Остров Серых Волков (ЛП) - Нейткотт Трейси - Страница 51

— Нет, — шепчет Анна, кладя голову мне на плечо. — Я думаю, она здесь. Я думаю, что это ее приключение.

В нескольких футах от меня раздаются шаркающие шаги. Вот тогда-то я и замечаю его. Волосы темные, как ночь в этой тусклой пещере. Губы сжаты, чтобы крепко удержать его мысли. Я думаю о том, что произойдет, когда он заговорит

Разве имеет значение, почему кто-то убивает кого-то другого?

— Я знаю, о чем ты думаешь, — говорю я.

Эллиот выглядит удивленным. Он бросает взгляд на Анну, которая поднимается на ноги.

— Мне нужно проверить Чарли, — говорит она, оставляя меня с Эллиотом и словами, которые он сказал той ночью в лесу.

— Я знаю, о чем ты думаешь, — повторяю я.

Он подходит ближе.

— Я искренне надеюсь, что нет.

— Ты думаешь, что не имеет значения, почему кто-то убивает.

— Нет, — говорит он, продолжая двигаться ко мне. — Я думаю о той ночи и о том, как хочу, чтобы ты снова поцеловала меня.

Я встаю. Стряхиваю пыль с моих шорт, чтобы хоть как-то занять руки.

— Я думаю, что я такая же, как твоя мать. И я думаю о том, как сильно ты ее ненавидишь.

— Остановись. Сейчас я стараюсь не думать о своей матери. — Его взгляд скользит по моему лицу. — Ты в порядке?

— Я убила свою сестру.

— Я знаю, — говорит Эллиот. Я не помню, как он оказался рядом. Шла ли я к нему или он сам пришел ко мне? — Это было убийство по любви, как гласит легенда. Это была благодарность.

— Ты сказал, что убийство непростительно.

Его пальцы коснулись моих.

— Вот тут-то я и ошибся, Руби. Нет ничего непростительного, пока есть кто-то, кого можно простить.

Я чувствую его слова так же, как чувствую музыку, каждой своей частичкой.

— Так вот чего ты хочешь? — спрашиваю я. — Чтобы простить меня?

— Я уже это сделал. — Он подходит ближе. — Я хочу, чтобы с тобой все было в порядке. Я хочу, чтобы ты поняла, что ты не монстр.

Эллиот кривит бровь. Я даже не знала, что он может это сделать, но это так прекрасно, самодовольный Эллиот, что я не могу представить его лицо в каком-либо другом выражении.

— Поцелуй меня, Руби.

— Если ты хочешь поцелуя, то почему бы тебе просто не поцеловаться…

Он прижимает свои губы к моим. Моя кожа поет, когда его пальцы обхватывают мое лицо, когда его рука проводит по моему позвоночнику. Он ведет меня назад, пока моя спина не упирается в камень. Когда мы вот так целуемся, я думаю, что, может быть, можно чувствовать слишком много. Быть слишком живой.

«В этом году, ты заживешь, Рубс.»

Эллиот останавливается, чтобы поймать сбежавшую слезу.

— Руби?

— Я почти слышу, как она смеется.

Может быть, Анна права, и Сейди осталась здесь. Может быть, она увидела небеса и сказала: «Не так быстро. Моя сестра еще не закончила учиться и расти, и я хотелы бы быть рядом с ней.»

Может быть, ее призрачные пальцы вложили «Остров Сокровищ» в руку Эллиота в тот день в музее. «Ну вот, Рубс, — сказала бы она. — Ты не можешь получить меня, но ты можешь получить все это.»

ГЛАВА 45: КУПЕР

Мои кошмары таковы: два выстрела, два трупа. Белый туман, красный песок.

Мальчик. Лодка. И женщина с растрепанными волосами.

Двое уходят, один возвращается. Она покрыта коркой соли и молчит, как смерть.

Это не может быть правдой.

Это не может быть реальным, потому что моя память сломана. Так было уже полгода.

Это не может быть правдой, потому что он был мужчиной, а это был мальчик.

Но это всего лишь кошмар. И это был всего лишь олень.

Я закидываю мешок с сокровищами на плечи. Пора вернуться к тому, что я знаю наверняка: к острову, который привел меня сюда.

Пора закопать сокровище.

Я брожу по городу. Выпей меня до дна, Уайлдвелл. Когда-нибудь я забуду все это, стану пустым, как в тот день, когда Бишоп нашел меня. Я не надеюсь.

Бриллиантовые ткани парят в небе.

Цветы растут там, где раскололся цемент.

Запах свежеиспеченного хлеба. В воздухе чувствовался привкус соли.

Я изо всех сил стараюсь не отпускать его.

Дорис замечает меня на пути к докам.

Она сидит на своем крыльце, одетая в платье, похожее на ночную рубашку. От этого мне хочется промыть глаза.

— Ищещь компанию? — спрашивает она, когда я подхожу к ее дому.

— Возвращайся в постель, Дорис. Я тут кое-что делаю.

Она жестом указывает на рюкзак.

— Ты зарываешь сокровище на Острове Серых Волков.

Я делаю вид, что меня это не беспокоит. Это Бишоп рассказал ей о рюкзаке, полном сокровищ.

— А почему вы вообще не спите?

Сейчас такое раннее утро, что ещё почти ночь.

— Утро движется назад по мере того, как мы движемся вперед, Куп. — Она идет через лужайку в мою сторону. — И кроме того, никогда не бывает слишком рано для приключений.

— Я могу и не вернуться.

Она отрицательно качает головой.

— Ты обязательно вернешься.

До пристани еще полмили. Дорис напевает всю дорогу. Это не то, что я хотел бы услышать до восхода солнца. Или вообще никогда.

— Зацени это, Куп. — Она останавливается перед лодкой с омарами.

Наверное, это очень мило. Правда, довольно старая и изношенная.

— Парусник Бишопа гораздо лучше.

— Только не на лодке. — Она пристально смотрит на омаров. Она тоже очень сосредоточена. Как будто она их считает.

— Ты думаешь о том, чтобы проехаться без дела?

Дорис смеется. Я понятия не имею, почему.

— Конечно, именно об этом я и думала.

Через тридцать минут мы уже на воде. Воздух омывает меня солью и туманом. Когда солнце, наконец, встает, мне кажется, что я вижу его впервые в жизни.

Команда — это смесь моряков из северного штата Мэн и Канады. Они учат меня следить за их буями. Как нанизать иголки прикормки с сельдью и поросятами. Капитан втаскивает в лодку проволочную ловушку, и матросы учат меня разбирать улов.

Это все слишком много для занятости до полудня.

— Я с тобой не поеду, — говорит тот, что повыше, Рич. Он продал Бишопу первого омара, которого я когда-либо готовил. Прямо с кормы лодки. Джад Эрлих был уверен, что это незаконно, но Бишоп не обращал на него внимания. — От этого места у меня мурашки бегут по коже.

Я пожимаю плечами.

— Он действительно зеленый.

— Это не так уж странно. Но эта чертова дыра есть.

— Не ругайся, — говорю я.

Команда смеется. Дорис усмехается.

Через пятнадцать минут остров уже пробивается сквозь туман. Рич осеняет себя крестным знамением.

— Не могу подойти ближе, — говорит капитан. — Это плохая примета, если корабль коснется острова.

— Там есть причал, — говорю я.

— Нет, нет. Это одно и то же. Удача просто соскользнет с острова, перелезет через причал и сядет в лодку. Я не могу этого допустить. — Он выглядывает из-за борта лодки. — Ты умеешь плавать?

— У меня нет ни малейшего представления.

— Похоже, сегодня ты все узнаешь. — Капитан проверяет брюхо омара. Самку, несущую яйца, выбрасывают за борт. — Давай, выпрыгивай. Я бы хотел убраться отсюда как можно быстрее, если вы не возражаете.

Я умею плавать с сырым яйцом в ложке. Я не знаю, тону я или плыву.

Очевидно, здравый смысл не был большой частью моего таинственного прошлого.

— Мне кажется, я сейчас утону.

Капитан кивает головой.

— Ты получишь крещение морем.

— Тогда ладно.

Я выпрашиваю у Рича пластиковый пакет. Спрятать письмо Бишопа внутри. Оно будет в красном рюкзаке.

Я останавливаюсь перед Дорис.

— Тебе придется остаться здесь.

— Наедине с целой лодкой суровых моряков? Я сделаю все, что в моих силах, чтобы вытерпеть это.

— Да, отлично, — говорит капитан. — Мы вернемся за тобой завтра. А теперь поторопись покинуть лодку, пока нас не потопила неудача.

Я оттаскиваю Дорис подальше от мужчин. Мы не можем уйти слишком далеко, не наткнувшись на груды ловушек для омаров. Я даже жалею, что нас не подвез кто-нибудь на яхте.