Академия Трёх Сил. Книга вторая (СИ) - Мичи Анна "Anna Michi" - Страница 14

Втянула её в здание и не удержалась от мелкой мести – хлопнула дверью перед самым ар-теранским носом.

 – Обалдеть! Где ты его откопала? Кто он такой? Обалденные глаза, да и сам красавчик! – пока мы поднимались по лестнице, Лидайя рассыпалась в похвалах.

Её восторги меня почему-то задели. Я грубовато огрызнулась:

 – Понятия не имею. Он в подсобке сидел, сам выскочил.

 – На стажировку приехал? А как его зовут? Он ведь боевик, правда? Нигос, надо обязательно с ним познакомиться!

Она засыпала меня вопросами, совершенно не дожидаясь ответов. В конце концов я не выдержала:

 – Если он тебе так интересен, иди и спроси его сама!

 – Ой, нет, зачем, у меня и Ларн есть, – Лидайя сразу пошла на попятную. Вдруг толкнула меня локтем:

 – Ну что? Видела Хена?

 – Не… этот парень спугнул его, похоже.

 – Жа-аль, – разочарованно протянула она. Потом спохватилась: – Ну то есть вот и ладно! Я и так была против того, чтобы вы встречались. И не иди больше, пусть хоть завалит тебя записками!

 – Ладно-ладно, – я устало улыбнулась. – Пойдём спать.

Глава 14

На следующее утро мы толпились в зале торжеств. Высокие каменные стены были украшены бархатными полотнищами с гербом академии, вверху, под сводами, плавали огромные надутые светляки.

Преподаватели – при полном параде, мужчины в форме, женщины в длинных платьях (за исключением ар-теранны Лиганн, куратора первого курса «рыбников», которая щеголяла, как обычно, в мужском костюме) – выстроились на сцене в несколько рядов, как готовый к выступлению хор.

Студентов тоже заставили надеть парадную форму, и зал утопал в золотом и зелёном. Разнились только полоски на обшлагах и цвет широкого галстука: перламутрово-белый у целителей, зельеваров и артефакторов, лиловый у стихийников и животноводов, синий – у нас, боевиков.

Из-за происшествия с Хаундом в последний день турнира торжественное закрытие не состоялось. Его, как и объявление результатов, перенесли на сегодня.

Начали с конца, с животноводов. Ректор – сегодня принарядившийся так, что аж в глазах рябило от знаков отличия, – зачитал имена победителей, и они, все пятеро, вышли на сцену, принимать поздравительные грамоты.

 – М-м, какой красавчик, – промурлыкала рядом Лидайя.

Я сразу поняла, о ком она. И сама уже невольно обратила внимание на парня, стоявшего вторым справа. Высоченный, выше остальных на голову, он стоял и улыбался, причём улыбался совсем не так, как остальные – а как-то по-плутовски, самыми кончиками губ. Большинство из животноводов призвали тени своих фамилиаров, так, что за каждым возвышался огромный призрачный лев, или парил, медленно махая крыльями, орёл, или обвилась вокруг ног, поднимая плоскую голову, гигантская змея – но за этим парнем никого не было.

Немного странно, обычно животноводы норовят призвать и похвастаться своими зверями при каждом удобном случае. Может, у этого какой-то совсем неудачный вариант? Например, мышка-полёвка.

Эта мысль заставила меня фыркнуть. Стоявший справа Вейн недовольно покосился. Я притихла, смутно пожалев, что сегодня рядом он, а не Карин. По случаю награждения Вейну было просто необходимо присутствовать в зале, а Карин решил воспользоваться этим, чтобы съездить домой – и мне его уже не хватало.

После животноводов на сцену вышли целители, и я с неприязнью увидела в их рядах Висперину. Я слышала, что она тоже вошла в пятёрку победителей, так что неожиданностью это для меня не стало, но всё равно – видеть, как она шагает, распустив длинные светлые волосы, в роскошном зелёном платье вместо формы, даже не шагает, а словно плывёт, бросая милостивые взгляды – было почти физически омерзительно.

Хаунда-то наказали – но он своих подельников так и не выдал. Я была уверена, что Висперина тоже приложила руку к происшествию с запретным заклятием, но доказать это не могла. И теперь меня буквально скручивало от злости, когда она, вся такая чистая и невозмутимая, потупив глазки, принимала поздравления.

Ходили слухи, что она бросила Хаунда сразу после турнира. Что даже не пришла его навестить, не проводила, когда родные приехали забирать непутёвого сына. А Хаунд всё равно, как старый преданный пёс, до конца хранил молчание. Даже не попытался свалить на неё вину, а ведь тогда его бы, может, и не исключили.

Хотя, наверное, нет. Всё равно вылетел бы как миленький.

После целителей настала очередь лучников, и Вейн покинул нас на некоторое время, чтобы вернуться с почётной грамотой, золотым значком, тут же занявшим место на отвороте его формы, и ослепительной улыбкой.

 – Поздравляю! – в унисон сказали мы с Лидайей.

Она похлопала Вейна по плечу, я обняла и поцеловала в щёку. И тут почувствовала себя неуютно, как если бы кто-то сверлил меня неотступным немигающим взглядом. Обернулась – но того, кто смотрел, не увидела. Хотя в толпе было бы сложно определить, кто именно это был.

Тогда я поискала взглядом Висперину – и нашла её в кругу свиты, среди девчонок в платьях, которые как специально были подобраны, чтобы оттенить красоту предводительницы. Судя по тому, что она стояла спиной ко мне, вряд ли взгляд принадлежал ей.

Я пожала плечами, и тут Вейн чуть толкнул меня:

 – Не спи! Боевиков вызывают.

И впрямь: ректор как раз объявлял наши имена. Я заторопилась на сцену.

Да, забыла упомянуть: я всё же вошла в пятёрку победителей. Хаунда дисквалифицировали, все бои, в которых он участвовал, засчитали как победу для соперников, и по общим подсчётам я оказалась в рейтинге четвёртой. Приятно, да, но радость всё же отдавала горчинкой. Всё же я предпочла бы победить честно, а не потому, что противник нарушил правила.

Официальная часть закончилась быстро: ректор проговорил положенные слова, нам вручили грамоты и значки, торжественно пожали руки и пожелали успехов в групповом турнире на будущий год.

Когда нас отпустили, меня сразу атаковал Лас. Обнял, приподнял и закружил, не обращая внимания на то, как вокруг нас сразу образовалось пустое пространство.

 – Если бы они тебя не включили, я бы их убил! – возбуждённо объявил он, ставя меня на ноги. – Ты там лучше всех была, даже второкурсников уделала! Молодчина, настоящая Сантерн!

Я кивнула с улыбкой. Немного кривоватой, но брат, кажется, не заметил.

Он в последнее время всё чаще повторял, что я Сантерн. Мне казалось, он тоже в глубине души мечтал о том, что я вернусь в клан. К счастью, Лас хотя бы не заявлял об этом вслух.

Тут брат вдруг сделал большие глаза.

 – О-о, это же Имсен! – сообщил он, глядя куда-то мне за спину. – Ты знаешь, что его группа победила в групповом?

Я бросила взгляд в ту же сторону. Имсен и впрямь стоял неподалёку, с улыбкой на круглом лице, и болтал с деканом целителей.

 – Знаю, конечно. Шикарно сражались.

 – Говорят, что он… – загадочно начал брат, но продолжить не успел: его перебил стоявший рядом Вейн.

 – Какое-то странное теперь ощущение, – пожаловался он. – Больше не нужно по две недели тренироваться на износ ради пяти минут триумфа… или позора.

Я невольно усмехнулась. Эти чувства я полностью разделяла. Действительно, мы почти полгода прожили в состоянии постоянного вызова – себе самому, своим собственным возможностям. Каждый бой – на пределе, с твёрдым намерением победить, выложиться ради этого полностью.

А теперь цель пропала.

Только и остаётся как наблюдать за другими, на межакадемических. Правда, эти другие – лучшие из лучших, съехавшиеся из всех уголков Морвенны и соседних стран. Максимум три команды от каждой академии – больше пятидесяти команд в общей сложности.

Но межакадемические, в отличие от внутриакадемических, идут по системе на вылет. Это значит, один проигрыш – и команда теряет право на участие. И ещё это значит, что к финалу остаются только самые-самые лучшие.

Я немного позволила себе помечтать, что когда-нибудь и я окажусь среди них. А потом почувствовала, как по плечу мягко хлопнули, обернулась и увидела перед собой улыбающееся лицо Имсена.