На краю миров (ЛП) - Пол Донита К. - Страница 61

— Они этого не сделали?

— Ни одного.

— Это ужасно.

Тотоби-Родолов сделала изящный откат назад, скорее похожий на танцевальный ход, чем на военное упражнение.

— Думаю, что, возможно, эти сидящие-за-столом-советники пытаются убедить меня продолжить уход на пенсию вместо того, чтобы вернуться к активной службе.

— А это значит, что они бояться того, что ты можешь раскрыть их преступные деяния.

— Меня не очень интересуют их жадность, безнравственность и мерзкая жестокость.

— О, Тотоби-Родолов, ты не можешь и вправду так говорить. Ты ведь не хочешь, чтобы они продолжали использовать людей, обманывать их и причинять им вред, даже убивать всех тех, кто мешает их делам.

— Дорогая, мне все равно, какие злодеяния совершают эти злые люди. Но я забочусь о гражданах, которые страдают от этого. Члены совета могут быть настолько злобными, насколько им угодно, если они не причиняют вреда ни в чем не повинным свидетелям. Но это невозможно. Поэтому их нужно остановить.

— Я согласна. Но, Тотоби-Родолов, не знаю, смогу ли бороться с кем-то по-настоящему. Мне становится очень хорошо, когда мы тренируемся. Но на самом деле причинить кому-то боль? Не знаю, смогла ли бы.

— Это инстинкт, мое дорогое дитя. Кто-то замахивается на тебя, ты уворачиваешься. Снова замахивается, и ты ищешь способ остановить его. Твой инстинкт привлечет за собой в игру боевые навыки.

Биксби собирались что-то сказать, но дракониха продолжила.

— И гнев, и ярость, и моральное негодование накаляться до предела. Кто-то пинает ребенка, а ты что-то предпринимаешь, чтобы это остановить. Вот где обучение — двойное благословение. Ты можешь не только спасти ребенка, но и контролировать свой гнев. Ты будешь использовать это, чтобы разрядить ситуацию. Ты не переступишь черту, чтобы стать таким же подлецом, с которым сражаешься.

— Думаю, что боюсь именно этого. Обидеть кого-то, потому что это приятно. Отомстить за ребенка.

Биксби захотелось прислониться к груди Тотоби-Родолов, крылья которой были сложены вокруг нее. Она все еще могла видеть прекрасного дракона, грациозно летящего петлями вверху. Но она чувствовала себя согретой, будто Тотоби-Родолов обняла ее и пробормотала успокаивающие слова ей на ухо:

— Тебе не нужно бояться, дорогая. Есть тот, кто следит за твоим сердцем и будет тянуть тебя назад, если это то, что нужно.

— Примен?

— Да.

— Как?

— Через преданность и верность. Твою преданность. Его верность.

37. Тотоби-Родолов

Бриджер подошел к обеденному столу с мрачным выражением лица. Кантор посмотрел на него с беспокойством. Его друг-дракон редко ходил хмурым. Он часто громко жаловался, но не был известен постоянным неудовольствием.

— Что случилось?

— Ты видел сегодня мою сестру?

Кантор покачал головой.

— Нет, не видел.

Бриджер повернулся к Биксби.

— А ты?

— Нет, не видела с самого утра.

Дракон сел в одно из специальных кресел для драконов и усадил Йешу себе на грудь. Он забыл засунуть хвост, и слуга, который пришел, чтобы положить перед ним миску, споткнулся. К счастью, у этого человека была великолепная координация. Он спас тушеное мясо и подал его с поклоном.

Когда мужчина ушел от стола, Биксби наклонилась вперед и прошептала:

— Прошлой ночью она сказала, что ей нужен развлекательный шоппинг для отдыха.

Лицо Бриджера просветлело. Он проткнул ногтем кусок мяса и сунул его в рот. Пока жевал, он сказал:

— Она, должно быть, пошла на рынок.

Биксби сморщила нос.

— Следи за манерами за столом, Бридж. Никогда не знаешь, когда могут начать оценивать за раунд этикета.

— Тьфу ты!

В мозгу Кантора забила тревога. Он не любил, когда люди или драконы пропадали.

— Бриджер, ты можешь определить ее местонахождение по родственной связи?

— Я пытался, но она всегда была мастерицей скрывать себя, когда хотела сделать то, что не должна была.

Кантор повернулся к Биксби.

— Как насчет тебя? У вас двоих была связь по средством чтения мыслей еще до того, как мы добрались до вилты.

Она покачала головой и закончила жевать, прежде чем сказать.

— Нет, она вне зоны досягаемости, или что-то в этом роде.

— Используй одну из своих тиар. Наверняка у тебя есть та, которая помогает кого-то найти.

Биксби фыркнула, когда вытаcкивала сумку-склад с тиарами.

— Почему ты так переживаешь? Она наверняка ушла за покупками. Нас всех толкали, пока мы не были готовы сломаться. И она делала все это запоминание и вырабатывание выносливости раньше. Это действительно несправедливо, что они заставляют ее делать все это снова.

Бриджер перестал есть, чтобы ответить на это:

— Дакми сказал мне, что хочет, чтобы она стала частью команды. Если она не пройдет через всю подготовку вместе с нами, то у нас не будет опыта на точно таком же одинаковом уровне. Кроме того…

Улыбка брата Тотоби-Родолов напомнила Кантору выражения, которые он видел на лицах человеческих братьев и сестер. Мерзкое и самодовольное.

— Продолжай. «Кроме того»..?

— Обучение должно сделать скромным. Моей сестре пригодилась бы доза смирения. — Как только эти слова вышли из его уст, он стал выглядел смущенным, потому что произнес их вслух и поспешил объясниться: — Ну, ты должен понять. Я горжусь ею. Она потрясающая. Но иногда она настолько восхищается своим великолепием, что показывает это всем.

Биксби надела на голову корону.

Кантор задался вопросом, сколько та весила. Массивный головной убор сочетал в себе филигранное золото, шикарный красный бархат, изумруды, рубины и бриллианты. Только Биксби могла носить такую громадину и не выглядеть при этом абсурдно.

И ей стоило это делать. Даже десятилетние дети были выше нее. И поскольку он всю дорогу нес ее вниз по холму, то знал, что она весит не больше пуховой подушки. А ее волосы? Что ж, быть может, ее пушистые белокурые волосы как раз и помогали сгладить эффект от размера короны.

Его мысли вернулись к пропавшей Тотоби-Родолов.

— Ну?

Биксби хмуро посмотрела на него.

— Подожди минуту. Я только что надела ее. И молчи.

Она закрыла глаза и выглядела прекраснои безмятежно. Он уже собирался расспросить ее, когда она нахмурилась.

— Что там? — спросил он одновременно с Бриджером, который потребовал:

— Что случилось?

Ее глаза открылись, и она впилась в них взглядом, поджав губы в линию от раздражения.

— Может успокоитесь? Дайте мне сосредоточиться.

Она вернулась к своему медитативному состоянию с закрытыми глазами. Кантору пришлось дважды напомнить Бриджеру, что нельзя разговаривать. Как только дракон открывал было рот, Кантор щипал его за лапу, покачивая головой и прикладывая палец к губам.

Наконец, Биксби открыла глаза.

— Ничего.

Кантор отодвинул тарелку.

— Думаю, мы должны отнестись к этому серьезно. Давайте проверим базары.

Глаза Биксби загрелись:

— Все?

Кантор рассмеялся, несмотря на свое беспокойство.

— Да. — Когда он встал, то хлопнул Бриджера по спине. — Тебе придется подвести нас, Бридж.

Биксби встала и оглядела комнату. Слуги теперь обедали за столами, выстроенными у стены прямо за дверью кухни. Куда бы она ни пошла, у Биксби всегда были дружеские отношения с домашней прислугой. Эти мужчины и женщины делали из снобизма искусство. Она сомневалась, что они не станут доносить на нее и на ее друзей, если они сделают что-нибудь необычное.

— Разве нам не нужно получить разрешение?

Бриджер тоже бросил взгляд на слуг.

— Я не уверен, что мы его получим.

— Дакми здесь нет, — успокоил их Кантор. Напряжение двух товарищей передалось ему и поднялось по позвоночнику в виде предупреждающей дрожи. — Ведите себя естественно. Мы не хотим привлекать внимание к нашему уходу. Давайте просто направимся в комнаты, а когда доберемся до спального крыла вильты, то выскользнем наружу.