Единственная для эшра (СИ) - Волконская Ираида - Страница 83

Рядом со мной вдруг оказывается полуобнажённый Алан, его торс поблёскивает от капелек влаги в слабом освещении, я как заворожённая смотрю на него. Он прекрасен но, как и я бессилен перед страшным мужчиной в белом балахоне. И мне это не нравится, я не хочу видеть слабость своего любимого мужчины. Но потом я вижу, как кинжал направленный рукой Алана пускает кровь сначала ему, а потом и мне. «Любимый, почему ты делаешь мне больно? Почему ты слушаешься этого ужасного мужчину?» Но я почему-то молчу и не издаю, ни звука. Дальше Алан насильно вливает мне в рот ту странную жидкость, что поглотила нашу кровь. Мне жутко. Но Алан делает это при помощи поцелуя, и страх сменятся наслаждением и ненасытным желанием получить больше его ласк, хочу ощутить его всего! Такого вожделения я не испытывала никогда в своей жизни, даже после испития коварного чая эмоции были куда скромнее. Меня заставляют повторять слова на незнакомом мне языке, я их не понимаю, и язык заплетается, а мысли сосредоточены на Алане, что стоит позади меня и сжимает мои плечи. Я готова произнести что угодно, только отстаньте от меня, дайте мне насладиться моим мужчиной».

Часто на этом месте сон обрывается, и я просыпаюсь со странным чувством незавершённости. Сон оставляет после себя очень гнетущее ощущение, как будто в меня проникает что-то тёмное и страшное.

Третий сон или является продолжением предыдущего сна или сниться как отдельное сновидение.

«В этом сне только мы вдвоём, Алан чувственно массирует мои ноги, бёдра, всё тело. Я плавлюсь словно свечка от жара его пламени. Страха нет, только всё нарастающее желание ощутить его силу и мощь в себе, моё тело изнывает от желания. Его ласки напоминают чувственную пытку, которой нет конца. Я перестаю контролировать своё тело, кричу и мечусь под ним, хватаясь за него всеми конечностями, стремясь прижать его к себе как можно теснее, слиться с ним в единое целое. А затем начинается ад: он во мне, но это приносит чудовищную боль и я, никак не могу это прекратить, я кричу, словно раздираемая изнутри на мелкие кусочки».

Иногда я просыпаюсь в этот момент от собственного крика и потом до самого рассвета дрожу в объятиях мужа, уверяя себя, что это только сон и ничего более. Но я с горечью понимаю, что это не просто сон – это воспоминание. И другие сны тоже. Я вспомнила, как проходил обряд, и теперь готова сама бежать к Шерраску, чтобы он стёр эти воспоминания. Но я этого естественно не сделаю, а ещё я не признаюсь Алану, что вспомнила их жуткий ритуал, потому что чувствую, что делать этого нельзя, – будет беда. Поэтому говорю, что просто приснился кошмар, а подробностей не помню. Он делает вид что верит, а я понимаю, что обмануть его невозможно и он знает, что память вернулась ко мне, но не настаивает на моей откровенности. Меня гложет совесть, но я стойко храню молчание.

Лишь один раз мне приснилось продолжение самого последнего сна и это незабываемо.

«Дикая боль сменяется не менее диким наслаждением, тело получает массу энергии и искрит от перенапряжения. Я полностью теряю контроль над телом, а сознание то и дело проваливается в искрящуюся реальность. Больше нет меня, нет Алана, есть Мы – единое всесильное существо, словно сошедшее со страниц древнеиндийского эпоса. Ощущения запредельные, кажется, будто весь космос живёт в нас и звёзды начинают бешено вращаться, превращая пространство вокруг нас в белую искрящуюся пустоту. Но эта пустота – наша новая реальность, наше будущее, которое мы можем создать таким как мы хотим, словно художник перед новым холстом. В этот миг меня это не пугает, потому что нет меня, а всесильные Мы радуются и наслаждаются этим осознанием. Тело в какой-то миг будто рассыпается на мириады искр и всё заканчивается».

Этот сон мне особенно не понятен, уж слишком сюрреалистичные картины он рисует. Наверное, от впервые полученного сильного удовольствия у меня нервная система заглючила. По крайней мере, Алан ни про что такое не рассказывал, хотя, может, он так же как и я боится показаться мне сумасшедшим, рассказав такое. Но, думаю, подобное также можно оставить при себе. Раз решила играть в амнезию, то буду играть до конца.

Моё отношение к Алану не поменялось, хоть я и вспомнила всё что было. Но недоверие и страх перед их обрядами и, особенно, перед старейшиной усилился. Надеюсь, что этот обряд будет единственным неприятным моментом в нашей семейной жизни.

***

Спустя месяц сны перестают мучить меня каждую ночь и пропадают также внезапно, как и появились. Материалы для отделки квартиры закуплены, и Алан передал всю работу над ремонтом группе профессионалов, с которыми сотрудничает его фирма. А мы едем в отпуск-свадебное путешествие! Когда он предложил это, я очень удивилась. Ведь ремонт надо контролировать, у него ещё параллельно работа и столько денег уже потрачено, – жуть! Но Алан меня заверил, что всё в полном порядке, и я могу, ни о чём не переживать. А он должен выполнить обещание данное мне, когда я была в коме.

Всегда мечтала побывать на море, но о Гавайях я даже мечтать не могла. Я решила, что Алан задался целью меня полностью деморализовать. Никогда бы не подумала, что он может себе всё это позволить! Спрашивается откуда у студента, пусть и работающего архитектором в фирме отца такие деньги? С другой стороны, домик они построили на высшем уровне и прибыль должна быть приличная. На мой осторожный вопрос на эту тему он очень удивился.

– Рина, ты, что забыла, сколько мне лет? Уж поверь мне, за эти годы я сумел вложить заработанные на крупном проекте деньги куда надо, так что теперь учусь и работаю скорее для удовольствия. И для саморазвития конечно, ведь за последние десятилетия произошло столько изменений в области архитектуры и дизайна, что без образования я вылечу из профессии.

– А я всё думала, зачем вам с Тимом учиться в институте, да ещё в таком неказистом как наш. По сути, у вас же все документы сейчас поддельные?

– От этого никуда не уйдёшь, возраст же скрывать приходится. А насчёт института, даже не знаю, как так получилось. Я уже много где учился и чем престижнее вуз, тем более замороченные там студентки. А мы, как ты понимаешь, были в поисках своих половинок. Вот и пошли в первый попавшийся ВУЗ, и как оказалось, очень удачно.

– Но ты, же ещё лет десять не мог жениться? – не поняла я.

– Да… Но мне хотелось проводить время вместе с другом и не знаю, может и было у меня предчувствие какое-то. Сейчас сложно сказать. Но я рад, что всё так сложилось, – улыбнулся Алан и вновь полез целоваться.

Отпуск был прекрасен, я словно оказалась в раю. Бирюзовый океан, белые песочные пляжи, пальмы! Каждый день я не могла поверить, что всё это не сон и происходит со мной по-настоящему. Ну а любоваться Аланом в плавках можно было бесконечно. К моей радости, теперь в купальнике я себя чувствовала вполне уверенно, и даже купила себе раздельный! Было здорово периодически связываться с друзьями по скайпу, – они поехали отдыхать на Шри-Ланку, – и делиться нашими впечатлениями. Марта, естественно, тоже была в восторге, даже не смотря на то, что вся обгорела на второй же день. Всё-таки кожа у неё очень нежная.

***

Всё было так идеально, что периодически ко мне вновь возвращался страх, что эта сказка может неожиданно закончится. Но, я продолжала отгонять от себя дурные мысли и, естественно, не делилась ими с Аланом. Я и так знаю, что пессимистка, так что просто буду радоваться жизни насколько могу.

Несмотря на все мои опасения, жизнь сворачивать с белой полосы не собиралась. Не знаю как, но к началу учебного года ремонт в нашей новой квартире был завершён. Так как мебель мы выбрали ещё на этапе разработки проекта и зарезервировали её в магазинах, то всего за неделю интерьер был готов, и мы переехали.

Жить в большой квартире поначалу было непривычно, так как я росла в маленькой комнатке в старом панельном доме. Но так как над интерьером я работала сама, то квартира получилась максимально красивой и комфортной для меня и, надеюсь, для Алана тоже. И уже через месяц я представить себя не могла живущей где-то в другом месте. Так как в ближайшие годы детей у нас не предвидится, детскую мы пока не делали. Сейчас у каждого из нас есть свой личный кабинет, где мы можем творить в любое время суток, не мешая друг другу. Я увлеклась живописью и теперь у меня есть достаточно места для этого занятия. Остальные комнаты, естественно, – спальня с гардеробной и гостиная. Гостиная – очень большая комната,– которую пришлось делить на несколько зон для комфорта, – утопает в зелени комнатных растений. Мне так понравилось в доме у родителей мужа, что я решила повторить ту незабываемую атмосферу. Так как в растениях я не очень разбираюсь, обратилась к Норе за помощью, и оказалось не зря. Ей было приятно, что я прошу у неё совет и разделяю её любовь к флоре, а мне было приятно лишний раз пообщаться с этой замечательной женщиной.