Солдат… не спрашивай! (СИ) - Иванов Петр Иванович - Страница 197

 – Чего у наших морды такие кислые? Вроде убитых я не видел.  – не преминул спросить у Сашки штабс-капитан.

 – Боятся, что их заставят теперь мост отстраивать.  – ответил за всех унтер-офицер.

 – Не заставят, саперы на походе, пусть они и страдают. Сейчас наш командир соберет людей и мы двинемся вслед за кавалерией.  – утешил Сашку и остальных своих подчиненных из 1-ой роты Денисов.

Дальше у храбрых улан и всяких там остальных егерей – тех кого в реляциях упомянуть забыли, начались проблемы. К городу тем временем подошел с неприятельской стороны саксонский полк шволежеров из дивизии Ундино, а там кроме легкой кавалерии было еще и три эскадрона кирасир и еще какие-то части, опознать которые так и смогли, обычное явление на той войне. По совету командира 13-го егерского, генерал-лейтенантом Голицыным от открытой "честной" схватки в поле решено было отказаться в пользу "активной обороны"  – зачем зря губить людей? До самого вечера и кирасир и прочих там "антихристов" российские артиллеристы издали обстреливали ядрами и изредка – картечью, при этом орудия меняли позицию после каждой серии выстрелов, умело применяясь к местности – так и катались по пригороду из конца в конец. Сдерживали врага кроме того ружейным огнем стрелков и спешившихся кавалеристов, укрывшихся за каменными заборами в предместье и в отдельных зданиях. Пару раз французы все же прорывались в город, там их жестоко били сверху – с крыш и из окон домов, кое-где дело дошло и до применения ручных гранат. Баррикады наспех сооруженные егерями 13-го, уланами, казаками и "добровольно привлеченными" местными жителями из телег и выброшенной из домов мебели сильно затрудняли действия тяжелой кавалерии противника, да и позднее пехоты на узких кривых улочках. Грозные для любого противника в открытом поле, эскадроны латников постоянно дробились, растягивались и при этом то и дело теряли людей от ружейных выстрелов, пули так и сыпались градом на них окон верхних этажей. До врага же им не было возможности дотянутся палашом, огонь из пистолетов с седла, да по "подло прячущемуся" в различных укрытиях вражескому стрелку не особенно эффективен, времена ковбоев еще не наступили. Кроме того французов поджидала еще одна неожиданная напасть: подковы оказывается имеют такое нехорошее свойство – скользить по камню, и чем выше вес лошади, тем сильнее этот эффект проявляется, в "культурной" же Европе принято мостить городские улицы брусчаткой… Опоздавшую к сражению за город пехоту противника в большинстве случаев получилось "отсечь" от его кавалерии ружейным и артиллерийским огнем. Кое-где французы все же под вечер добились успеха и сумели войти в предместье, но были оттуда вскоре выбиты подошедшими к этому времени российскими войсками.

Александру тогда снова удалось отличится, и не один раз, но в суматохе боя никто этого не заметил. В сумерках постепенно стали вразброд постепенно подходить другие части армии Беннигсена и враг окончательно отступил, но как оказалось – не надолго. Предварительное, или первое сражение за Фридланд было выиграно российское стороной почти без потерь…

Краткий отдых после напряженного дня… враг уже понял, что проиграл и стрельба практически стихла, до утра теперь будет "мир", ночью штурмовать город – еще то удовольствие. Что-то не очень уж и сильно французы желали овладеть этим населенным пунктом, такое впечатление, что после того как российские войска успешно перешли на левый берег Алле, их противник стал действовать лишь вполсилы, так свою артиллерию в ход даже и не пустил. 13-й егерский полк встал биваком на окраине, место выбрали хорошее – и большой сад, и дрова, и вода прямо под руками. До темна еще пара часов, Сашка как-то ухитрился отпроситься у ротного командира "посмотреть окрестности". Его отпустили с одним лишь условием – "далеко не ходи", а он и не собирался вдаль, еще когда разводили костры и готовили ужин он заприметил рядом старую башню, к ней и направился. Что за сооружение такое – бог его знает, но по виду жутко древнее и таинственное, возможно остатки старого замка или какой-то другой средневековой оборонительной системы. Не суть важно замок или не замок, главное, что вид с площадки этой башенки должен быть великолепный…

Старые камни поросшие мхом, узкая лестница винтом вьется под ногами, и вот уже Александр на самом верху, обзор хороший, да вот смотреть особо не на что. Ближайший холм к востоку от города оседлала французская артиллерия, в подзорную трубу можно увидеть как "они" укрепляют свою позицию, или по крайней мере вид делают, что "укрепляют"  – какой же дурак в начале 19-го века будет на ночь глядя окапываться? Что там еще… деревня… тракт… небольшой отряд кавалерии поднимает клубы пыли на дороге, к седлам у них что-то белое приторочено сразу и не разобрать, да никак гусями хитрые "галлы" разжились у немцев. Унтер-офицер невольно сглотнул слюну, он бы тоже с удовольствием отведал дичи, а то в последнее время одну жесткую как подошва говядину на обед дают, да и то не каждый день, и даже курицу несчастному российскому солдатику "добыть" негде. Соблазны… черт с ними, мы переживем, а что на востоке, в самом предместье делается, давайте посмотрим. Пруссаки какие-то гражданские ползают туда-сюда, по улицам как ни в чем не бывало – войны на них нет, российские солдатики из разных родов войск кое-где заметны. Стоп, а это что там в кустах за рукопашная… а понятно – казачок уговорил местную "фрау" на любовь и теперь работает над повышением рождаемости в Восточной Пруссии. Тьфу ну и рожа у этой дамы… не иначе станичник пьян в стельку иначе нашел бы себе бабу поприличнее, с такой образиной Сашка согласился заниматься любовью только под дулом пистолета.

Еще немного левее и это кто там такой красивый в поле шляется, да еще и породистой лошадке? Француз приехал, и нагло разглядывает российские пикеты в свою зрительную трубу, а что такого – сегодня можно и так, все казачки видимо заняты исключительно оплодотворением местных баб и сбором трофеев, а то бы в момент его такого глупого супостата словили.

Что там за шум? Унтер-офицер неожиданно услышал доносящиеся откуда-то снизу голоса и шум шагов, кто-то еще хочет подняться наверх? Вроде бы двое, вот один похоже споткнулся, ругается – это "свои" определенно, опасаться нечего и Александр снова вернулся к наблюдениям за окрестностями. Французик подъехал ближе… теперь его можно и выстрелом достать, только стоит ли овчинка выделки, на сегодня свою норму унтер-офицер уже выполнил. Но с другой стороны цель заманчивая, явно ведь штаб-офицер пожаловал – и оптика у него и что-то вроде полевой сумки у седла виднеется и лошадь явно не из дешевых, хоть и Сашка по этой части не бог весть какой специалист. Шаги за спиной все ближе, песок хрустит под каблуками совсем рядом. Глухой кашель слева, "кхе-кхе", кто-то вновь прибывший "поближе к небесам" вдохнул местную пыль веков…

 – Что там внизу делается?  – неожиданно раздалось от соседней бойницы.

 – Да ничего… француз-наблюдатель ползает.  – ответил унтер-офицер и тут по спине у него пополз неприятный холодок, где-то он уже слышал утром этот голос, он поверну. голову к говорившему и…

Только этого не хватало… столкнуться тут с генералом, он его знает – это ведь тот самый Голицин, в отряд которого сегодня явочным порядком вошел 13-й егерский полк. Подобная встреча для нижнего чина ничего хорошего явно не сулила. Унтер-офицер быстро сложил и убрал свою подзорную трубу в чехол и вытянулся во "фрунт", он при оружии и следовательно "ломать шапку" не должен, хоть какой-то "бонус" солдату от войны. В голове у Сашки между тем была настоящая каша, устав российской императорской армии боролся с своим советским собратом, и конца-края этой схватки пока не было видно. Вроде бы надо представиться, или нет – следует ждать приказа, или… мать их он совсем запутался в этих параграфах, там сам черт ногу сломит. В итоге он решил ничего не предпринимать, спросят – ответит, а самому нарываться не стоит, инициатива со стороны "низших", как известно, не приветствуется у "высших". Между тем генерал мельком глянул вниз, затем на унтер-офицера, потом снова вниз и легко взмахнул рукой, одной кистью практически вышло движение.