Ставки сделаны (СИ) - Ясинская Лика - Страница 64

— Что-что… покушались на него, — Герник решил, что врать такому проныре бесполезно. — Дважды в один день. А потом еще проникли в его хорошо охраняемый парк и подарок оставили. Точнее, прошли через парк и в окно закинули.

— Уже не врешь, но и всей правды не говоришь, — лекарь начал складывать в саквояж склянки и пузырьки со снадобьями, искоса поглядывая на растерянную физиономию телохранителя. — Герник, на герцога Норги за последние пять лет покушались неоднократно. И никогда герцог после этого в запои не уходил. Наоборот, собирался с мыслями и вылавливал заказчиков. Следующая попытка сказать мне правду, кто охотится за милордом Норги, и кого он так боится? Говори прямо, я его личный лекарь и умею хранить тайны. И мне необходимо знать, от кого у милорда крышу снесло, потому что от этого зависит его лечение. Я боюсь, что выведу его из запоя, а как только я выйду за порог этого дома, он сразу побежит в винный погреб. Так кто?

— Холрик Ван Хонн и Джен Аль Джариет Корни, — сделав глубокий вдох, как перед прыжком в воду, признался Герник. — И «сияющие» миледи Ван Хонн.

— Значит, докопались все-таки до правды про смерть графа Корни! И узнали, кто приказал сдать наемникам Шонтогири, — пожилой лекарь побледнел и стал еще поспешнее собираться на выход. — Да, у милорда есть все основания опасаться за свою жизнь. Холрик и Джена в Ларентии?

— Нет, но судя по приспущенным личным штандартам над арендованной ими гостиницей, скоро вернутся, — охранник отвел глаза от пристального взгляда Торенси. — Но «сияющие» из Ларентии не уезжали. И еще, они не пытались его убить, просто показывали, что они могут это сделать в любое время. И, поверьте, это намного хуже, если бы они реально хотели его убить. Ожидание смерти, оно ведь даже хуже, чем сама смерть.

— Я все понял, — господин «доверенный лекарь» посмотрел на спящего герцога с жалостью. — Мои указания прежние. Как только он проснется, сразу посылайте за мной. Не развязывайте. Попытайтесь напоить куриным бульоном. Убьет милорда Холрик или не убьет, все в руках Богов, а лечить я его все равно обязан. Я клятву исцелять страждущих давал.

20

— Доброго тебе дня, Хорини, — начальник службы безопасности лорда-управителя Бренира, господин Хьюнго, неторопливой походкой вошел в холл особняка следом за молчаливым управляющим баронского поместья. — Рад тебя видеть. Хотя не сказал бы, что ты выглядишь по-прежнему хорошо. Вид у тебя очень усталый. Совсем тебя милорд Норги загонял?

— Милорд Норги в настоящий момент сам себя в полную задницу загоняет, — барон устало выполз навстречу старому знакомому. — А я вынужден наблюдать этот увлекательный процесс в подробностях. Ну, здравствуй, Хьюнго! Какими судьбами в наших краях? Сканл, прикажи принести нам выпить, мы будем в кабинете. И после этого, нам не мешать! Меня ни для кого нет. Садись, Хьюго, как понимаю, разговор у нас будет непростой. Чует сердце, у вас тоже возникли проблемы с «римерийским пари по герийски»?

— Ты угадал, дружище, — Хьюнго сел в предложенное хозяином дома кресло и, не откладывая в долгий ящик, приступил к рассказу. — У нас четыре трупа молодых любителей невинных девушек. И у моего хозяина есть подозрение, что на этих телах еще ничего не закончилось, а все только началось. У нас промышляли две группы наемников. Одна группа «охотников» нами полностью уничтожена, а вот вторая, под командованием Каренсия, ушла к тебе, в Ларентию. Знаешь такого? Человек лорда-управителя Тортореи, герцога Митела.

— Про него можешь забыть, — Хорини подхватил с подноса с напитками и легкой закуской, поставленного слугой на небольшой столик, бокал вина и протянул его приятелю. — Я лично присутствовал на его похоронах. Правда, торжественными их назвать можно только с большой натяжкой, мои агенты без особых церемоний закопали труп на Старом кладбище вместе с останками его группы.

— Даже так? — собеседник сделал маленький глоток вина и одобрительно кивнул головой. — А как вам удалось его поймать? У меня не получилось, осторожный гад, почувствовал, что мы сели ему на хвост, и сразу сбежал. Причем так умело, что мы смогли его отследить только до границы с вашим землевладением, и то через два дня после того, как он Бренир покинул.

— А это не мы, мы Каренсия тоже найти не смогли, — хозяин дома скривился и со злостью сжал ножку бокала. — Нам достались только свеженькие трупы. Каренсия отловили «сияющие» Холрика, они же и приговорили. И не только его, еще и наемников Трикси пустили в расход.

— Так, а вот сейчас я вообще хоть что-то перестал понимать, — Хьюнго недоумевающе посмотрел на своего ларентийского коллегу. — Я думал, что Холрик с Дженой охотятся на милорда Норги, а получается, что на самом деле они его защищают? Ты мне можешь это объяснить? А если они на стороне милорда Норги, то зачем тогда Джена разорила «Ларентийский городской банк»?

— Эта парочка играет на самих себя, — барон Хорини угрюмо отсалютовал своим бокалом. — И они действительно охотятся на милорда Норги. Но я уже сам запутался во всех этих хитросплетениях происходящего. Каренсия по приказу Холрика совершенно точно уничтожили «сияющие», это — факт. Но к «ларентийскому пари», которое у вас называется «бренирийским», это никакого отношения не имеет. У Холрика к Каренсию были личные претензии. Убитый как-то, года три назад, ухитрился оскорбить Джену, а Холрик — скотина мстительная, и при первой же возможности его устранил. Трикси же, дура ревнивая, Холрика пиратам сдала через моих ребят. За что тут же и поплатилась. Хотя я сам Трикси не сливал, но Холрик откуда-то о предательстве узнал. Эта шкура еще жива только потому, что Холрик решил её лично придушить. Так что чета Ван Хонн не защищает милорда Норги. Более того, у Холрика и Джен к моему хозяину личные претензии. И боюсь, скоро мы будем читать в газетах некролог про его безвременную кончину.

— А какого плана у Холрика и Джен претензии к герцогу Норги? — бренирец задумался, ведь что-то действительно было неправильным в сложившейся ситуации, что-то не давало ему покоя. — Милорд Норги тоже ухитрился Джен Великолепную оскорбить?

— Нет, он всего лишь отдал приказ убить её родителей, графа и графиню Джариет Корни, — с изрядной долей ехидства ответил барон Хорини. — А саму Джен засунул в тюрьму якобы за их убийство. Это было десять лет назад, но, как сам понимаешь, в таких вопросах сроков давности не бывает. Джен об этом узнала и расстроилась. А когда она расстраивается, то её обожаемый Холрик начинает женушку утешать, и, как правило, вплоть до скоропостижной смерти обидчиков. Так что жить Норги осталось недолго. Тем более, что к милорду у Ван Хонна еще и свой личный счет есть.

— Ты сказал, «чета Ван Хонн», — задумчиво протянул бренирский безопасник. — Они что, поженились-таки? Ну, и дела! А ведь Холрик мстит милорду Норги за Шантогири.

— Поженились, и даже дважды, — барон неожиданно расхохотался, чуть не расплескав содержимое бокала. — Это же «Шантогирийский призрак» и Джен Великолепная! Они ничего по-людски сделать не могут. Почти два месяца назад Джен вышла замуж за Холрика в олентийском консульстве у нас в Ларентии. У Холрика есть второе подданство, олентийское. А три недели назад отпраздновали свадьбу уже в Герии, в землевладении Ван Хонн.

— Так что, получается, в Ларентии молодожены творят личную месть? — Хьюнго совсем запутался в полученной информации. — Но у вас тоже убивают молодых аристократов, игравший в аналог «римерийского пари». А это уже к личным делам Ван Хоннов не имеет никакого отношения. Или Ван Хонны совмещают полезное с приятным?

— Скорее всего, именно так и происходит, — неохотно подтвердил слова приятеля Хорини. — Но сама Джен, как ты сам догадываешься, в крови наших молодых идиотов мараться бы не стала, не её стиль. Максимум, кого она действительно хочет убить — это мой хозяин. Но в двух случаях убийств остались их следы. Сгоревшая усадьба баронов Сонриков. Этих, похоже, подпалили «шантогирийские мертвецы» из свиты самого Холрика. Но там тоже мутная история, у шантогирийцев к старшему барону были какие-то собственные предъявы. Сами бы они барона тронуть не решились, но вот под прикрытием Холрика вполне могли.