Когда слышишь драконов (СИ) - Федотова Анна - Страница 35

- Ну ты даёшь! Как будто всю жизни летала на драконах, – не сдержал эмоций Дариен.

- Я много раз делала это во сне.

Драконы летели высоко, и под нами раскрывался их великолепный мир. Красные скалы остались позади. Их сменили зелёные пейзажи гор и шумных водопадов, размеры которых были по-настоящему драконьими. Дальше снова начинались скалы. Они омывались изумрудным морем. Ну, и, конечно же, самая высокая скала была пристанищем короля драконов.

Мы поднялись ввысь, и драконы «припарковались» на открытой зелёной площадке перед парадным входом. Огромны арки, широчайшие проходы и невообразимо высокие стены. Мы пошли за отцом, крутя головами, как дети на своём первом празднике, обогнули скалу и направились вниз по зелёному склону, туда, где стоял маленький бревенчатый домик с крышей из веток.

- Прям как у людей, папа, это твой дом? – поинтересовалась я.

- Милости прошу, да единственный в мире драконов дом, потому что я единственный здесь человек. И можете себе представить, как я за двадцать лет соскучился по людям. Ну, и по эльфам, конечно, — добавил папа, и опустил глаза, встретившись ими с Аадрионом, — садитесь к столу, попробуем по порядку.

В доме стояла каменная печь, папа снял с неё самодельный чайник и разлил по чашкам ароматный напиток бурого цвета. Запахло свежескошенной травой.

- Не чай, конечно, но пить можно. Наверное, вас интересует, что я здесь делаю? Меня вытащил король драконов. Нас оставалось мало, боевики палили со всех сторон. Бой длился вторые сутки. Я был ранен в ногу. Но ещё ползал между пулемётами, швырял гранаты. В меня тоже швырнул какой-то гад. Подлетел я здорово, приземлился ещё лучше. Острый осколок прошил меня насквозь. Думал, конец, в общем, уже смирился, знаете, усталость овладела, считал, что сделал всё возможное. Только вот не ангела над собой увидел, да и не чёрта, как оказалось, а желтоглазую чёрную морду, с открытой пастью. Очнулся уже здесь. Долго не мог ходить, но эти ящеры кого угодно на ноги поставят. Эфириус сказал, что драконы умирают только на своей земле, на которой родились. Здесь я не мог умереть, потому что во мне есть капля драконьей крови. Удачное приобретение во время боя с Доогердарком. Вы же знаете, кто это?

Мы молча кивнули.

- Тогда он меня тоже не слабо ранил. Сложно всё это, но с тех пор я здесь с ящерами. Жду, когда кто-нибудь откроет портал. Надежды почти не осталось. Эфириус обещал, что придёт человек, слышащий драконов так же, как и я. Это ты Мирослава. Ты очень похожа на маму. Как она?

- Пап, — я пожала плечами, — она вышла замуж десять лет назад. У них двое детей, прости.

- Это хорошо, дочка, — он улыбнулся той улыбкой, которую я помнила с детства, — лучше, чем быть одной двадцать лет. А у тебя, Аадрион, мамины глаза, и ты уже совсем зрелый мужчина.

Глаза его блестели, он закрыл лицо руками и отошёл к окну, стоя к нам спиной.

- Вы оба, мои дети, выросли без меня. Я не дал вам ничего. Я дважды любил, но ни одну из любимых женщин не сделал счастливой. Зачем я, вообще, жил на этом свете?

- Мама умерла, — заговорил Аадрион с холодным спокойствием на лице, -  Она очень страдала, когда ты ушёл, потом заболела и так и не смогла оправиться.

Папа ударил кулаком в стену. Снова взялся за лицо, и, глядя на него, у меня бежали слёзы.

- Я не хотел уходить. Я должен был спрятать ключ и вернуться. Спрятав его в надёжном, как мне казалось, месте, я попрощался с миром людей, ничто не держало меня там, а в эльфийской земле ждала любимая женщина и маленький сын. Портал оказался закрыт. Это Меедак. Он долго был во власти Доогелдарка и сделал всё, чтобы не повторить ошибок. Возможно, он видел будущее и поэтому принял решение отрезать мне путь назад. Тогда я забрал ключ себе. Я долго пытался пробраться в Альвою разными способами. Искал магов, летал в Ирландию, нашёл даже представителей древнейшего кельтского рода, надеясь, что у них сохранилась хоть какая-то ниточка, ведущая к эльфам. Всё было тщетно. Потом я воевал. То на одной войне, то на другой. Лишь встретив Татьяну, я снова обрёл смысл жизни, а когда ты, Мирослава, родилась, я не знаю, каким-то чувством понял, где спрячу ключ. Я не ошибся. Вы нашли его.

Аадрион встал и подошёл к отцу.

- Довольно прошлого, отец, настоящему грозит опасность, в Альвое начинается война. Тень Доогелдарка, что ты загнал под океанский ил, выбралась из подземелья и пыталась обрести плоть с помощью Миры. Мою сестру похитили, пришлось поднять армию Совета, чтобы захватить предателей.

- Я к королю. Ждите, — сказал папа и вышел.

Глава двадцать первая

Альвоя. Восставшие Земли

- Оставим Уузона Совету, — прошипела Драконья Тень в голове Ээзереста, — Наша цель – человек. Он отнял у меня тело, он его и вернёт.

 - В открытую сейчас не напасть, даже если собрать армию. Совет направит свои войска. Нужно дать им возможность немного расслабиться.

 - Придумай что-нибудь. Это твоя работа. Мне нужна плоть, кровь и душа человека.

Россия. Карелия

 - Пройдёмте дальше, граждане туристы, — предложила экскурсовод, указывая изящной рукой в сторону тропинки, петляющей среди кустов. Члены группы гуськом двинулись вперёд.

Владимир Сергеевич смахнул на место сдутую ветром прядь волос, призванную скрывать лысину, дождался, пока в кадре не будет маячить ни одна живая душа, и навёл фокус. Кадр должен был получиться более, чем удачным.

 День пошёл на убыль, и солнце ласково подсвечивало камни из-за спины фотографа. Выступая естественной вспышкой, оно подчёркивало их формы, заставляя отбрасывать тени к центру круга, что придавало картине загадочности.

 Он слегка надавил на кнопку, но не успел нажать до конца, как палец дрогнул, потому что прямо перед объективом непонятно откуда вдруг возник человек с длинными взлохмаченными волосами. И лицо, и волосы его были цвета сухой земли, а кожа ото лба до подбородка собралась в мелкие складки, хотя старым он совсем не выглядел. В руке он держал длинный меч, отражающий золотые лучи.

 Владимир Сергеевич машинально вновь навёл фокус, чтобы запечатлеть необычное зрелище, но человек приблизился, закрыв своим лицом весь обзор, и заглянул в объектив красными, словно залитыми кровью глазами.

Фотограф отшатнулся. В нос ударил приторный запах, и показалось, что и камни в кругу, и человек с мечом наклонились и поехали вверх. Сделалось темно.

Альвоя. Восставшие земли

Он хотел снова уложить непослушную прядь, но собственная рука не подчинилась ему. Только теперь он почувствовал и, оглядевшись, увидел, что его руки прикованы цепями к стене, которая холодит его голую спину. Он дважды моргнул, но видимость не улучшилась. Большое, похожее на пещеру, помещение, освещали только редкие факелы на стенах. Чёрные силуэты людей в капюшонах перемещались по залу, как мрачные шахматные фигуры.

Владимир Сергеевич прокашлялся.

- Что происходит? Где я? – спросил он, пытаясь заглянуть под капюшон проходящей мимо фигуры.

Та остановилась и подошла, стягивая ткань со лба и открывая белоснежное лицо, лишённое всякого румянца или загара, и такие же белоснежные волосы. Синие глаза в красноватом полумраке пещеры сияли как лампочки на ёлке.