Тени над Даирнасом (СИ) - Бердникова Татьяна Борисовна - Страница 26

- Увы, Кинел – человек хитрый и умный, он способен произвести нужное впечатление даже на своих врагов и, полагаю, сумел обворожить и тебя. Не позволяй себе душевной слабости, Себастьян, не забывай о том, что произошло, о том, что ты слышал – Кинел предал меня, предал Даирнас, он заслуживает своего наказания. Он – наше разочарование, он мое разочарование, тогда как ты, мой друг, - моя самая большая надежда. Ты поведешь войско в бой и, я уверен, вернешься с победой! Не бойся, - заметив, что Себастьян вновь надеется возразить, король быстро улыбнулся, чуть сильнее сжимая его плечо, - Я буду рядом с тобой, я не оставлю тебя в одиночестве. Будет рядом и Мервин, и Харед – мы все поможем тебе, но ты должен идти впереди! Дамнеты должны видеть, против кого осмелились выйти на сей раз, они должны трепетать пред спасителем Даирнаса! Вставай же! – Ноэль, разогретый собственными речами, уверенно поднялся на ноги, твердой рукою поднимая и все еще не убежденного до конца слушателя, - Вставай, отринь свой страх, и иди в бой, мой друг! И я клянусь – ты принесешь нам победу!

Себастьян тяжело вздохнул. Он уверенности властителя не разделял совершенно, как объяснить ему, что он заблуждается, не знал, да и за собственную жизнь вполне закономерно опасался, не представляя, как сохранить ее в бою против сильных магов.

- Я… - он попытался, было, что-то сказать, но Ноэль жестом прервал его.

- Ни слова боле! Ты – наша надежда, наше спасение, Себастьян, ты поведешь нас к победе! Вперед, мой друг, вперед! Нас ждет битва за Да-эр-на!

Битва за Да-эр-на

- Что я должен делать? – он стиснул рукоять вежливо протянутого ему Харедом меча (при короле начальник стражи опасался проявлять нерасположение к спасителю Даирнаса) и, нервно облизнув губы, перевел взгляд на Ноэля. Тот, кажущийся совершенно довольным, окинул собеседника оценивающим взглядом.

От доспехов парень, как и следовало ожидать, отказался – они были излишне громоздки и неудобны для него, сковывали движения, тянули к земле и мысль вести бой во всей этой сбруе казалась совершенно абсурдной, - но форму королевского стражника надеть его монарх все-таки убедил. Себастьян, ощущающий себя безмерно затянутым, почти связанным этой самой формой, никакого предчувствия победы не испытывал, и был совершенно убежден, что его ждет лишь громкое поражение.

Король его тревоги не разделял. Облаченный в форму, вооруженный спаситель Даирнаса казался Ноэлю живым воплощением его надежд, чудился великим рыцарем, повергающий врагов в пыль одним лишь взмахом руки, поэтому вопрос юноши казался ему даже забавным.

- Сражаться, - он мягко улыбнулся и, хлопнув собеседника рукой, затянутой в латунную рукавицу по плечу, эту же руку вскинул в воздух, - Строй!

Позади послышался топот ног, обутых в тяжелые сапоги, замелькали, выстраиваясь в правильном, привычном порядке люди, воины, защитники Даирнаса, беспрекословно подчиняющиеся своему королю и, по его примеру, должно быть, уповающие на молодого человека рядом с ним.

Себастьян поежился. Сражаться его как-то совсем не тянуло, угроза, нависшая над его головой, помноженная на необходимость вести в бой войско, вызывала в душе стойкое желание удрать и спрятаться в темнице, за спиной более опытного в таких делах лорда Кинела, а осознание невозможности этого будило глухое отчаяние. Он тяжело вздохнул и, сильнее сжав, почти вцепившись в рукоять меча, затравленно уставился на ворота. Там, за ними, его ждали враги, противники, опасные и безжалостные, проклятые колдуны, о которых он слышал достаточно, чтобы их закономерно опасаться.

И против них ему предстояло выйти. Ему, а не армии Даирнаса, ему, а не королю Ноэлю или начальнику стражи, ему, обычному, ничем не примечательному парню, по случайности угодившему в этот сумасшедший мир! Мда, вот когда настало время ругать и проклинать Вагранта с его чертовыми фокусами, вот когда в душе его и в самом деле, мешаясь со страхом, начала пробуждаться ненависть к дамнетам.

Король легко взобрался на спину замершего рядом с ним в ожидании, поседланного и взнузданного единорога и, выпрямившись в седле, окинул долгим взглядом двор, вероятно, оценивая степень готовности своей армии.

Ему предстоял бой, очередной бой за свое королевство, за свою родину, и он был готов к нему – в конечном итоге, в отличие от Себастьяна, сражаться Ноэль умел и давно уже привык отстаивать свое право на власть посредством битвы. Он не испытывал волнения, не чувствовал страха – он был готов сразиться и одержать победу, в которой в присутствии спасителя был уверен совершенно.

- Вперед! – он вскинул руку над головой и резким жестом указал на запертые пока что врата, - Открыть ворота! Вперед, в бой, до победного!

Себастьян сжал губы и, не в силах удержаться, торопливо перекрестился. Вообще, к высшим силам он обращался нечасто, можно даже сказать – до неприличия редко, но в этот момент, в эту секунду, предчувствуя угрозу собственной жизни предпочел все-таки вспомнить о них.

Идти вперед ему не хотелось, однако, мнением его сейчас явно никто не интересовался. Ворота неспешно отворились, открывая путь войску; Ноэль тронул ногами бока единорога, и Себастьян, стоящий рядом с огромным животным, обреченно шагнул вперед.

Там, за вратами дворца, его ждало что-то странное, что-то непривычное и откровенно пугающее, и парню не хотелось к ним даже приближаться.

Впрочем, шаге на третьем он приободрился. Никаких угрожающих армий за воротами как будто не наблюдалось, опасаться, казалось, было и нечего, и опасность, такая грозная поначалу, стала постепенно обретать некоторую обнадеживающую зыбкость.

Единорог, спокойно переставляя большие копыта, шел вперед, подходя к воротам, дабы миновать их; Харед и Мервин прикрывали короля с двух сторон, войско шагало позади, большое и довольно грозное, поэтому на душе у вышагивающего рядом с передними ногами Луча Себастьяна стало поспокойнее. Гордое животное тревоги не выказывало, все мероприятие уже начинало напоминать скорее массовый поход, нежели битву, и парень даже позволил себе закинуть меч на плечо, окидывая почти равнодушным взором горы, окружающие дорогу впереди.

- Не расслабляться! – приказ короля застал спасителя Даирнаса врасплох, заставляя его опять опустить меч и стиснуть его обеими руками, - Мы подходим к воротам…

Удивительно логичное заявление. Молодой человек, и без слов монарха видящий, что врата близятся, равнодушно повел плечом. Он не видел опасности.

Возможно, это был промах Ноэля – зная, что его юный друг не искушен в искусстве боя, что он не знаком близко с дамнетами, король должен был бы предупредить его о хитрости и коварстве последних, однако, по какой-то причине этого не сделал. Может быть, здесь была виновата его чересчур сильная вера в собственное слово – назначив Себастьяна спасителем, Ноэль был уверен, что тот в любом случае со всем справится, - а может, он просто не сообразил провести парню инструктаж, увлеченный делами. Судить об этом было бы трудно, но результат свой оплошность монарха дала.

Они миновали врата, покидая безопасную придворцовую территорию, когда с окружающих дворец скал, выскакивая из-за каждого камня, вылезая из каждой щели, на дорогу вдруг посыпались вооруженные и безоружные люди. Люди, облаченные в темную одежду, иногда богатую, иногда потрепанную, но всегда с неизменно укутанной широким серым платком шеей. Люди, решительные, настроенные на сражение, с перекошенными от ярости лицами; люди не медлящие, а сразу же бросающиеся в атаку.

Не прошло и десяти секунд, как дорога перед замком огласилась лязгом сталкивающихся мечей, криками и рычанием противников с обеих сторон, и редкими стонами боли.

Себастьян, в первую секунду откровенно опешивший, попятился, было, но тотчас же обнаружив прямо перед собой занесшего меч грозного человека, испуганно вскинул свой, кое-как отбивая удар. Рука, сжимающая оружие, мигом заболела – меч был довольно тяжел для юноши, а им приходилось совершать весьма резкие движения.