Это не мой мир (СИ) - Петрова Мария - Страница 47

Но оно случилось. Я сам видел спутанные линии и то, как они изломаны и вывернуты, очевидно, всё что я делал с ними прежде не прошло бесследно, и это был лишь первый звоночек. Впрочем, первый звоночек был ещё тогда, когда в дереве застрял Ким Чхоль, только что же прозвучал удар в огромный гонг. И звук его был столь громким, что навсегда остался в ушах противным писком на грани слышимости.

Врачеватель

Очередная деревня. Скромная, обрамлённая жёлтыми полями низких цветущих трав и до боли знакомо вонючая. Да, запах здесь был чуть скромней, чем в окрестностях Сораболя прежде, но всё же его трудно было не заметить, как и жирных саламандр, которые, впрочем, при малейшем нашем приближении удирали со всех ног, смешно шлёпая толстыми лапами. Деревня была обнесена наспех сколоченным остроконечным забором, из которого тут и там примерно на уровне колен торчали заточенные колышки. Кое-где эти колышки были обломаны и испачканы чем-то бурым.

Войдя в деревню, я чуть не потерял столь редкий в игре дар речи. Возле небогатых простецких домишек, окружённых низенькими оградками, таскали воду, кололи дрова и разминали колотушками сено насквозь гнилые люди. Даже пародии на людей. Они были явно глубоко поражены болезнью, которую разнесла Хеян, но однако вели себя мирно, каждый занимался своим делом, а обычные, здоровые селяне, вовсе не обращали внимания на такое соседство.

Наше появление не осталось незамеченным: едва мы успели осмотреться, из ближайшего жилища к нам направился упитанный низкорослый мужчина, гладкой и чистой кожей больше похожий на чиновника, чем на простолюдина, но одет очень серо, небогато.

«Вояки! Неужели! Я уже и со счёта сбился, сколько дней назад отправил запрос в столицу, думал уже, что не пришлют никого. Никому наша деревенька не нужна…» — Мужчина тяжело вздохнул, задумчиво обтёр руки о полы одежды и недоверчиво поднял на нас глаза, — «Коли пришли, ступайте к врачевателю, он лучше скажет, где и чего, но оплаты большой не ждите! Чтобы потом не заявили мне, будто я вас не предупреждал, хоть я всё в запросе описал!»

Взмахом руки мужчина указал нам путь, а сам, перебирая короткими толстыми ножками, вернулся в дом, по пути подобрав отвалившийся у одного из гнилых работничков палец, и зачем-то сунув его в кашель.

— Похоже, нас ждёт очередное геройство! — Чхоль подошёл к ближайшему больному, небрежно ткнул его в плечо, так что первая фаланга пальца легко погрузилась в мягкую плоть, — Я не ожидал, что это будет так мерзко!

С отвращением воин взглянул на палец. Гнилец же даже не заметил столь варварского обращения и продолжал мять сено. Арён вытащила невесть откуда взявшийся платочек и осторожно вытерла руку Чхолю. Меня невольно передёрнуло от ревности.

«Лучше воздержаться от прикосновений, они же могут бы заразны!» — Жрица серьёзно посмотрела на Ким Чхоля, но встретившись с ним взглядом, тут же повернулась ко мне, — «Кстати, как твоя рана, Тхэ Чжо?»

— Всё нормально. Давайте быстрей закончим здесь, не забывайте, в первую очередь нам нужно найти Хеян.

— Да никуда она не денется. Неужели, друг мой, тебе неинтересно, что тут происходит? Кругом гнильцы, разваливающиеся прямо на глазах, а никому и дела нет, они здесь как домашние питомцы.

— Скорее, как рабы… — Не разделил я энтузиазм воина.

Чхоль пожал плечами и направился в сторону, куда чуть ранее нам велел идти коренастый селянин.

Последние жилища давно остались позади, пришлось порасспрашивать местных, чтобы найти дом врачевателя. Точнее халупу. Покосившийся домишко, построенный из сена так давно, что уже почти потерял первоначальные очертания и больше похожий на огромный неряшливый плесневелый стог стоял на холме, не по статусу горделиво возвышаясь над остальной деревней и окружающими её полями. Двери не было, вход прикрывала покрытая кармино-жёлтыми пятнами плотная ткань. Сам врачеватель сидел спиной к нам и что-то монотонно бурчал под нос. Неверный свет тлеющего очага позволил мне разглядеть, что хозяин дома шил что-то большое, что-то лежащее тенью на подстилке.

Запах стоял ужасающий. Над огнём дымило мятное варево, но и оно не перебивало смрад. Арён первая подошла к врачевателю, села рядом, возложила руки на шитьё и тут же одёрнулась.

«А ты что хотела, милая,» — невозмутимо продолжал своё дело старик, даже не повернув головы, — «Вы, жрицы, только и знаете, что царапины сращивать. Это тебе не холёного мускулистого вояку латать!»

«Но это мертвец! Вы не можете вылечить мертвеца! Это против природы! Небеса не дозволяют…»

Девушка осветила магией лежащее перед врачевателем тело. Гниль и страшные рубцы изуродовали бедолагу до неузнаваемости, стало невозможно определить, кем несчастный был при жизни: мужчиной или женщиной.

«Дура! Да где же он мёртвый-то?! Глянь, как дёргается!»

Хозяин халупы прекратил шить, завязал узел и зубами перегрыз нить, а затем звонко хлопнул по полу рядом с головой трупа, от чего тело вдруг зашевелилось, открыло застланные беленой глаза и невидяще уставилось в потолок.

«Я свою молодость потратил на обучение врачебному делу у лучших мастеров нашей страны, я-то уж могу отличить мёртвого от живого! Сейчас ещё пару стежков и подарим ему новую руку, прежнюю саламандры отгрызли… До чего эти твари любят больными бедолагами лакомиться… Кстати, вы же, наверняка на них охотится сюда пришли! Наконец-то! Покоя от них нет! Недели не проходит, чтобы не приходилось кого из их пасти вытаскивать и потом по кусочкам собирать! Порой загрызут троих, а из остатков только один получается, так и работать станет некому!»

— Дядь, а вы больных лечить не пробовали, вы же врач, а не швея, — Ким Чхоль встал поближе к очагу и жадно вдохнул мятный пар.

«Ты своим делом занимайся, умник, мечом махать умеешь, вот им и маши, а мне не указывай, что делать! У меня ого-го какой опыт за плечами! Ежели больной может встать и махать мотыгой, то какой же он больной? Здоровее некуда! Главное, чтобы руки на месте были для работы, да ноги для того, чтобы до рабочего места дойти, а остальное мелочи! Будь моя воля, я бы и голову им не приделывал, ничего нужного для жизни в ней всё равно нет, колотушку для сена или топор и на ощупь найти можно, да и на болтовню бы не отвлекался. Хотя эти после болезни не то чтобы разговорчивые, видать постояв на краю ценность слов осознают, да не разбрасываются попусту.»

Я не выдержал:

— Но ведь он даже не дышит! А те, что в деревне, разваливаются по кусочкам!

«Да у вас вся троица гений на гении и гением погоняет, скажи мне, будь они мертвы, они бы расхаживали просто так сами по себе?» — Врачеватель обошёл больного и, прихватив из грязной кучи тряпья и, к моему ужасу, конечностей, руку, приладил её к телу и принялся пришивать, — «И вот вечно нужно неучам вроде вас со знающими спорить, если я говорю жив, значит жив, а вы идите, занимайтесь тем, чем должны. Истребите саламандр. И, так уж и быть, исключительно из доброты душевной, если вам оттяпают чего, просто прихватите с собой, я приделаю. Да и если пришивать нечего будет, всё равно заходите, я подберу чего-нибудь уж… Всё, не мешайтесь. Больше всего саламандр у ручья, там их и ищите.»

— Пойдём, думаю, доказывать ему что-то совершенно бесполезно, — Чхоль положил мне руку на плечо и потянул к выходу, — Разберёмся с ящерицами, а потом и посмотрим, что к чему.

«Не к добру это, мёртвых воскрешать, сам не ведает, что творит,» — Уже снаружи сказала Арён, — «Но Ким Чхоль прав, сейчас он никого не послушает, упрямый старец. Мне нужно время, чтобы понять, почему эти несчастные не ложатся в землю, как им должно. Я что-то чувствую, магию, но не понимаю, где источник, она словно везде, но её так мало, что я не могу угадать её природу.»

— Это может быть дело рук Хеян? — Во мне зародилась капля надежды, что мы напали на след жрицы.

Арён задумалась, провела рукой по волосам, на секунду её кончики пальцев зацепились за прядку.

«Может быть, я чувствую что-то похожее, но гораздо слабей.»