Единственная для эшра (СИ) - Волконская Ираида - Страница 47

– Это ты сейчас решил похвастаться? – удивилась я. Раньше я что-то подобного за ним не наблюдала.

– Я просто рассказал тебе факты, ты же сама просила, – несколько обиженно отозвался Алан.

– Извини, я не хотела тебя обидеть. Ты вообще у меня самый лучший! – сказала я и для пущего эффекта быстро чмокнула его в щёку, чтобы не дулся. И тут до меня, наконец, дошёл смысл той информации, которой он со мной поделился.

– Алан, это что же получается: ты спецназовец что ли?! А я думала, что за архитектора замуж выхожу, – несколько обескуражено произнесла я.

– Одно другому не мешает. Но не волнуйся, по некоторым обстоятельствам я больше не имею права участвовать в боевых и даже разведывательных операциях, так, что я теперь мирный эшр и волноваться за меня не надо, – и Алан широко мне улыбнулся. Но я всё же приметила затаённую тоску в глубине его глаз.

Интересно с кем они воюют? Если подумать, то различных войн и вооружённых конфликтов на нашей планете предостаточно. Неужели эшры выступают в роли элитного спецназа и сражаются за ту сторону, что больше платит? Ведь им, наверное, всё равно за кого воевать, люди-то им не особо интересны. От подобных мыслей мне стало не по себе. Но спрашивать про это я побоялась.

Я бы ещё много чего узнала, но мы уже приехали.

***

Дом оказался небольшим, но двухэтажным и очень уютным. На втором этаже даже балкончик был! Алан рассказал, что его мать обожает выращивать цветы, в том числе и на балконе. Наверное, летом здесь очень красиво!

Вот у меня никогда не было дачи, только однажды в школе в классе шестом меня пригласила на пару дней к себе на дачу тогдашняя моя подружка. Тётка с радостью спихнула меня на попечение других людей и к моему стыду не забирала меня оттуда целую неделю. Но, несмотря на испытанную мной тогда неловкость из-за поведения тётки, я не могла одновременно не радоваться такому стечению обстоятельств. Правда, после того случая подружка меня к себе больше не приглашала.

От невесёлых воспоминаний меня отвлекла Нора, выбежавшая прямо на мороз в тоненькой блузке и юбке, чтобы нас встретить.

– Алан, Рина! Как я рада вас видеть! Скорее проходите в дом! Мы вас уже заждались! – приветливо улыбнулась мама Алана, и на душе сразу стало тепло. Всё-таки она потрясающая женщина!

– Здравствуйте, Нора. Я тоже очень рада вас видеть. Но, что же вы на мороз-то вышли без верхней одежды, ещё простудитесь! – воскликнула я.

– Что ты, Рина, не волнуйся! Уж что-что, а холод мне точно не страшен, – улыбнулась Нора, сверкнув небольшими клычками, и первыми пропустила нас в дом.

В доме было тепло и вкусно пахло запеченной индейкой. Вошли мы сразу в гостиную-столовую, где был жарко натоплен камин и у дальней стены виднелся сервированный стол. Комната была обставлена со вкусом, а по цветовой гамме напомнила мне квартиру Алана, только, пожалуй, мебель была более основательная и старинная. Большое количество разнообразных комнатных растений просто поражало, многие к тому же цвели! Создавалось впечатление, что я попала в оранжерею.

– Нравятся? – вывел меня из задумчивости вопрос Норы.

– Конечно! Никогда не видела такого большого количества растений в одной комнате! Вы, наверное, столько труда в них вкладываете?

– Ну что ты, они совсем не прихотливы! Я так люблю зелень! Мы переехали в этот дом десять лет назад, а я всё не могу привыкнуть к тому… к тому, что могу позволить себе разводить цветы! – немного смутившись, закончила Нора.

– Мама, а где отец? – решил перевести тему Алан.

– Он сейчас придёт, решил немного потренироваться во дворе. Пойду, схожу за ним, – спохватилась Нора.

– Не беспокойся, я сам за ним схожу, – опередил её Алан и уверенно двинулся вглубь комнаты, затем свернув в коридор.

Оставшись без моральной поддержки Алана, я, немного робея, всё же решила предложить свою помощь Норе, но та отказалась, предложив мне лучше рассмотреть дом и даже подняться на второй этаж. От такого предложения я просто не могла отказаться! Поднявшись, я оказалась в широком коридоре с тремя дверьми и решила заглянуть во все комнаты, раз мне предложили.

Первая дверь вела в кабинет отца Алана, это я поняла, как только открыла её. Заходить, почему-то сразу расхотелось, и я просто постояла на пороге, разглядывая помещение но, не заходя внутрь. Кабинет представлял собой небольшую комнату в коричнево-зелёной гамме, которая обволакивала своей основательной и вдумчивой атмосферой.

В центре комнаты стоял, величественно упираясь в пол всеми четырьмя резными ножками лакированный стол из натурального дерева, столешница которого была обтянута тёмно-зелёным сукном, на котором в идеальном порядке лежали: стопки каких-то документов, пара книг, ручки. Немного инородно выглядел компьютер, так как был единственным современным предметом во всей комнате.

Здесь царил идеальный порядок, и даже корзина для мусора, стоявшая возле стола, была абсолютно пустой, в прочем, я не сомневаюсь, что чистота и порядок у них во всём и везде. Если бы не растения, то я бы решила, что они здесь не живут, а это приглашение просто прикрытие, чтобы сказать: «Эй, мы такие же, как вы – люди, нас нечего бояться…» Бр-р-р, лучше об этом не думать.

Всю правую стену занимал стеллаж, доверху наполненный книгами, как современными, так и старинными изданиями, что легко угадывалось по виду корешков. А с лева от двери у стены располагался небольшой двухместный диванчик, возле которого стоял торшер. Думается мне, что здесь очень приятно вечерком почитать интересную книжку, но почему-то сомневаюсь, что хозяин этого кабинета часто пользуется такой возможностью. Что ж, я рассмотрела этот кабинет достаточно, чтобы удовлетворить своё любопытство, касательно этого помещения, неплохо посмотреть следующее, которое по логике должно быть спальней.

Моё предположение подтвердилось, и я действительно попала в хозяйскую спальню. Помещение, выдержанное в белых и пастельных тонах с большим окном, утром наверняка наполнено светом, и в нём приятно просыпаться особенно весной и летом.

Широкая двуспальная кровать под балдахином располагалась точно по центру комнаты, слева и справа от неё стояли две небольших тумбочки цвета слоновой кости, с медными ручками. На тумбочках стояли две лампы с текстильными абажурами с растительным рисунком.

Шкафа не оказалось, зато за небольшой дверкой скрывалась гардеробная комната! Справа у стены стоял небольшой туалетный столик с множеством флакончиков и баночек к которым я не питала никакого интереса; небольшой шкафчик с книгами, стоял слева. Стены украшали пейзажи и портрет Норы, на котором она была одета по моде конца девятнадцатого века: утянутая корсетом талия, белая блузка с пышными рукавами, камея, закреплённая у основания воротника-стойки, высокая прическа и широкополая шляпа украшенная цветами, которую она придерживает левой рукой.

Поразительно! Просто с ума сойти можно! Одно дело говорить о том, что они живут дольше людей и видеть портрет вековой давности, на котором изображена хозяйка дома. Да, безусловно, на портрете она выглядит более юной, но прошло уже столько лет…ой, что-то у меня голова закружилась.

Подойдя к окну, я решила подышать немного свежим воздухом, чтобы прийти в себя. Но тут моё внимание привлекли два силуэта во дворе, и я решила приглядеться получше.

Оказалось, что окна спальни выходят во двор дома, где в данный момент продолжает тренироваться отец Алана, но теперь уже в паре с сыном.

Да, так и есть, Алан скинув куртку и оставшись в одной тоненькой рубашке с увлечением крутил в руках какую-то длинную металлическую палку края которой были обёрнуты тканью набитой явно чем-то мягким (видимо, чтобы заглушать удары) и отбивал атаки собственного отца, который в отличие от сына пренебрёг даже такой мелочью как рубашка, сражаясь обнажённым до пояса! От подобного зрелища мне кажется, ещё больше поплохело, потому что видеть на двадцатиградусном морозе полуобнажённого мужчину было выше моих сил. И пусть он не человек, но сейчас же зима! Неужели ему не холодно?! Их движения были столь стремительными, что глаза практически не могли за ними уследить. И это пугало.