Тени над Даирнасом (СИ) - Бердникова Татьяна Борисовна - Страница 21

Когда он вернулся в комнату мира, Мервин и начальник стражи были уже там, не хватало только лорда. Ноэль, в раздумье меряющий комнату шагами, заслышав приближение своего молодого друга, поднял голову и, мимолетно улыбнувшись, вежливо осведомился:

- Ты передал лорду Кинелу мою просьбу, друг Себастьян?

- Конечно, - спаситель Даирнаса слегка развел руки в стороны, - Он обещался подойти с минуты на минуту, сказал, что только проверит главный пост защиты.

- Вот как… - король помолчал, постукивая себя пальцем по губам, затем медленно перевел взгляд на начальника стражи, - Прошу вас впоследствии отследить результаты проверки лорда Кинела и доложить о них лично мне.

- Мой король… - Мервин, на правах королевского советника могущий позволить себе некоторые небольшие вольности, осторожно шагнул вперед, - Прошу прощения за назойливое любопытство, но вы пока не изволили объяснить нам, по какой причине…

- Скоро ты все поймешь, друг мой, - Ноэль грустно улыбнулся, - Я не могу начать говорить до появления лорда Кинела, увы, того требует ситуация.

Себастьян, тихонько вздохнув, постарался отойти куда-нибудь в угол. Он чувствовал себя настырным, наглым прищельцем, явившимся из ниоткуда, бесправным и бесцеремонным, влезшим в чужую страну, в чужой дом со своими порядками, да еще и обвиняющим хорошего человека. Ему было стыдно, и безмерно хотелось взять свои слова обратно… но в то же время, долг спасителя Даирнаса, долг защитника королевства не позволял ему сделать это. Нет, лучше иногда принять излишне строгие меры, но защитить государство и его людей, чем пустить все на самотек и позволить врагам это государство разрушить.

Распахнулись, громко хлопнув при этом, двустворчатые двери. В комнату, полную мира и уюта, решительной поступью вошел лорд Кинел – в высоких сапогах, в наглухо застегнутом черном мундире, безмерно воинственный и резкий.

- В чем дело, дядя? – на присутствующих в комнате людей молодой человек внимания явно не обращал, теша свою спесь, - Я руковожу обороной, мы выстраиваем укрепления, выставляем посты…

- Присядь, мой мальчик, - Ноэль, едва заметно сдвинув брови, широким жестом указал непочтительному племяннику на глубокое кресло, - Нам предстоит серьезный разговор, и я бы не хотел, чтобы во время него тебя подвели ноги.

Кинел ухмыльнулся.

- Ноги меня никогда не подводят, Ваше Величество, вам ли этого не знать, - он слегка пожал плечами, - Но хорошо, я сяду, раз вы настаиваете на этом. Если вы полагаете, что у нас много времени для глупых бесед – пожалуйста.

- Не дерзи, - король нахмурился сильнее и, подождав, пока фыркающий, будто котенок, угодивший носом в молоко, племянник сядет в кресло, немного выпрямился, - Не далее, как сегодня, чуть меньше часа назад, моего сознания коснулась информация о предательстве, могущем присутствовать среди этих стен. Мой друг, спаситель нашего королевства по закону моего слова, сообщил мне о своих подозрениях и, по здравом размышлении, я был вынужден согласиться с ним. Мервин… - королевский советник, ощутив на себе взгляд владыки, приосанился, - Скажи мне, спаситель Даирнаса говорил с тобою о предателях?

- Да, Ваше Величество, - советник, явственно смутившись, быстро зыркнул на забившегося в угол Себастьяна, - Признаюсь, я не принял эти слова всерьез – в стенах дворца не может быть…

- Это решать не тебе, мой друг, увы, - Ноэль быстро улыбнулся, переводя взгляд на своего, явственно удивленного темой беседы, племянника, - Насколько мне известно, Себастьян обращался с этим вопросом и к вам, лорд Кинел?

- Все верно, дядя, - лорд недоуменно пожал плечами, - Я ответил ему словами Мервина – во дворце не может быть предателя, здесь все безмерно почитают и любят вас.

- Однако, судя по некоторым поразительным известиям, предатель здесь все-таки есть, - король тяжело вздохнул, - Мой друг, наш друг, спаситель Даирнаса слышал собственными ушами странный шипящий шепот за одной из дверей, говорящий о вещах весьма неприятных… Кинел, - он вновь обратил взгляд на все больше теряющегося лорда, - Мне всегда было известно, что ты способен беседовать со змеями, как какой-нибудь дамнет. Ты скрывал этот дар, но, видимо, он все-таки прорвался наружу. О чем ты говорил тогда со своими друзьями?

- К-когда?.. – молодой человек, неуверенно приподнявшись, было, в кресле, вновь упал в него, - Я не знаю… не помню, я… иногда говорю со змеями, но это же ничего не значит!..

- Речи, которые слышал Себастьян, были речами предателя, - в голосе Ноэля появились жесткие нотки, - Позднее моя воспитанница, моя добрая девочка Васанта сообщила спасителю Даирнаса, что единственным человеком, которого в стенах дворца следует опасаться, является никто иной, как мой племянник – лорд Кинел…

- Это абсурд! – Кинел, не выдержав, все-таки вскочил на ноги, потрясенно глядя на дядю, - Ты… ты не можешь обвинить меня в предательстве, дядя, не можешь, основываясь лишь на словах этого чертового мальчишки и глупой девочки! Это… это же бред…

- Из всех моих подданных, из всех, кто окружает меня, лишь ты был против появления в этих стенах спасителя Даирнаса, - голос короля звучал все более и более жестко, все более обвиняюще: мирная беседа превращалась в судебный процесс, - Твое поведение становится все более подозрительным, Кинел, и я больше не могу закрывать на это глаза. Прошу вас… - он повернулся к начальнику стражи, указывая приглашающим жестом на потрясенного лорда, - Заберите этого юношу. В темницу его.

- Дядя… - Кинел, совершенно обескураженный, замерший с открытым ртом, медленно, недоверчиво повел головой из стороны в сторону, - Ты… ты что?.. Я ведь с самого детства с тобой, я предан тебе до кончиков волос, гораздо больше, чем кто-либо! Как… как ты можешь?..

- Ты мой племянник, - Ноэль тяжело вздохнул, отступая на шаг, - И мое сердце разрывается при мысли о том, что мне приходится делать. Но я король, Кинел, и дела Даирнаса важнее личных чувств! Ты предатель и, увы, я не могу больше позволить тебе оставаться на воле.

- Но я… - опальный лорд все еще пытался что-то сказать, как-то возразить, - Я не предатель! Почему ты веришь этому мальчишке, которому означил быть спасителем? – он, не глядя, указал на Себастьяна, - Почему вверяешь судьбу Даирнаса, мою судьбу какому-то чужеземцу?! Быть может, он и есть предатель, который пытается возвести поклеп на меня, а ты доверяешься ему!!

- Тебе прекрасно известно, что мое слово непреложно и, означив Себастьяну быть спасителем Даирнаса, я изменил его судьбу, - король немного приподнял подбородок, - Он не может пойти против королевства, мое слово не позволит ему сделать это. Поэтому я готов верить ему, Кинел, готов вверять ему судьбы всех жителей Даирнаса, и даже свою собственную.

- Так значит… - начальник стражи уже подошел, неуверенный, смущенный, не могущий ослушаться королевского приказа и теперь ненавязчиво пытался увести обвиненного лорда, но тот все еще продолжал говорить, - Так значит, вместо меня, своего родного племянника, ты выбрал себе другое доверенное лицо? Быть может, теперь он займет место твоего воспитанника?! Что ж, - он дернул руку, высвобождая ее из рук начальника стражи, - Я не могу оспаривать королевский приказ, дядя, и именно потому, что моя преданность и моя любовь куда как глубже, чем тебе кажется. Я подчинюсь… Но хочу, чтобы ты услышал мои слова – сейчас ты неправ. Может быть, однажды истина откроется тебе, а с тобой, - он быстро оглянулся через плечо на мрачного Себастьяна, и глаза его зло сверкнули, - Мы еще встретимся, «спаситель»! Ты ответишь мне за этот обман! Веди меня, Харед, я больше не останусь здесь ни на минуту! – и, высказавшись, Кинел, опальный лорд, решительный и надменный даже сейчас, резкими шагами направился к выходу, намереваясь спуститься в темницу и остаться там до решения короля. Харед, начальник стражи, поспешил за ним – запереть камеру за предателем должен был именно он.

Мервин, потрясенный, сраженный наповал только что происшедшей сценой, медленно повернулся к суровому, мрачному королю.