Единственная для эшра (СИ) - Волконская Ираида - Страница 104

Когда мы, наконец, приехали, я готова была целовать землю. Потому что ещё полчаса в дороге, я бы не выдержала. База оказалась расположена в лесной зоне и очень напоминает военный лагерь или нечто подобное: высокий бетонный забор с колючей проволокой, контрольно-пропускной пункт, везде камеры. Территория оказалась довольно приличных размеров, с чётко расположенными на ней строениями ангарного типа. Центральное самое крупное здание так же, как и все здания этой базы было одноэтажным. Но что-то мне подсказывает, что эти «кроты» зарылись основательно в землю, и это здание (а возможно, и остальные постройки) имеет, куда большую этажность, чем демонстрирует на первый взгляд. Это так и оказалось.

К моему сожалению, разместили нас в главном здании на минус третьем этаже. Как же я ненавижу эти бункеры! Алан объяснил мне, что пока это необходимо из-за того, что мне может срочно понадобиться медицинская помощь. Так как острые фазы в процессе моей трансформации ещё могут возникнуть, лучше быть поближе к медикам. Но, как он и обещал, часть тренировок мы будем проводить на улице. Так что свежий воздух мне теперь точно будет обеспечен.

***

Кстати, сначала нас хотели поселить в одной комнате, но я настояла на личном пространстве, и потребовала от Алана, чтобы он уходил из моей комнаты после того как супружеский долг будет отдан. Я так устала от его постоянного присутствия рядом со мной, что хотелось хоть немного уединения, пусть и во сне. Алан сильно возражать не стал, слабый протест в самом начале не в счёт.

А вот врачи были категорически против нашего расселения по разным комнатам. Они утверждали, что мы должны быть вместе особенно во сне, так как мы соединены не только на физическом уровне, но и на духовном. А сейчас моей душе, как никогда, требуется поддержка со стороны мужа. Ха, поддержка! В том то и дело, что её нет! И я с каждым днём испытываю всё большее раздражение в его присутствии. Так что я была непреклонна и моё требование выполнили. Но радовалась я недолго…

Я выдержала раздельные ночёвки неделю, а дальше стало происходить что-то странное. Я не могла уснуть! Совсем! В первые два дня я об этом никому не сказала, так как испугалась реакции врачей на эту информацию. Они ведь, наверняка, заявят, что они были правы, и мне надо немедленно возвращаться под бочок к мужу. А я из-за своего упрямства сделать это была пока не готова. Трудоспособность моя, естественно, упала в разы и Алан заподозрил неладное. Но я продолжала упрямиться (как будто мне и без того проблем не хватало). На третью ночь к бессоннице присоединилась дикая тоска: всё моё существо стремилось попасть в соседнюю комнату к мужу. Это было невыносимо!

На четвёртую ночь я всё же уснула, но меня мучили какие-то эротические кошмары (по-другому эти сны я назвать не могу). Я вернулась в ту ночь, когда он овладел мной в своей боевой форме, и вновь до мельчайших подробностей прочувствовала на себе всё, что испытала тогда. Ужас и отвращение завладели моим сознанием. Но потом сон начал меняться, искажаться и теперь во сне я выглядела по-другому: я была выше ростом, чем сейчас, с длинными волосами цвета тёмного шоколада, с нежной молочного цвета кожей. Фигура тоже изменилась: изгибы стали более чувственными, этому поспособствовало увеличение размера груди и бёдер, да и талия стала тоньше. Иными словами – это была совсем не я; даже черты лица изменились: скулы стали более выраженными, нос стал более изящным, никаких веснушек, густые ресницы превратили и без того красивые фиалковые глаза в абсолютно нереальные волшебные омуты. Я стала настолько красивой, что было крайне странно ощущать себя в этом новом теле.

А эта новая я совсем не боялась Алана-монстра, она его жаждала.

В этом сне в своих желаниях мы поменялись с мужем местами: он пытался избежать контакта, а я к нему страстно стремилась. Было странно ощущать себя внутри этого нового тела и не управлять им, я могла наблюдать за своими действиями и ощущать всё тоже, что и это тело, но не более того. Это мне напомнило ту ситуацию с Шерраском одиннадцать лет назад, когда я наблюдала за собой со стороны, но при этом испытывала все ощущения своего материального тела без возможности им управлять.

Эта новая я, всё же, добилась своего, и Алан сдался под её натиском.

Мне было непереносимо стыдно наблюдать за своими действиями со стороны, но выбора мне не оставили. Новая я была раскованна и искусна, и её, похоже, совсем не смущал внешний вид Алана. В этой новой обстановке, где он был немного робок и нежен, он не производил того устрашающего впечатления, как в предыдущем сне-воспоминании. Его странный внешний вид можно было назвать даже красивым (тело так уж точно), лицо смущало больше. Но чем дольше я в него вглядывалась, тем больше находила его по-своему гармоничным. Наше слияние было настолько бурным и страстным, что мне трудно было в это поверить. Никакого дискомфорта, боли или травм. Только чистое блаженство и эйфория!

Я проснулась вся в поту с ощущением дикой неудовлетворённости. Всё тело горело и ломило, я металась по кровати и выла в подушку. Это-то меня и выдало. Алан ворвался в мою комнату с глазами полными страха. Но он втянул носом воздух, и в его глазах страх сменился желанием. Сопротивляться я не стала, я конечно упрямая, но не настолько же. Сейчас я его хотела, хотела также как когда-то в начале нашей супружеской жизни. В это ранее утро впервые за долгое время мы смогли полностью отдаться друг другу, и получить настоящую разрядку и удовольствие.

Больше одна я не спала.

Не могу сказать, что эта «ночь» сильно изменила наши нынешние отношения. Скорее, случившееся можно было назвать наваждением, которому я поддалась. Но в минуты покоя, которых у меня было не так уж и много, тот сон продолжал меня преследовать и будоражить мою кровь. Но, что это было: мои тайные желания, грёзы о будущем или реальный отрывок из будущего? Ну а что? Если я уже неоднократно входила из собственного тела, то откуда мне знать, на что ещё я могу быть способна? Тем более сейчас, когда я уже практически не человек.

Ужасно хотелось поделиться своими переживаниями с Мартой, но попыток связаться с ней я не делала. Конечно, по словам врачей, трансформация проходит даже лучше, чем они предполагали, и это даёт робкую надежду на то, что я всё-таки выживу. Но я не рисковала, отлично понимая, что в любой момент что-то может пойти не так.

С первых дней пребывания на базе, меня стал мучить вопрос: а где все эшры? Просто кроме Алана и группы медиков я так никого и не увидела, хотя по логике здесь их должно быть очень много. Не могли же они из-за меня закрыть базу от других эшров… или могли? Как же я удивилась, когда узнала, что мы всё-таки не одни здесь.

Оказывается, они сумели так продумать графики тренировок, чтобы я ни с кем не пересекалась. «Зачем это было нужно?» – спросите вы. Меня не хотят никому показывать, так как эшари в боевых операциях у них не участвуют, а, следовательно, подобными тренировками не занимаются. Так что мой случай, как ни посмотри, из ряда вон. «А как же мой запах?», – подумалось мне. Ну, тут мне не стали ничего объяснять, просто сказали, чтобы я не забивала себе голову всякими глупостями. Здесь как в армии никто лишних вопросов не задаёт. Да, пожалуйста, у меня и без того куча проблем.

С каждым днём становилось всё холоднее, а спортивную экипировку мне утеплять не спешили. Я начала думать, что меня решили закалять и радости от этого у меня не прибавилось. На холоде, тело начинало плохо меня слушаться – мышцы буквально деревенели. Но к концу ноября я с удивлением поняла, что мне не холодно. Сначала долго прислушивалась к своим ощущениям, видела пар изо рта, – а телу совсем не холодно. Оказывается, теперь я, как и все эшры не чувствительна к холоду! Чем холоднее на улице, тем выше у меня температура тела и наоборот. Потрясающе! Ну, хоть что-то хорошее.

***

Через месяц у меня начало меняться обоняние, и я была искренне рада, что мы уехали из города. Так как даже представлять не хочу, что бы я во всех красках там почувствовала. Теперь, я абсолютно точно знала, что о том, что я на базе знают все её обитатели. И узнала, как их здесь много. Всё это так странно…Сначала я вообще решила, что у меня галлюцинации, на фоне всё усиливающихся болей: я буквально видела фрагменты чужих тренировок, перемещение отдельных эшров или их групп – они выглядели как силуэты сотканные из дыма различных оттенков, а иногда мне и вовсе виделись вполне стандартные картинки, как мираж в пустыне. Никогда не думала, что запах может носить такую почти материальную форму. Запахи буквально показывали мне, что происходило на этом месте какое-то время назад – словно это отрывок из воспоминаний. Это очень меня отвлекало и доставалось мне от Алана крепко. Отвлекаться мне нельзя совсем. Отвлеклась и всё – я уже корчусь от боли на мёрзлой земле.