Академия Трёх Сил. Книга вторая (СИ) - Мичи Анна "Anna Michi" - Страница 18

Политикой я интересовалась постольку-поскольку, но про Имерию, конечно же, знала. Раньше она была частью земель Морвенны, потом там к власти пришли жрецы Дибога, объединили несколько земель и провозгласили самоназванным государством.

Пробовали завоевать и Морвенну, вернее, отхватить кусок от прилегающих к их территории земель – но наши воины дали отпор. После этого Имерия перешла на скрытые действия, например, уничтожение наших поселений на диких землях, маскируясь под тварей или разбойников. И, конечно, шпионаж.

Но Лорейль, мой родной город, располагался очень далеко от границы с Имерией, так что сама я не только не видела ни единого имерийца, но и воспринимала их скорее как нечто абстрактное. Почти как сказку, страшную, но сказку. Например, мы в детстве с братьями играли в воинов Морвенны и имерийцев. Роль имерийца была невыгодной: они всегда должны были проигрывать.

Так что слова темноволосого сноба показались мне чем-то вроде загадочного, не имеющего смысл заклинания. Посланник Имерии? Здесь?

Парень молча смотрел на меня. Наконец спросил:

 – Удивлена? Не слышала? Думаю, со дня на день ваш ректор объявит вам об этом. В академии имерийский шпион.

По спине прошёл холодок. Темноволосый парень утверждал это так твёрдо, что я сходу поверила. Да и не было смысла ему врать. Для чего, попугать меня?

Но представить это всё равно оказалось невозможно. Шпион? Один из тех, с кем я учусь? С кем бок о бок хожу на лекции? С кем, может быть, скрещу меч на ближайшем турнире?

И в то же время все единожды слышанные сказки, все страшилки ожили в памяти. Отравления, покушения… нападение на меня… может, это был не Хен? Может, это был шпион?

Но эту мысль я сразу же отвергла. У шпиона нет причин атаковать меня. А вот у Хена как раз есть.

Не дождавшись ответа, мой непрошеный спутник настойчиво произнёс:

 – Тот парень, с которым ты общалась. Ты знаешь, кто он? Откуда?

Я промолчала. Вспомнила, как Анс сказал, что он из клана Архаллы, из Академии Халда Великого. А ещё вспомнила его чёрные, такие необычные, непривычные для обитателя Морвенны глаза. Тем более непривычные на востоке, который находится в противоположной стороне от Имерии.

А имерийцы как раз черноволосы и черноглазы.

 – Ты знаешь только то, что он сказал тебе, верно? – беспощадно спросил парень. – И всё равно развесила уши?

Мы как раз дошли до общежития, и я, не находя ни слова для ответа, молча юркнула внутрь, когда мой спутник потянул дверь. Быстро, чтобы он не успел меня нагнать, пошла к лестнице. Хотела остаться одной и подумать.

Но он и не собирался догонять меня. Просто негромко сказал мне вслед:

 – Не доверяй никому.

Глава 18

А народу на трибунах явно поредело.

Такова была моя первая мысль, когда я вышла на поле по сигналу распорядителя. Со стороны это было не так заметно, но изнутри, когда можно было обвести взглядом все трибуны, становилось видно, что зрителей куда меньше, чем было под конец одиночного турнира.

Впрочем, это естественно. Турнир исключительно развлекательный, а участники – те двадцать пять человек, что вышли в финал на одиночном. Многие родители-родственники уехали, когда их близкие не прошли, а болельщики на межакадемические ещё не приехали.

Я прокрутила в уме турнирную таблицу. Пять раундов, двадцать пять человек, по пять минут на схватку. Три первых тура состоятся сегодня, полуфинал и финал – завтра.

Мой первый противник – дай Нигос, чтобы он не стал и последним – стихийник Амунд Клакс, второкурсник. Высокий – хотя с моим ростом почти все парни казались высокими – слегка неуклюжий на вид парень в лиловой мантии. Сейчас он стоял на другой стороне поля и подкидывал в ладони магический шар. Красивый, оранжевый, яркий, как капля смолы на солнце, шар испускал маленькие протуберанцы, но хозяина это пламя, по всей видимости, не жгло.

Вообще это отличная штука – вот так попробовать себя в бою с тем, с кем обычно не схватываешься. Опыта сражений со стихийниками у меня почти не было.

Я мысленно повторила всё, что о них знаю.

Во-первых, у них очень жёсткий щит. Придётся приложить немало усилий для того, чтобы пробить его, и только потом можно будет пытаться нанести урон.

Во-вторых, магия стихийников одна из самых мощных. Если мой самый сильный удар может разве что пробить чужой щит, то самое сильное заклятие стихийника запросто лишит меня сознания. Значит, надо не позволить ему использовать самые мощные заклятия. На худой конец, приберечь свои противодействующие.

В-третьих, стихийники славятся умением контролировать противника. Спутать ему ноги, навеять сон, парализовать на краткое время – хороший стихийник знает как минимум одно такое заклинание, если не все три. И если во время действия какого-нибудь очень эффективного заклятия я позволю Амунду погрузить меня в сон, это сразу урежет мои шансы на победу.

К счастью, помимо кучи достоинств, у стихийников есть и недостатки, и главный в них то, что заклинания требуют времени и произносить их нужно стоя на одном месте. Не все, конечно, но самые сильные – да.

Так что я могу постоянно атаковать, а Амунду придётся сперва обездвижить меня или усыпить, чтобы спокойно колдовать. Ну а моя задача состоит в том, чтобы не дать ему это сделать.

Прерывая мои мысли, запел рог. Заорали зрители, когда мы ринулись навстречу друг другу.

Вернее, ринулась я, вызывая меч, а Амунд, напротив, стал обходить меня по кругу, стараясь сохранять дистанцию.

Первое заклятие ударило в щит, расплескалось огненными лепестками.

Я и бровью не повела. Ерунда. Это он меня прощупывает, надеется, вдруг испугаюсь и использую сильное защитное заклинание. Но не зря мы с Лидайей столько времени в библиотеке зубрили чужие умения, эту атаку, довольно безвредную, я хорошо знала.

Пока Амунд не опомнился и не вспомнил про контроль, я увеличила скорость. Оказавшись рядом, ударила мечом в щит. Раздался жалобный треск, и маг отпрыгнул – но щит пробить не удалось.

Ну что… попробуем то, ради чего я вообще сюда вышла.

Глубокий вдох, обратиться внутрь себя, призвать Хранителя. Краем глаза я следила за магом, тот наконец вспомнил, что у него есть заклинание сна, и начал плести его. У меня пять секунд.

Пяти секунд не понадобилось. В груди расцвёл знакомый огненный жар. Заполыхало алым. Меч удлинился, сам повёл за собой, и одновременно словно открылся новый источник энергии.

Дочитать заклинание стихийник не успел. Взмах, удар – и его щит рассыпался мелкими осколками. Я обалдела: с одного удара! Стихийник – тот вообще запаниковал, побелел, глаза стали как плошки. Использовал «прыжок», но я этого ожидала, тут же притянула его к себе «удочкой».

Он впопыхах накинул новый щит, видимо, заклинание было готово, но и этот разлетелся вдребезги. Раз, другой, третий – и Амунд упал на твёрдый песок, а трибуны взорвались оглушительным рёвом.

Я выпрямилась, сама ошеломлённая произошедшим. Это было так легко… настолько легко, что появилось смутное ощущение, как будто я нарушила правила, воспользовалась какой-то лазейкой и победила незаслуженно.

Но всё было по-честному, и уже гремел над полем голос комментатора, объявлявший победу и переход во второй тур, и трибуны снова скандировали запомнившееся по недавнему турниру «Сать-я-на!».

Знай я о Хранителе раньше, я бы уделала Хаунда в первые секунды боя.

Во втором раунде моим противником стал лучник. Вот только он оказался ещё слабее стихийника, почти сразу подпустил меня к себе слишком близко и получил сокрушительный удар. Исход дуэли решился буквально за первый десяток секунд.

Выходя с поля, я чувствовала себя полностью обескураженной. Пыталась убедить себя, что мне повезло, что у лучников было мало участников, поэтому неудивительно, что в число победителей вошли и не очень умелые, что мой противник недооценил девчонку-первокурсницу, но всё равно – душу затапливал благоговейный страх. Я и не представляла себе, что Хранитель может быть так силён. Если так пойдёт и дальше, я и впрямь могу занять первое место.