Любовь оборотня (СИ) - Коллектив авторов - Страница 81

Постепенно он стал удаляться все дальше и дальше от Тальмера. Это отнимало силы, но остановиться Нейт не мог. Эти путешествия вошли в привычку, как входит в привычку алкоголь… Он просыпался иногда прямо на полу, свернувшись калачиком, как кот. Порой обнаруживал себя на чердаке в компании летучих мышей.

А однажды ночью Нейт решился. Он никогда не делал таких больших переходов, тем более что пришлось преодолевать воду. Он двигался с «пересадками» — цепляясь за сознание то быстрого оленя, то стремительной птицы. Через реку переплыл в компании с юркой рыбкой. И наконец, оказавшись в Тейне, подтолкнул попавшуюся на пути белочку пробежаться до имения Бранов. Однако заветное окно было темно. И белочка зря прождала, надеясь на чудо. То есть, надеялся на чудо Нейт, а зверек стал невольным соучастником.

Потом Нейт вспомнил, что Тилли фрейлина. И начался путь в королевский дворец. Однако дворец — это не графское имение. Он куда больше. Как найти в нем одну-единственную девушку?

В тот раз Нейт «вернулся» в Тальмер ни с чем.

Во вторую ночь его снова постигла неудача.

И лишь на третью, наконец, повезло.

Он увидел Тилли на террасе. Девушка стояла, озаренная лунным светом.

Невзрачный воробышек порхнул на перила. Проскакал прямо к девушке. Остановился, разглядывая Тилли. То есть, разглядывал, конечно, Нейт — птичьими глазами.

Девушка улыбнулась нежданной гостье, которая не боялась компании человека. Протянула руку. Воробышек прыгнул к ней на ладонь. Тилли засмеялась. И Нейт понял: она не поняла, что он рядом.

Тогда воробышек соскользнул с ладони Тилли, долетел до ближайшего розового куста и сорвал один лепесток. Вернулся и уронил в руку девушки.

Тилли смотрела на лепесток долго, будто читала послание.

— Нейт, это ты? — спросила она, наконец.

Он не мог заставить птицу говорить. Но чириканье воробья получилось такое радостное, что Тилли засмеялась.

— С тобой все хорошо? — спросила она. — Прости меня.

Воробей прошелся по ее руке. Строго чирикнул.

— Но тебе пришлось уехать…

Возмущенная трель.

И тут у Нейта закончились силы. Его просто выдернуло из сознания птицы и утащило во тьму беспамятства.

Он провалялся в постели без сил целые сутки. Даже рукой пошевелить и то не получалось.

Но это было не главное.

Главное — он видел Тилли.

Тилли его помнила. Переживала за него.

Это вселяло надежду.

На следующее утро в дверь начали колотить с такой настойчивостью, что, спустя немалое время Нейт понял: придется все же идти и открывать. С трудом дотащился до прихожей.

На пороге обнаружился Верс Плантаго, за спиной которого стояла Регина Линнель.

— Ну вот, — проворчал Верс. — Никуда он не сбежал. Просто дрыхнет.

Нейт попытался захлопнуть дверь, но сил не хватило. Он сам не заметил, как оказался грубо водворен в гостиную и уложен на диван. Регина укрыла его пледом и попросила у Верса:

— Сходи за чаем.

Разумеется, Плантаго не помчался через полгорода к себе домой, чтобы принести требуемое. Нисколько не стесняясь, он направился на кухню Нейтова жилища. И почти тут же вернулся с кружкой, в которой дымился ароматный чай. Странно, ведь Нейт даже не пытался согреть воду.

— Магическое истощение, — вынесла вердикт госпожа Линнель и строго сказала молчавшему Нейту: — Вы совершенно безответственно довели себя до такого состояния. Пожинайте плоды: теперь Верс будет вас поить.

Плантаго поморщился, явно не обрадованный перспективой.

— Я сам… — начал Нейт.

— О! — хмыкнул Верс. — Гляди-ка, ожил.

И эти двое странных типов присматривали за ним ещё три дня. Верс даже общался с посетителями. Причем Нейт ни разу не слышал, чтобы случился спор или горожанин ушел недовольным.

— Пропал, господин маг. Каська-лесоруб. Уже, значица, второй случай выходит.

Нейт озадаченно слушал.

— Второй?

— Как есть, второй. Первым-то Луш пропал, пошел тетку проведать. Она у него в Овражках живет. Да только не видали его там, говорят. Каська же и рассказал. Они с Лушем дружбу водили, — объяснил градоправитель.

— М-м, — многозначительно сказал Нейт. — Уверены, что на них не напали разбойники?

Раз градоправитель явился к нему, значит — речь пойдет о магии.

— Я бы не пришел, господин маг, вам, видно, все еще недужится. Да ведь беда у нас. Явился Рикен и начал кричать о чудовище. Охотник он. Зверья всякого повидал и мастак истории сказывать. Но такого ужаса от него раньше не слышали. Глаза безумные, трясется весь. А ведь здоровый был мужик, жена у него, трое детей. С самого утра только одно от него и слышно: зверь, дескать, исполинского росту, высотой с вековую сосну, с клыков каплет дымящаяся слюна и глаза горят. Ну, никак он это сам не мог придумать, господин Гарвель.

— Такое больше чудовище не мог заметить только один человек, — возразил Нейт.

— Это да. Вот только люди теперь боятся в лес ходить.

— Понятно. Я хочу поговорить со свидетелем.

— Вот это правильно! — одобрил градоправитель. — Он вам, конечно, ничего нового не скажет, но надо же с чего-то начинать. Обеспокоены все очень.

— Разберемся, — пообещал Нейт.

Градоправитель проводил его к дому охотника Рикена. Дом стоял почти на самой окраине города. Возле забора собрались соседи. Людей было не очень много, но и этих достаточно, чтобы разнести слухи по городу. Градоправитель не зря волновался.

— Расходитесь, господа, расходитесь, — сказал он неодобрительно. — Что вам здесь. У человека беда приключилась, оставьте его.

— Как же, оставьте! — всплеснула руками одна из женщин. — Или ты не слышал, что Рикен наговорил? Выходит, сгинул мой Каська, не вернется.

— Ты, Сольга, раньше времени не вой. Кто сказал, что на твоего мужа чудовище и напало?

— Да кому же ещё он нужен?

— Сама знаешь: он и прежде пропадал, да потом все одно — возвращался. Да и не так просто его со свету сжить. У него дар есть, какой-никакой.

— У Луша вон тоже был, а толку? — возразила Сольга.

— Дар? — переспросил Нейт. Градоправитель кивнул.

— Умеют они оба кое-как с водой управляться. В академиях, конечно, не учились. Так, подсказать, где колодец копать. Каська и в лесу никогда не плутал. Как найдет ключ какой — так и сразу знает, куда от него идти, чтобы жилье отыскать.

Вода, значит, путь подсказывала. Дар невелик, конечно, если только этим ограничивался. Настораживало, что пропали уже два человека, склонные к стихийной магии.

— А Рикен? — спросил Нейт у градоправителя. — Тоже магией владел?

— Да что вы, господин Гарвель. Разве что амулеты защитные всегда при себе носит. В лесу осторожность нужна.

Ну да, раз уж там такая живность может повстречаться.

Пока они вот так беседовали, из дома вышла Регина Линнель, увидела Нейта и градоправителя, направилась к ним.

— Вас уже известили, господин Гарвель? Рикен успокоился и уснул. Он совершенно точно трезв, но напуган до ужаса. Хотите знать, где он увидел чудовище, о котором рассказывает? Боюсь, мысли его спутаны. Мне так и не удалось добиться внятного ответа. Говорит, видел огромного волка.

— И как спасся? — уточнил Нейт.

— Говорит, зверь преследовал его, но внезапно пропал.

— Выходит, где-то есть следы, — пробормотал маг. История охотника звучала сомнительно. И в то же время, вполне могла произойти. Если, например, Рикен наткнулся на «пугало» — заклинание, охраняющее зарытый в лесу клад.

— Каська говорил, он как-то раз рык услышал. Такой страшный, что спрятался под лапник и там полдня пролежал. Вроде как бродил кто-то поблизости. Потом все стихло, — сказала вдруг Сольга. — Никто ему не поверил! И вот…

— Потому что пил твой Каська и сам в этом признался, — пояснил градоправитель.

— Для смелости кто б ни выпил при таких-то делах?

— Он говорил, где именно? — спросил Нейт.

Градоправитель кивнул.

— Стража осматривала место, где он обычно лес рубил. Думали: может, приключилось что. Топор соскользнул. Да только не нашли ничего.