Первый и последний чародей (ЛП) - Хенди Барб - Страница 70

— Она… нашла… шар…

Лисил чуть не огрызнулся на Мальца за то, что тот отвлекся. Когда он поднял глаза, Малец уже распахнул плащ… так оно и было.

Бротан опустился на одно колено и потянулся к Магьер.

— Нет! — Лисил ему сказал. — Достань шар… и принесите его с собой.

Прошел день и ночь, а Магьер все не просыпалась. Малец никогда не отходил от нее. Он смотрел, как Лисил ухаживает за ней, вытирая влажной тряпкой ее лицо и пытаясь выдавить капли в рот.

Это не сработало.

Гассан пришел с целебной мазью, но его отпустили. Ни наручники, ни оружие не причинили ей вреда, и она исцелилась бы сама. Теперь она страдала от чего-то другого, и как бы Малец ни старался, как бы часто ни заглядывал в сознание Магьер, он так и не нашел ни одного всплывающего воспоминания. На этот раз он был виноват не меньше, чем она.

Она понимала, когда он делал то, чего не делали другие, включая Лисила, который был слишком одержим идеей забрать всех троих домой.

Еще в святилище, когда Гассан объявил, где может быть спрятан шар, Малец и Магьер тайно согласились с этим планом, прежде чем она открыто заявила, что одна может пережить путешествие. Это был единственный способ сделать то, что должно было быть сделано.

Последний шар должен быть возвращен, и больше никто не сможет выжить.

Теперь Малец цеплялся за надежду, что Магьер придет в себя и проснется, хотя что-то еще более страшное отвлекло его после ее возвращения. И Гассан, и Бротан слишком интересовались воздушным шаром. Он был в пределах легкой досягаемости от ренегата-мастера-убийцы и загадочного домина, искушенного в Мертвом искусстве магии. Поэтому Малец велел Лисилу затащить шар в палатку, которую они делили, и никогда не выпускал его из виду.

Малец кипел от злости, что попал в ловушку в этом маленьком лагере, и еще больше его беспокоило то, что он не мог погрузиться ни одно всплывающее воспоминание ни в Гассана, ни в Бротана.

На второй день, когда жара снова усилилась, он впал в отчаяние. Он приказал Лисилу, чтобы ткань любого рода, наряду с водой, быть принесены для Магьер.

Он велел Лисилу раздеть ее и укрыть мокрой тканью.

Когда позже Гассан предупредил, что они находятся на опасной глубине, Малец бросился на домина и огрызнулся. В конце концов, на следующую ночь, Лисил изнемог от усталости. Малец заставил своего старого друга отползти в сторону и уснуть, но сам остался лежать, положив голову рядом с головой Магьер… снова и снова она пыталась отыскать в памяти всплывающие воспоминания.

Где-то ночью Малец понял что потерял сознание.

Когда он проснулся и понял, что натворил, то запаниковал. Потом он рассердился на себя за то, что заснул. Прислушиваясь в темноте, он слышал ее неглубокое дыхание. Если бы он не проснулся, то, возможно, ничего бы и не услышал…

"Лисил."

Услышав шепот Магьер, Малец прижался мордой к ее лицу. Он не стал дожидаться, пока она попытается дотронуться до него, и бросился через маленькую палатку, вонзив передние лапы в бок Лисила. Прежде чем Лисил проснулся, пришел в себя и схватил кристалл с холодной лампой, Малец вернулся к Магьер.

Ее глаза все еще были закрыты, но когда он погрузился в ее сознание, то на этот раз уловил мимолетные фрагменты воспоминаний. Этого было достаточно, чтобы успокоить Лисила, как только Млец сказал ему.

К вечеру следующего дня темные глаза Магьер затрепетали и остались открытыми.

— Лисил? — повторила она хриплым шепотом.

Лисил вздохнул с таким облегчением, что Малец испугался, как бы он не заболел. Гассан, сидевший теперь в палатке, потянулся назад, чтобы открыть клапан, и крикнул:

Малец наморщил щеку и стал ждать.

Бротан присел в проеме. "Она здорова?"

Гассан покачал головой. — Этого я не знаю."

Магьер что-то прохрипела и попыталась сесть. Прежде чем Лисил успел это сделать, Малец прижал ее плечо лапой. Затем Лисил взял ее за голову и осторожно дал ей глотнуть воды из маленькой чашечки, сделанной из резного рога.

— Шар, — прошептала она. "Где… где же он?"

"Он здесь, — сказал Лисил. "Не волнуйся."

Он больше ничего не сказал и снова заставил ее выпить. Как только он убрал чашку, Магьер начала всхлипывать, дрожать и слабо биться.

"Я видела, как она горела! — она всхлипнула. "А я и не знала… но она была там! Я попыталась остановить еее… но я… Не…"

Встревоженный Лисил схватил Магьер за лицо и попытался удержать ее, глядя на Мальца.

Они оба видели ее разъяренной, дикой, неуправляемой. Малец никогда не видел ее такой.

— Тише, хватит, — прошептал ей Лисил. "Все в порядке."

Малец в это не верил.

Лисил снова схватил маленькую чашку и поднес ее ко рту Магьер. Она осушила ее и затем лежала в бессвязных припадках, шепча слова, слишком искаженные, чтобы понять. Даже проблески пробуждающихся воспоминаний, которые Малец уловил в сознании Магьер, были рассеяны, разбиты и не говорили ему ничего полезного. Через некоторое время Гассан принес сушеные фиги и ломкие лепешки. Она ела так, словно умирала с голоду. Хотя это был еще один хороший знак, Малец наблюдал за ней с растущим, а не уменьшающимся беспокойством.

Бротан остался стоять у входа в шатер, а Лисил и Гассан продолжали ухаживать за Магьер. Когда снаружи стемнело, Гассан поместил Кристалл холодной лампы в настоящую лампу, чтобы усилить ее. Посреди ночи Магьер повернула голову и посмотрела на Мальца. Она казалась спокойной и более осознанной.

— Ты нашла шар, — сказал Бротан.

Магьер перевела взгляд на него, но только молча смотрела.

Малец хотел отшлепать Бротана за то, что тот снова заговорил об этом.

— Там был страж? — спросил он.

Малец зарычал, оскалив зубы, и не останавливался, пока Лисил не толкнул его локтем. Магьер откинула голову, и Лисил повернулся лицом к теневому захватчику.

— Убирайся отсюда!

— Другой. — прошептала Магьер. — Не такой… как остальные…

Малец резко обернулся, когда Лисил взглянул на нее.

— Не сейчас. Это может подождать.

Магьер покачала головой.

— Ты должен знать. Я должна тебе сказать.

Это было совсем не похоже на ту Магьер, которую он знал. Она никогда не нуждалась — не хотела — ни о чем говорить. Он не пытался дотянуться до того, что возникло у нее в голове, опасаясь, что это может потрясти ее еще больше. Магьер продолжала говорить, не сводя глаз с Лисила…

Первый ночной переход не был трудным. Небо было ясным, звезды и полная луна давали немного света. Магьер слышала, что в пустыне днем жарко, а ночью холодно. Это было не совсем то, что она нашла. Она выросла в сырой и промозглой Деревинке на восточном континенте. Температура упала, но ей все еще было тепло.

Даже после морского путешествия в эту страну и ее пребывания здесь, засушливый воздух Суманского региона все еще был таким же… иностранный.

Всю первую ночь она сжимала в руках устройство слежения, ощущая его притяжение. Он вел ее все дальше и дальше на северо-восток.

По предположению Гассана, до кратера, который когда-то был соленым озером, оставалось три дня пути. Когда она пожаловалась, что ее отягощают двумя полными бурдюками воды, он сказал ей: "когда ты вернешься, у тебя не будет такого веса."

Не успела она опомниться, как наступил рассвет.

Солнце уже поднялось над горизонтом, но жара еще не стала невыносимой, поэтому она старалась держаться как можно дольше, и первый намек на то, что в потрескавшейся земле что-то блестит, привлек ее внимание.

Магьер остановилась и посмотрела вниз на бесчисленные кристаллические осколки вокруг своих ботинок. Каждая из них отражала восходящее солнце, как крошечные драгоценные камни. Она надеялась, что не увидит их так скоро, потому что они обозначали край самого худшего.

Свет сверху и снизу начал жечь ей глаза, пока она шла дальше. Слезы потекли из ее обожженных глаз, растрачивая драгоценную воду. Тем не менее, она проследила за движением устройства Винн. К середине утра жар на ее бледной коже стал невыносимым, а затем боль в глазах усилилась, когда мир посветлел, стал белым.