Любовь оборотня (СИ) - Коллектив авторов - Страница 167

И я решил во что бы то ни стало вызнать тайну семейства вирелла Валена Сэй. То, что я узнал, меня просто потрясло. Нет, то, что вирелла Мари пришла из другого мира, меня немного удивило, а потряс её рассказ о волколаках, тех существах, что жили в её мире.

Это были могучие существа — воины, они защищали славян. Они не были монстрами или оборотнями, как думали невежественные люди. Эти существа никогда не обижали слабых.

И стать такими воинами-защитниками можно было простому человеку. Как такое происходило? Оказывается, было несколько способов. Ведунья (это тамошние колдуньи-маги, которые были едины с природой и не причиняли людям зла) могла приготовить специальное оборотное зелье или провести специальный обряд. Но это было очень опасно и проводилось только злобными колдунами, которые хотели с помощью зверя уничтожить своих противников. Такие волкодлаки жили недолго и умирали в муках.

Второй способ мне пришёлся по душе и показался более приемлемым для меня. Могучие витязи, прекрасно владеющие своим телом, обладающие богатырским здоровьем и силой добровольно становились волкодлаками и получали полный контроль над обращением. Во время битвы они могли в одиночку противостоять большому войску.

«Это очень сложно, — поясняла матушка Кат, вирелла Сэй. — Чтобы стать со зверем единым целым, нужно иметь очень высокий уровень развития воинских навыков. Слышала ещё, что есть волколаки. Это тоже воины, но имеющее гораздо меньше силы, вернее, юные, еще не сумевшие набрать силу воины, как бы ученики».

И я готов был расцеловать эту виреллу за такую новость, ведь почувствовал, что я в душе именно такой волколак.

ЛИТА

Встреча с незнакомцем встревожила меня. Он такой необычный! Такой мужественный и красивый! Сама себе призналась, что незнакомец поразил меня до глубины души. А какое у него имя — Ловэль, что значит небольшой волк. И он действительно напоминал этого хищника — высокий, поджарый. Показалось, что он готов в любую минуту сгруппироваться и превратиться в этого опасного зверя.

Ах, я ужасно боялась оборотней, хотя знала, что они, их у нас называли охрами, совершенно безобидны, являются стражами нашего княжества и ненавидят магов и неймитов.

Возникло подозрение: может, он такой охр? И почему-то такая мысль не вызвала отторжения. Ясно же, что он из отряда, что выслеживает того монстра, что появился в наших местах. Селяне поговаривали, что его создали неймиты, чтобы захватить власть в княжестве.

Этот монстр меня страшно пугал, я сразу поняла, почему Кат заперли. Она же богатая наследница. Вот и решили неймиты с помощью этого монстра ей похитить, только вирелл Сэй разрушил их планы, наняв надёжных телохранителей.

Да ещё я добавила неразберихи. Как же я раскаивалась в том давнем поступке, но изменить уже ничего не могла, хотя злилась, негодовала, даже заявила подруге, что хотела бы быть на её месте, чтобы ко мне, а не к ней бегал Сень каждую свободную минуту.

И как я тогда могла так поступить? Конечно, мы были еще детьми, но дети лутов взрослеют быстро, так что я не могла не знать, какую опасность представляет тот безобидный ехидник. И вовсе не запрещали мне родители его приютить, я специально так сказала, зная доброту Кат. Она бы не бросила бедного зверька — так и вышло. Она поселила его в своём поместье, ухаживала за ним, а потом именно я намекнула, что он плохо растёт, потому что ему нужно мясо.

Кат забыла о словах Сеня, а я помнила и надеялась, что зверёк станет злобным, укусит виреллу, она заболеет, а Сень от неё отвернётся, ведь рядом буду я здоровая и весёлая.

Так и случилось — Кат заболела, но так серьёзно, что я перепугалась, хотя никто меня ни в чём не подозревал. Наоборот Сень обвинял себя во всём, утверждая, что должен был настоять на своём и отговорить девчонок от опрометчивого поступка.

А теперь Кат грозит безумие, хорошо, что она выкарабкалась, а то я уже готова была бежать и кричать на весь мир, что виновна.

А потом сам княжич приехал к ней свататься. О, я так надеялась, что Кат согласится, ведь не испытывала к Сеню тех чувств, что были у меня. Но Кат отказалась, а Сень провёл ритуал, связывающей их кровью.

Вот я и осталась с разбитыми мечтами. Но не опечалилась, поняв, что боги наказывают меня за плохой поступок, и я должна смириться.

Я и смирилась. Даже ходила к ведунье Акинье и поведала обо всём. Она дала какое-то зелье, что успокоило меня, сделала мои чувства какими-то притуплёнными.

Я будто во сне жила до встречи с Ловэлем, не воспринимала ничего серьёзно, смотрела на окружающих равнодушно, ходила безучастно, ничего не видя и не слыша. Было ощущение, что не живу, а плыву по реке, и она несёт меня, словно маленькую щепку.

Родители стали замечать моё состояние и пошли к ведунье, но та заверила, что скоро всё изменится, поэтому они ничего не стали предпринимать. Это хорошо, а то могли бы пойти к вирелле Мари, а та бы развела кипучую деятельность, ведь относилась ко мне очень хорошо, считая лучшей подругой дочери.

Так и жила я, чего-то делала, выполняла домашнюю работу, ходила в лес за живикой, но воспринимала это отстранённо, будто всё это было не реальным миром, а мороком или сном.

А сейчас вновь почувствовала вкус к жизни. И трава показалась зеленее, небо голубее, цветы ярче. В душе поселилась надежда на светлое будущее.

ЛОВЭЛЬ

Я стал тренироваться с неистовой силой, чем очень удивил товарищей. Но, поняв, что хочу стать искусным вионом, они посмеивались, но продолжали учить меня. Скоро все, даже самые опытные, признали, что я стал искусным вионом.

Я и сам чувствовал, что тело моё окрепло, став ловким и сильным, разум приобрёл некоторую мудрость, точно вспомнив знания прежних поколений. А душа моя ждала перемен. Но, к сожалению, ничего не происходило. И тогда я решил, что не достоин стать волколаком-защитником.

Первое время это угнетало, а потом я смирился, продолжая выполнять свои обязанности. Шли седьмицы. В свободное время я старался остаться один, частенько забредая в чащу леса.

И однажды натолкнулся на группу юных селян, забредших в чащу леса в поисках живицы. Дети перекликались, дурачились, смеялись. Я притаился в небольшом овражке, решив не показываться, чтобы не испугать. И вдруг наступила гробовая тишина. Это показалось необычным. Выбравшись из зарослей ежевицы, где лакомился вкуснейшими дарами леса, увидел, что дети сбились в кучу и смотрят в одну сторону.

Посмотрел и я, и замер, увидев страшного монстра. Таких чудищ я ещё не встречал — огромный зверь с волчьим телом и мордой, кажется, медведка.

Я не встречал этих могучих зверей, считавшихся редкими в наших лесах, только на картинках видел. А тут передо мной этакая смесь волка и медведка — не иначе эксперименты магов-имперцев! Думаю, они решили сделать зверя, ловкого, как волк и сильного, как медведок.

Я удивился, что монстр стоит неподвижно, только глаза горят неистовым светом. Не голоден? Знаю, что звери не убивают ради развлечения, в отличие от людей. Или это самка? Возможно, в ней проснулся материнский инстинкт, ведь среди лутов была очень маленькая девочка.

Как бы в ответ на мои мысли, монстр издал злобный рык, который привёл детей в сознание. Самый старший мальчик приказал:

— Отходим назад, медленно и осторожно!

И все послушались его, кроме этой крохи. Она стояла, словно загипнотизированная. Её звали товарищи, скрывшиеся в кустах:

— Нита!

— Очнись!

— Иди!

Но девочка не двигалась. Я осторожно пробрался к лутам, приказал:

— Все бегом домой!

— А Нита? — спросил самый старший.

— Не ваша забота! Сообщи охотникам!

Дети уцепились за старшего, а он кивнул, поспешив увести товарищей из опасного места.

Я сделал несколько шагов, прячась среди зарослей, надеясь схватить девочку, унести. Но тут монстр начал движение. Он шёл прямо к Ните, сверля её взглядом. Чего там у него в голове происходило — не понять!