Солдат… не спрашивай! (СИ) - Иванов Петр Иванович - Страница 237

Между Сциллой и Харибдой завис нижний чин Сашка, правда, подполковник слева не особенно не страшен, зато справа – зверь… кулаки у этого "отца родного" такие, что Тайсон позавидует. И довершение всех бед еще один желающий расправиться с Александром появился, князь Андрюша прибежал, тот самый с кем Сашка беседовал недавно. Корнет сабелькой где-то рядом машет, не видно его пока, голову не повернуть. Пока князюшку друзья-товарищи удерживают, уговаривают, и что примечательно, как раз на французском, ни одного слова на "великом и могучем"! Дурдом… убьют, не убьют?

 – Господа офицеры, разрешите пройти!  – раздался сзади-сбоку знакомый голос и такой уверенностью от него веяло, что Александр понял сразу – он спасен!

 – Разрешите, разрешите…  – штабс-капитан Денисов вежливо но жестко все корнетов и поручиков, от унтер-офицера "отшил" по очереди, не прошло и минуты.

Нижние чины и сами сообразили, что их дело не касается. Немцу обещан подробный рапорт, а вот от полковника так не отделаешься, он жаждет крови. Все конец… нет!

 – Ты что штабс, оборзел? Супротив старшего по чину попер?  – заревел "их высокоблагородие" и демонстративно замахнулся на штабс-капитана, но ударить все же не решился.

 – Если вам приспичило подраться со мной, то я готов. В другом месте и посредством оружия!  – сверкнул глазами, до этого момента кроткий и спокойный Иван Федорович Денисов, и на полковника-хулигана подействовало, руками размахивать он прекратил, словно вдруг почуял холод острой стали у горла.

 – Ишь какой смелый, а дуэли в военное время государем запрещены! А ну как я тебя соизволю арестовать за предерзостное поведение?

 – Сейчас явиться сюда наш командующий, и тогда посмотрим, кто кого арестует? Что же до поединков… то ужель наш государь император своему фавориту откажет в такой малости, не сделает исключения?

По лицам собравшихся волной пробежали улыбки, а сзади кто-то и вообще засмеялся вполголоса. "Моментов" вроде это полковника, вознесенных на высокие должности исключительно прихотью царя или Аракчеева в армии сильно не уважали. Только к Ермолову относились иначе – но тот по жизни self-made (человек, который сам всего добился) временщик лишь заметил его. Полная победа, Денисову эту выходку недоброжелатели потом через несколько лет обязательно припомнят, но пока он на высоте положения.

 – Господа, я забираю своего нижнего чина, если вопросы у вас остались, то вы знаете где меня сыскать!  – и вот все, Александра схватили за руку и чуть ли не бегом потащили прочь.  – Давай быстрее убираемся отсюда, пока этот придурок не опомнился!

Поддерживаемый и подгоняемый непосредственным начальником Александр с грехом пополам добрался до родной части, лицо в крови, во рту неприятный привукс, но "мясо" заживет быстро, главное глаза, кости и зубы целы. Едва они успели на общее построение, Сашку командир затолкал в последнюю, и камуфляж, да и "раны" унтер-офицера могут вызвать нежелательные вопросы. Там же рядом оказались и Федор и поручик Яковлев по той же причине – оба не успели переодеться в "нормальное" обмундирование.

 – Чево с тобой. Али упал?  – шепнул ему сбоку Федька.

 – Да и головой…  – машинально кивнул ему унтер-офицер, и про себя добавил,  – Упал, и раз десять и на кулак и так легко отделался, даже зубы и перепонка в ухе не пострадали! Жаль война кончается, а то…

Сашка тогда и сам не знал, что бы сделал с тем полковником, попадись он однажды по ту сторону прицела, как совсем недавно один такой любитель-садист. Немца на поле под Фридландом он убил не за себя, а за "всех", приговор привел в исполнение, здесь же чисто личное дело. "Морда", ее величество… давний порок российской императорской армии, любой классный чин от подпоручика начиная может поставить во "фрунт" любого нижнего и бить его хоть до полусмерти. За что? Да по самому ничтожному поводу: "не так честь отдал", "медленно подбежал на зов", "неуважительно ответил", "дерзко посмотрел" и так далее вплоть до "скучно мне господа стало, вот и дал в морду этому скоту". Ни в одном уставе такое наказание не прописано, более того – есть прямой запрет на применение подобных мер воздействия, но тем не менее мордобитие широко практикуется, особенно в "хороших" полках подобную форму воспитания личного состава любят. Считается повсеместно в военной среде, что таким образом укрепляется дисциплина и порядок, а на полковых командиров отменивших у себя этот дикий обычай зачастую смотрят на как на выживших из ума чудаков…

Командующий арьергардом обходит строй, благодарит нижних чинов, в ответ гремит нестройный хор голосов: "Рады стараться ваше высокопревосходительство!". Он жмет руки офицерам, затем сжимает в объятиях и старого соратника по походам под знаменами Суворова, есть чему радоваться. Генерал доволен и полк цел и пушки артиллерийской роты вернулись обратно, а то их – и людей, и материальную часть уже собирались занести в безвозвратные потери. Со слов вышедших из окружения 13-й поставленную ему задачу выполнил, но сам там и полег полностью, поэтому их возвращения и не ждали. Тем же утром арьергард получил пополнение и у Багратиона сразу же возникла идея занять населенный пункт, находившийся чуть западнее временного лагеря. Место было удачное с точки зрения организации долговременной обороны и даже готовые батареи и шанцы имелись, ранее там войска уже останавливались укрепленным лагерем. Дальнейшее же развитие событий и привело к тем странным последствиям, чуть было стоившим одному унтер-офицеру, да и еще кое-кому из его сослуживцев жизни. Все, все обстоятельства сплелись в один тугой клубок, ошибка разведки, пруссаки на пикетах и в предмостном укреплении, дефицит времени и боеприпасов, и вот… но вышло же на редкость удачно для той войны "не знаменитой".

Торжественная часть закончена и опять марш, но на сей раз без всякой спешки, и теперь можно унтер-офицеру и посмотреть по сторонам, что тут за природа, что за люди… да как и везде в принципе ничего особенного. К биваку с которого и начался этот сумасшедший день полк прибыл уже затемно. Сашка с ужасом ожидал, что ему опять полночи "шаманить" ружья и какой подарок судьбы – из города вернулся штатный оружейный мастер, теперь можно все свалить на него. Не глядя по сторонам он побрел к двум шалашам, где располагался на ночлег его взвод, где-то здесь он забыл свой трофейный плащ, и надо же – зеленое сукно лежит и ждет своего хозяина. Все к черту, сегодня приключениям конец, он только лишь смыл с лица грязь и пороховую гарь, да еще оружие свое почистил и более ничего делать не стал.

 – Мужики, если что случиться, то поднимите меня!

Шинель – постель нет ее мягче, плащ с убитого француза- одеяло не греет но и не замерзнешь, сидор – подушка, винтовка вместо бабы, ха… настоящая "леди смерть"… не будить нижнего чина и при пожаре выносить в первую очередь. Уже проваливаясь в сон, он услышал, что Гришка спрашивает будить ли его на обед, если вдруг таковой все же сварят. Хотел Сашка махнуть старому другу рукой – "не надо", но сил уже не было даже на такие простые действия.

Пробуждение, новый день настал как всегда, редко ему приходиться в этом мире просыпаться столь поздно, обычно поднимают нижних чинов еще затемно. Возле убогих шалашей, слепленных из веток, палок и какого-то неведомо где подобранного хлама царит тишина, все ушли, быть может на обед. Да куда они денутся из подводной лодки "Восточная Пруссия"? В последнее время солдатики отсюда убывают чаще всего прямо на небо.

У него весь взвод словно испарился, а вот у соседей рядом оживление, что-то там активно разливают по чаркам и явно не родниковую воду. Пьянка и с утра… непорядок! С трудом поднявшись на ноги, помогла молодая березка Александр протер глаза и осмотрелся по сторонам, ничего вроде бы такого сверхъестественного бивак, как бивак. И вот солдат идет, его весь полк знает – Жученков, артельщик. В его обязанности входит выдача мясных порций, спирта и прочих занимательных "сладостей". В руках у нижнего чина жестяное луженое ведро с крышкой, "манерка"  – так по неизвестной причине в 13-ом прозвали эту емкость, может быть искажение от слова мерка или мерная посуда.