Отомщенная душа (ЛП) - Лейк Кэри - Страница 58

Она напрягалась, чтобы удержать ее, вдавив ботинок в грудь Эвана. «Хрен тебе».

― Сукин… ― слова Кейна закончились бульканьем.

Эван остановился. Его голова качнулась на этот звук.

Спрыгнув с Айден, он шагнул к Кейну.

― Нет! ― подхватилась Айден, дергая свой застрявший ботинок. Чувствительность вернулась к изуродованной руке, исцеление уже началось. Однако ее лодыжка, неловко согнутая и увязнувшая в глубине дыры, была существенной помехой. Арматура почти проколола ее голень, но боль была бодрящей. Ее топливом.

Она достала из кобуры пистолет и выстрелила в лапу ликана.

Но мгновенно затягивающаяся рана мало помешала его приближению к Кейну.

«О, просто прикончи его, ради бога!» В легких убийствах не было интереса. Она направила пистолет ему в голову, но пуля не попала в цель, когда ликан исчез за машиной, за которой лежал Кейн.

― Черт возьми!

Борясь с онемением, которое начало ощущаться в ноге, когда поток антител Лива переместился в нее, Айден вырывалась из пут.

Каждый раскат рычания ликана подталкивал ее.

Он разорвет Кейна в клочья.

Визг, похожий на скрежет когтей по металлу, сопровождаемый невнятным ворчанием Кейна, заставил ее переступить через край ямы. Она откатилась в сторону, морщась от боли в кости, и заставила себя встать. Наклонившись вперед, обхватив одной рукой голень, она выдохнула и вытащила ногу из ботинка. Жгучая боль пронзила лодыжку до бедра, когда арматура с хлюпающим звуком вырвалась из ее икры. Ее кость, явно сломанная, представляла собой тошнотворное зрелище, искореженная, неестественно выгнутая. «С этим сейчас ничего не поделать». Она похромала бесполезной босой ногой по заснеженной парковке и повернула за машину к Эвану, нависшему над Кейном.

Рубашка Кейна была разорвана в клочья, зияющие раны на груди кровоточили.

Айден развернула кнут и щелкнула им.

Кончик обвился вокруг шеи Эвана, и он, взмахнув когтями, схватился за удавку.

Он упал на спину, ртом хватая вздохи.

Айден подтянула его к себе. Большой волк проскользил по снегу, оставляя след смолисто-черной крови. Петля, плотно стиснувшая шею, глубже вонзилась ему в горло, и ликана приподняло на снегу, когда его тело выгнулось дугой, он засучил ногами. Она намотала кнут на руку, крепко сжала его и встала над ликаном.

― Убью… тебя… ― прорычал Эван.

Айден улыбнулась.

― Я первая, ― сказала она и рванула кнут.

Голова отделилась от туловища и повисла на сторону.

Используя кнут, чтобы оттащить изуродованное тело к ржавому мусорному баку, она бросила останки внутрь. Похлопав по карманам, достала коробок спичек и подожгла бак. Высокое оранжевое пламя рвануло вверх, а потом притихло до ровного горения.

Вытащить ботинок из дыры, где он остался, было еще той морокой, но, в конце концов, ей удалось. Глубоко вздохнув, Айден ухватилась за вывихнутую лодыжку и выкрутила ее в противоположную сторону.

От треска заложило уши.

― Ах, дерьмо! ― она прикусила губу, почувствовав боль, словно дюжину ножей, вонзающихся в кости, и тошноту. ― Бывало и хуже, Айден. Пересиль это, ― пробормотала она. Ее правую руку покалывало, когда яд ликана растворялся в крови, поглощенный антителами Лива.

Надев ботинок, она побрела обратно к Кейну.

Он лежал, привалившись к машине. Нужно было проверить, как он. Айден присела, опираясь на здоровую ногу, и приложила кончики пальцев к его шее. Почувствовала устойчивый пульс. Она приподняла рваный лоскут его рубашки. Раны уже начали зарастать.

Айден должна была отдать ему должное: парень держал удар, как чемпион. Не многие люди могут так переносить боль.

Крошечные снежинки посыпались с неба, тая на его ушибленной щеке. И Айден сосредоточилась на его расслабленном лице, когда крошечные капельки заблестели, как алмазы, в свете огня из мусорного бака. Ее мысли обратились к тому моменту, когда она убила ликана, к той панике, охватившей ее, когда тот пошел к Кейну. Будто она хотела… защитить халфлинга.

Она нахмурилась. «Ну уж нет». Обхватив Кейна за шею, она приподняла его.

Кейн застонал и, должно быть, несколько пришел в себя, потому что тяжесть его веса сместилась.

― Не будь чертовым крутышом, Кейн. Я знаю, что тебе больно. Давай уйдем отсюда, пока они не почувствовали, что их собрат пал.

У ликанов было необъяснимое чутье, словно шестое чувство, связывающее их друг с другом.

Кейн молчал, бредя вместе с ней в сторону байка, где она закинула его на сиденье байка и сама села впереди него.

Заведя байк, Айден с ревом развернулась и помчалась по темной улице, ее израненная нога безвольно опиралась на педаль.

Кейн скорчился на сиденье позади нее, его шлем уткнулся ей в спину. Наступившая ночь станет одной из худших ночей его трансформации: волк внутри него решительно настроен вырваться. Кормиться и охотиться. По мере того, как развивались его мышцы, росла и его терпимость к боли.

Возможно, это будет последняя ночь, когда она увидит его человеком.

Разум Айден запутался во взволнованных мыслях. Конечно, она увидела бы в воспоминаниях того, кто укусил Кейна. Это был Эван? Может быть. А возможно, она никогда не узнает, кто напал на нее.

Возможно, эти воспоминания принадлежали кому-то другому.

Глава 20

Волки заполонили здание, в мешанине крови и сталкивающихся кулаков их горящие глаза резко контрастировали с темнотой.

Дрейвен быстрым взмахом меча отсек голову нависшего над ним волка. Кровь брызнула в лицо, и он стер ее тыльной стороной ладони.

«Кусок дерьма».

Зубы сверкнули в темноте, приближаясь к нему. Он встал как раз вовремя, чтобы нанести мощный удар наступающему ликану, но еще двое прыгнули, топя Дрейвена в сердитом рычании.

― Нет! ― закричал Джейкоб, вонзая клинок в плоть того из них, что вцепился Дрейвену в живот.

Волк повернулся к нему.

Джейкоб присел и дрожащей рукой взмахнул ножом.

Пока он уворачивался от выпадов и ударов, над ним щелкали челюсти.

Джейкоб снова ударил, практически задев шею волка, в то время как удары и пинки Дрейвена удерживали на расстоянии двух других монстров.

Зверь дернулся и ухватил Джейкоба за локоть.

Крик парня взлетел над всем этим хаосом, усиливаясь, когда зверь оторвал ему предплечье и поднял вверх окровавленную пасть со свисающими плотью и костями.

Джейкоб попятился, все еще держа нож целой рукой. И как бы Дрейвен ни хотел остановиться и помочь, у него самого было более чем достаточно проблем с атакующем его двойным набором зубов и когтей.

Удары. Еще удары. Еще выпады клинком. Зубы пронзили его мускулы, как дюжина бритв.

― Черт!

Ухитрившись просунуть ногу между собой и тем ликаном, что поменьше, Дрейвен ударил вверх и отбросил монстра на шаг назад. И тут же вскочил на ноги. Мельком взглянув на зияющую рану на животе, он увидел розовую плоть и алую кровь.

Чертовски мерзко. Дрейвен прикрыл рану левой рукой и отбивался правой. В ответном ударе, он вонзил лезвие сверху вниз в шею второго волка. И колол, и колол, пока зверь не замер, а затем нанес смертельный удар. Голова зверя повисла с плеч, удерживаемая лишь узкими полосками плоти. Последний удар ― и она отделилась полностью.

Зверь, которого Дрейвен отшвырнул ногой, метнулся к нему сзади. Ударив рукой назад, Алекси вонзил клинок в жесткую плоть. Стремительное движение вверх прорезало мышцы. Когда Дрейвен повернулся к ликану лицом, из раны полилось содержимое брюха.

Решив прикончить зверя, он рубанул вперед и назад, хотя едва видел собственную руку. С последним ударом лезвия голова ликана взлетела в воздух.

Он обернулся в поисках Джейкоба. Его глаза расширились, а из горла вырвался стон.

Каждый из Алекси сражался с двумя или более монстрами. Вдалеке он увидел еще больше приближающихся серебристых глаз. Ближе к тому месту, где он стоял, женщина-солдат закричала, когда ликан глубоко зарылся ей в живот, пируя ее плотью.