Солдат… не спрашивай! (СИ) - Иванов Петр Иванович - Страница 281

Все решилось вечером, его снова вызвали на допрос, только в этот раз кроме уже примелькавшегося ненавистного полковника-гвардейца в кабинете присутствовал еще и штабс-капитан Денисов. Это можно сказать, без пяти минут победа, сразу отлегло от сердца, Иван Федорович Александра в беде определено не оставит. Наученный горьким опытом общения с местной бюрократией унтер-офицер в этот раз скромно помалкивал, предоставляя слово непосредственному начальнику.

 – Как это отпустить арестованного, нет сударь позвольте!  – не желал упускать лакомую добычу из рук полковник,  – Это ваш Сашка по всему видно не из заводских крестьян, как он тут написал в своей записке, вы на рожу то его гляньте любезный. Лжет ведь мерзавец! Али я крестьян не встречал?

 – Успокойтесь!  – штабс-капитан по-видимому в приватном разговоре не считал нужным соблюдать установленные формы обращения к старшему по чину,  – Меня вы надеюсь хорошо знаете?

 – А то как! На ваших приятелях-мартинистах из масонской ложи я себе карьеру и сделал!  – не смог удержать улыбку гвардеец, а вот оказывается в чем дело, это "старые знакомые", между тем "хозяин" продолжал упрямо гнуть свое,  – Да ваш унтер даже слова изволит подбирать ровно "момент" штабной, быдло так сроду не говорит! Я вашу ученую братию за версту нюхом чую! Нижний чин не тот за кого себя выдает, я это сразу увидел и намерен вывести негодяя на чистую воду.

 – Вы знаете меня, а знаю этого унтер-офицера Сашку и могу засвидетельствовать его слова перед судом, если такая нужда возникнет!  – категорично заявил Денисов, и не останавливаясь на достигнутом продолжил давление,  – Арестовали и держите вы его в крепости незаконно, шпионами должна заниматься особая сенатская комиссия!

 – Ишь какие баре, о законах они вспомнили!  – наигранно возмутился полковник, всплеснув руками,  – Я ведь могу и вас штабс-капитан арестовать, вы соизволили в столицу явится, а по приговору суда сие не положено!

 – Как угодно, я к вашим услугам!  – кротко согласился тогда штабс-капитан,  – Только учтите любезный, что графу Аракчееву это не понравится, а с ним бодаться у вас как говорят в народе "пупок развяжется". У меня есть письменное распоряжение инспектора артиллерии вернуть нижнего чина немедленно, вам показать бумагу, или на слово мне поверите?

 – Ай-ай!  – попытался напоследок шантажировать Денисова полковник, загородив собой выход из кабинета,  – Государь и не ведает какие люди вокруг Алексея Андреевича собрались! Один заговорщик из мартинистов, другой иностранный шпион, ну а как их братец, великий князь Константин Павлович ему расскажет правду?

 – Государь наш много чего не знает! А ежели до него дойдет о ваших с князем подвигах по женской части, да о растратах казенных средств?  – парировал довод гвардейца Денисов, и полагая разговор законченным обратился непосредственно к Александру,  – Собирайся и пошли, их превосходительство тебя отпускает.

В дверях камеры полковник не утерпел, и попытался было "наехать" в самом конце на Александра, даже замахнулся картинно для удара, но бить не рискнул, лишь сильно ткнул кулаком в бок, однако сломанные накануне ребра уже зажили и выпад пропал впустую. Видимо, устраивать драку было не в его интересах, чем бы закончилось непонятно, за дверями камеры-кабинета не оказалось никого, бдительные стражи бесследно исчезли. Как впоследствии объяснил Александру штабс-капитан, комендант крепости, где держали унтер-офицера, не знал о наличии "секретного" узника и поэтому оказал полное содействие прибывшему посланцу могущественного Аракчеева. К тому моменту, когда в кабинете происходил разговор, конвой уже был давно отозван и на помощь "крепостных" солдат полковник рассчитывать в потасовке не мог, а "свои" гвардейцы были далеко.

 – Кабы знал наверняка, что это нижний чин попался, то хоть морду бы набил для острастки! Смотри унтер, попадешься ты мне ещ в руки, поквитаюсь!

 – Не обессудьте господин полковник, но на войне вам лучше с ним не встречаться. У нас в 13-м егерском полку Сашка не самый лучший унтер-офицер, у него единственный и главный недостаток – стреляет без промаха! Может статься, не он к вам в руки, а вы к нему на прицел эдак случайно угодите?  – не удержался и с сарказмом ответил "сыщику" штабс-капитан и на том они и расстались, как оказалось впоследствии навсегда. Но собственно этот тип "героев того времени" туда, где летают пули и не стремился никогда попасть, надо же кому-то охранять престол и священную особу императора в столице, или нет?

Пока ехали обратно в город, Александр не удержался и расспросил начальника, пытаясь выведать хоть немного информации о своем недавнем обидчике. Денисов отвечал неохотно, сперва каждое слово приходилось из него тянуть как клещами, но потом немного разговорился. Оказывается Александра словила одна из тайных "полиций", именно так и называют – во множественном числе. Их несколько, сколько конкретно никто не знает. Этот полковник, по идее, должен был заниматься охраной цесаревича, но вот захотелось ему не то орденок боевой получить, не то еще какие резоны появились. Скорее всего, "телохранителю" надо было отчитаться за промотанные казенные средства, вот он и отыскал подходящего "козла отпущения". На практике реальная же деятельность "гвардейца", так Александр условно окрести этого типа заключалась оказывается в поставках женщин для развлечений великому князю. Никакой контрразведкой не пахло и в ближайшем приближении, в российской империи такое полезное в рамках государства учреждение появилось только в ХХ веке.

 – Ты что не знал? Цесаревич у нас давно претендует на лавры маркиза де Сада! Вот у него и проблемы с любовницами, "чумазыми" из народа князь брезгует, а остальные не хотят даже за хорошие деньги. Хотел бы я знать, как этот полковник их уговаривает?

В отличие от начальника, Александру механизм соблазнения был в общих чертах понятен: одних запугивали арестом и Сибирью, если не помогало – отправляли на пару суток посидеть и отдохнуть в одиночную камеру, если и после этого жертва упорствует, то далее следовал "расстрел". Для баб наверное хватит с избытком, разве, что вдруг попадется упертая-ненормальная, как та еврейка, забыть которую Сашка до сих пор не может. Никаких следов понятное дело на теле жертвы от таких "процедур" не остается, и доказать в суде потом хоть что-то она не может, впрочем ее и слушать не будут, не те времена. Это "до", но судя по рассказам Денисова "после" любовниц великого князя или направляли в дом для умалишенных, или в ссылку, или высылали прочь из страны, а тех кому повезло меньше остальных – так сразу на кладбище.

 – Всех молоденьких, хорошеньких француженок уж давно больной на голову князюшка в Петербурге вывел подчистую. В последний год только их и "употребляет" из патриотических соображений, был недавно большой скандал с женой придворного ювелира – залюбил ее насмерть на паях с адъютантами, но сошло это ему с рук. Списали на нижних чинов из охраны дворца, как всегда у нас солдат оказался в итоге виновен.  – поделился информацией штабс-капитан и замолчал.

 – Иван Федорович, а вы за супругу свою не боитесь, может быть не приезжать ей в столицу?  – обеспокоился унтер-офицер, вспомнив об ожидаемом приезде Софьи.

 – Офицерских жен он не трогает – боится, было раз дело, пригрозили убить, с тех пор занят купчихами, мелкими чиновницами и гувернантками, да вот еще француженок регулярно изводит. Все равно детей пора на ученье пристраивать…  – вздохнул штабс-капитан, и уверенно но печально добавил еще несколько слов,  – Не бойся, мы теперь под Аракчеевым ходим, это не какой-нибудь великий князь!

Понятно, граф – это сила "намбер уан" в России, но состоять "у него" это все равно, что на тигре верхом ездить, тут надо быть или непомерно крутым как новоиспеченный генерал Ермолов, или вовремя соскочить, до того как зверю захочется кушать. Чем же объясняется такая "любовь" всесильного временщика к скромному штабс-капитану и его непутевым подчиненным, восемь лет их в упор не видели и вдруг прозрели, нет… причина в другом. Этот вопрос требует для раскрытия отдельной маленькой главы, что и будет приведена ниже. Пока лишь нам, как и Александру придется удовольствоваться скудной информацией, что Денисов, Сашка, Гришка и винтовка играют весьма важную роль в планах как лично графа, так и всего военного ведомства, которое за исключением гвардии и флота пребывает полностью под контролем у Аракчеева.