Обрученная с вороном 1 (СИ) - Слави Екатерина - Страница 50

Равена сделала глубокий вдох и выдохнула.

«Любопытно, — подумала Равена. — Вероятно, если бы я сказала Рилу о том, что кланов не пять, а шесть, он бы увидел и шестую фигуру на картине. Хотя, кто знает, может быть, я вижу ее еще и потому, что побывала в мире Тьмы, пусть и ненадолго».

— В самой гравюре нет магии, — продолжа Рил. — Предполагаю, что так действует магия Клана Сапфиров. Дети неба скрывают свое существование от непосвященных.

Равена промолчала, а про себя подумала:

«Сомневаюсь, что дело в магии сапфиров. Они могли бы скрывать свое существование, но зачем им скрывать существование еще одного клана? Нет, здесь что-то другое. И почему это так сильно беспокоит меня?»

— Вот мы и пришли, — произнес вдруг Рил с трепетом в голосе. — Это Актуя.

Подняв глаза, Равена увидела растущее на открытом месте дерево: высокое, с изогнутым, словно человек, застывший посреди танца, стволом. В светло-зеленой листве гнездились то тут, то там островки цветов — крупных и белоснежных.

Адэрлет не обманул, подумала Равена. Древо Клана Лисов цвело, ему было далеко до увядания, но все же… Его цветение никак нельзя было сравнить с безудержным цветением Караса в тот день, когда Древо Клана Воронов расцвело впервые за пять лет.

— С древнего языка наших предков, — произнес Рил, — Актуя означает «белая свадьба». Когда я был ребенком, во время цветения Актуи весь сад становился белым — так много было цветов. Они устилали все тропы в саду. И тогда сад становился похож на невесту, одетую в нарядное свадебное платье. Это было… словно наступал долгий пир для всех. Пир от середины весны до середины лета, когда Актуя отцветала.

Он внезапно сошел с места, будто хотел обойти Равену, но вместо этого остановился у нее за спиной.

— Рил…

Его ладони легли ей на талию, Рил придвинулся ближе, и Равена почувствовала, как его дыхание коснулось ее щеки.

— Если станешь моей, у тебя будет самая красивая свадьба, какую только можно себе представить, Равена, — шепнул он ей на ухо.

— Рил, — повторила Равена и, высвободившись из его рук, обернулась.

Сделав вдох, произнесла твердо:

— Я не могу стать твоей женой, Сирил. Я до сих пор обручена с Натаниэлем. Кольцо на моем пальце не позволяет мне забыть об этом.

Он несколько мгновений вглядывался в ее лицо, потом сказал:

— Не кольцо. Твое сердце не позволяет тебе забыть, верно?

Равена изогнула брови — его слова ранили ее. Но они были правдой. Сколько бы она ни убеждала себя в том, что для нее это лучший вариант, все ее существо сопротивлялось одной только мысли о браке с Рилом. И она ничего не могла с этим поделать.

Взгляд Рила тем временем изменился — в нем были и упрек, и сочувствие одновременно. Губы не улыбались.

— Почему ты не можешь просто полюбить меня, Равена? Так было бы намного лучше для всех.

Рил протянул руку и коснулся ладонью ее лица. Он усмехнулся — задумчиво, словно собственным мыслям. Его взгляд стал отсутствующим, и он произнес со вздохом:

— Полюбить хоть немного — этого было бы достаточно.

— О чем ты говоришь, Рил? — с тревогой глядя на него, спросила Равена.

Он снова посмотрел на нее осознанным взглядом. Его странное настроение исчезло — перед Равеной снова был обычный Рил: поддразнивающая улыбка, лукавство в золотисто-желтых глазах.

— Не обращай внимания.

И добавил:

— Что ж, мне действительно очень жаль, Равена. По-настоящему, жаль.

33. ОТКРОВЕНИЯ НЕЕМИИ

На следующий день утром Равена подходила к дворцу, когда увидела Рила — он выходил через главный вход. Слуги распахнули перед ним двери и согнули спины в поклонах. Напротив лестницы стояла карета, и Равена, чуть нахмурившись, решила поторопиться.

Она успела как раз вовремя, чтобы Рил ее заметил — он уже готов был скрыться в карете.

— Равена? — Рил встретил ее привычной улыбкой и двинулся навстречу.

— Ты уезжаешь? — спросила она.

Он склонил голову набок, и какое-то время рассматривал Равену так, будто что-то искал. Видимо, не нашел, потому что теперь взгляд останавливался на ней словно невзначай. Рил бодро произнес:

— Меня не будет некоторое время в клане. Пару дней. — Он усмехнулся, поддразнивая ее: — Может быть, ты соскучишься по мне во время моего отсутствия и поймешь, что не можешь без меня?

Равена открыла рот, чтобы ответить, но вместо слов из груди вырвался напряженный вздох. Рил понимающе усмехнулся. Кончиками пальцев провел линию от ее виска до подбородка — очень медленно, как будто с сожалением, — и сказал с улыбкой:

— Не скучай.

Равена ничего не успела сказать в ответ — Рил уже направлялся к карете быстрым шагом. А минуту спустя карета увозила его сквозь главные ворота с территории дворца.

Глядя ей вслед, Равена тяжело выдохнула. Со вчерашнего утра у нее из головы не шел их разговор под Актуей. Равена почему-то не могла избавиться от чувства вины перед Рилом. Оно терзало ее. Возможно, из-за того, каким было выражение его лица после ее отказа. Ей показалось, было в его взгляде что-то болезненное, но у нее никак не получалось это объяснить.

Равена не допускала мысли, что Рил испытывает к ней сильные чувства, способные причинить боль. Она знала, что это не так. В его глазах она всегда видела интерес, но не любовь, не страсть. И все же по какой-то причине своим отказом вчера она причинила ему боль. Поэтому, даже не понимая причины, сейчас Равена чувствовала себя виноватой. Она хотела что-то сделать для Рила. И, наверное, это было в какой-то степени лицемерно, потому что к этой мысли ее подталкивало лишь желание избавиться от необъяснимого чувства вины.

«Почему у тебя было такое лицо, Рил? — мысленно спрашивала она его, когда карета уже исчезла из виду. — Почему тебе было жаль?»

В ее мыслях появилась беловолосая девушка: ее безграничное доверие к Рилу, тихая тоска во взгляде, когда она призналась Равене в своих чувствах к нему, тревога за нее уже в глазах Рила.

«Даже если твои чувства совсем не похожи на чувства Руби, — продолжала мысленного говорить с Рилом Равена, — она дорога тебе. Очень дорога. Поэтому я попробую еще раз — попробую ее спасти. Ради тебя. И если в этот раз смогу… может быть, тогда у тебя больше не будет такой боли в глазах, Рил».

Возможность ей представилась в утро того дня, когда Рил должен был вернуться.

Почти все время в его отсутствие Равена провела в Белом павильоне. Здесь ей подавали завтрак и ужин. Никто не беспокоил ее — то ли Адэрлет посчитал, что ей нужен отдых, то ли забыл о своей гостье, но Равена была этому даже рада. Иногда она прогуливалась в дворцовом саду, и во время одной из таких прогулок, поднимаясь на горбатый мост над прудом, сквозь деревья увидела знакомую карету, которая проезжала через территорию дворца.

Равена недолго колебалась, решение пришло быстро. Ускорив шаг, она направилась ко дворцу — ей очень хотелось встретиться с человеком, который только что прибыл в резиденцию главы Клана Лисов.

Она немного удивилась, когда не увидела карету только что прибывшего напротив дворца. Выходит, он приехал не для того чтобы встретиться с Адэрлетом.

Пройдя сквозь одни из внутренних ворот замка, она наконец увидела то, что искала. Знакомая ей карета стояла напротив Читального павильона. Еще в первый день Равена спросила у прислуживающей ей девушки, есть ли во дворце библиотека, и та объяснила, что знатные господа просвещаются в Читальном павильоне, но Равена стеснялась приходить сюда в одиночку — она ждала возвращения Рила.

Направляясь к зданию с двухъярусной деревянной кровлей, Равена увидела, как на одной из боковых лестниц возник мужчина. Крупный, словно медведь — незапахивающийся кафтан делал его фигуру еще мощнее, — высокий и беловолосый.

Спускаясь по ступеням, Неемия, хозяин большой книжной лавки в Тристоле, поднял голову и заметил направляющуюся к нему Равену.

— Наш дорогой Сапфир, — поприветствовал он ее своим грудным низким голосом. — Рад вас видеть. Часто наведываетесь в эту обитель знаний? Наверное, любите книги. Должен сказать, ничуть не удивлен.