь нет ни матери, ни отца, ни города. Нечего больше защищать… и некого. Сестра безвозвратно потеряется в Диких тоннелях. Там ей и место. А этого чужака можешь оставить при себе. А то я смотрю, вы хорошо сдружились. Мне без разницы, что с ним будет. И без разницы, что будет с выжившими. Это уже не процветающий Третий Бархан, и я не его правительница.

Судя по звукам, Мериона двинулась обратно по коридору, в пещеру, из которой они пришли, не желая больше спорить с братом. Манс остался стоять в тоннеле. Лантея слышала, как он раздраженно бил мыском ботинка стену какое-то время, видимо, обдумывая слова сестры. Наконец юноша тоже неспешно удалился.

Лантея медленно сползла по неровной стене на холодный пол. Плотный кокон отчаяния заключил ее в свои объятья, приглушая любые другие чувства. Жаркая пелена слез затмила глаза, но ни одна капля так и не сумела пролиться на бледные щеки девушки. В ее душе раскручивался водоворот всепоглощающей горечи.

Город бы уничтожен. Засыпан, чтобы погрести вместе с собой захватчиков с поверхности. Откуда они появились? Но вместе с Барханом под грудами песка оказались сотни хетай-ра, матриарх и ее муж. А Мериона была именно той, кто подослал наемника к Ашу, отравил пищу и дал согласие на убийство Лантеи во время прохождения испытания. Родная сестра желала ее смерти.

Девушка закрыла лицо ладонями, пытаясь осознать все то, что она ненароком подслушала.

Манс знал с самого начала о заговоре Мерионы и Бартелина. Но все же он не был предателем, хотя по никому не известной причине решил не делиться подробностями с Лантеей. Видимо, не воспринимал происходящее настолько серьезно. А оно оказалось серьезнее некуда.

Почти четверть часа младшая дочь матриарха просидела в коридоре, обуреваемая различными эмоциями, покачиваясь взад-вперед. Из транса ее вывел протяжный вой, который раздался издалека, из тоннелей, откуда она сама только что пришла. Проклятые твари не желали упускать свою добычу.

Некогда было предаваться грусти и отдыхать. Она не могла позволить себе подобной роскоши. Мертвые уходили, таковы были естественные законы природы. И Лантея это прекрасно понимала. За стенами, в пещере, сидели сотни живых, которые гораздо больше нуждались в ее сочувствии. А еще там ждал Аш, которому удалось выжить вопреки всему. Это ли не то, ради чего стоило отринуть отчаяние и подняться на ноги?

Девушка решительно встала и направилась ко входу в широкую сводчатую пещеру, которая приютила обездоленных жителей Третьего Бархана. Она переступила через порог, прислушиваясь к прерывистому дыханию спящих, и двинулась вперед, пытаясь распознать, где могли находиться ее друзья. Аккуратно перешагивая через углубления, сделанные с помощью магии, в которых притаились дремлющие хетай-ра, Лантея вскоре различила тихую речь на залмарском с одной стороны.

— Я знать, что это неправильна. Я же говорить тебе, она не хочеть вести народ, — устало шептал Манс.

— Она матриарх. Хочет она или не хочет, но других претендентов больше нет, — едва слышно негодовал такой знакомый голос профессора.

— Что такое «перентендентов»?

— Желающих. Манс, мы все погибнем в этих тоннелях, если не будет лидера.

Лантея бесшумно опустилась рядом с сидящим Ашархом и на ощупь положила ему руку на плечо. Он испуганно замолчал и замер на несколько секунд, словно заяц, почуявший охотника. А потом аккуратно потрогал длинные пальцы с толстыми когтями, неуверенно поднялся до локтя и после приблизился к лицу, обводя по контуру мягкий подбородок.

— Тея?.. — его голос неожиданно охрип.

— Да.

— Ты жива… — из груди профессора вырвался судорожный вздох.

— Что? Систра? Ты здесь? — Манс протянул руку по направлению к говорящей, и Лантея крепко сжала его ладонь, приветствуя брата.

— Со мной все в порядке. Вы оба целы?

Ашарх внезапно резко потянул ее за руку, привлекая к себе и заключая в объятья. Девушка удивленно охнула, а потом расслабилась и сама спрятала лицо в воротнике кафтана преподавателя, чувствуя, как из ее уставшего тела постепенно уходит напряжение последнего дня. От профессора исходила мощная аура уверенности, и в душе Лантеи зарождался маленький огонек надежды на благополучный исход.

— Мы хорошо. Мы живый. Ты уже знать, что случица? — взволнованный голос Манса вынудил пару прекратить объятья.