Теплая кровь. Том 1: Вторжение (СИ) - Суханов Артём - Страница 39

Рейдер резво проскочил передовые рубежи армии Директории, на данный момент занятые только одинокими наблюдателями на быстрых мотоциклах. Под брюхом рейдера показалась оранжевая черепица прибрежных селений и тёмная змея войск, проходящих через эти селения. Ольга вскинула камеру.

Тяжелые гусеничные машины непривычных очертаний попарно шли по узкой проселочной дороге, оставляя за собой бурые клубы пыли. Камуфляж машин был подобран идеально, там, где начиналось пыльное облако, силуэты машин буквально исчезали, настолько цвет бронемашин подходил к оттенкам жёлтой джирапозской пыли. Впереди колонны двигался юркий автомобиль без верха той же расцветки, что и едущие за ним покрытые броней гиганты. После пары секунд возни с фотокамерой Ольга начала различать и более мелкие детали. Людей, сидящих в автомобиле, и людей, выглядывающих из люков бронированных громадин. Их желтую, почти не видимую на фоне пыли, униформу. Их оружие непривычных очертаний, не похожее на смертоносные изделия склавийских, прамских или лисабских оружейников. На флажках, поднятых над машинами, которые Ольга про себя уже начала по привычке называть панцерами, виднелись многочисленные изображения, смысл которых был непонятен. Что означает лицо с безумно выкаченными глазами и, судя по всему, с высунутым языком? Что за чудовища зеленого цвета крадутся по жёлтому полю, неуклюже переставляя одномерные ноги? Что держит в руках человекоподобная фигура, изукрашенная во все цвета радуги? Топор? Зонт? И почему этот топор или зонт коричневый?

-Никогда не видел ничего подобного, - бормочет Романо, прижимая к глазам офицерский бинокль. - Никогда!

Человек, сидящий в головной машине, увидев рейдер, привстал в пассажирском сиденье и начал махать руками, что-то, по-видимому, крича. Солдаты, скучающие на башнях панцеров, схватились за рукоятки установленных на турелях орудий.

-Ага! - ухмыльнулся Бьорсон, - эти парни могут быть откуда угодно, но рефлексы у них такие же, как у всех вояк. Как думаете, генерал, эти тихони откроют огонь?

Почти минуту рейдер летел вдоль растянувшейся колонны, но их так и не обстреляли. Сидящие на башнях панцеров стрелки только провожали летательный аппарат дулами установленных на турелях пулеметов.

- Сорок восемь панцеров, - произнес Романо, когда колонна скрылась вдали. - Четыре открытых легковых автомобиля. Два десятка вроде бы грузовиков, но вдобавок ещё и бронированных. С людьми или грузами не понять, но рессоры сидят низко, явно что-то везут. Ещё одно гусеничное нечто непонятного назначения, видимо, инженерная машина.

Он продолжал что-то бормотать себе под нос, тем временем следом за первой колонной показалась вторая. В ней было больше автомобилей, в том числе грузовиков, везущих на прицепе артиллерийские орудия. Панцеров было меньше, но несколько из них вместо башни с одной большой пушкой обладали целой гроздью воронёных стволов, которыми они провожали скользящий по безоблачному небу рейдер.

- Классические межбатальонные интервалы. Не знаю, кто эти парни и откуда, но в их академиях учат тому же, чему и в наших, - Романо продолжал бубнить, не отрывая от глаз бинокль. - Педро, будьте так любезны, возьмите севернее, - скомандовал генерал в бусину микрофона, - я хочу видеть, насколько глубоко они охватывают наши фланги.

Ответа пилота Ольга не услышала, но Бьорсон, которому в отличие от неё достались наушники со встроенным передатчиком, проворчал сквозь зубы какое-то норжское ругательство. Явно, ничего хорошего пилот не говорил.

- Попрошу всех присутствующих занять свои места и пристегнуться, - объявил Романо спокойным голосом.

-Что там? - локтем пихнула Ольга Бьорсона, - что говорит пилот?

- Туча летательных аппаратов движется с запада в нашу сторону, - прошипел Снорри, - пилот запрашивает дальнейшие указания.

-И что говорит Романо? - поинтересовалась Ольга. Почему-то ей совсем не было страшно.

-А что тут скажешь?- проворчал встречным вопросом Снорри.

Романо в нарушение собственного распоряжения метнулся к иллюминаторам левого борта. Рейдер двигался на север, а значит, через них можно было увидеть приближающиеся с запада летательные аппараты. Примеру генерала последовал весь его штаб. По словам, которые офицеры обычно не позволяли себе в присутствии дамы, Ольга поняла, что дело серьезное.

-Сеньора фотограф, прошу вас, - Романо охрип от волнения, или ей просто так кажется? - Вы нужны здесь, вы и ваш фотоаппарат.

Ольгу не нужно было просить дважды.

Сначала она увидела точки. Но уже через несколько секунд эти точки превратились в чёрточки, а затем начали приобретать очертания самолётов. По-настоящему огромных самолётов.

-Бомбардировщики, - прошептал кто-то из адъютантов Романо, - Верховное Существо свидетель, генерал, это бомбардировщики!

-Десять, двадцать, пятьдесят, сто, - Ольга сбилась, начала сначала, снова сбилась, мрачно выругалась, понимая, что это бесполезно. И без того было понятно, что самолётов несколько сотен.

-Мы сможем уйти? - голос Романо, тихо шепчущего в передатчик, не слышно за рокотом двигателя, но, о чём он спрашивает, понятно без слов. Все пассажиры рейдера сейчас задавали себе этот вопрос: сможем ли мы уйти?

Смотреть на генерала и пытаться понять по выражению его лица, какой ответ даёт ему пилот, невыносимо. Ольга подняла камеру к глазам. Пусть каждый займется своим делом. Её дело - фотография. И она будет фотографировать, пока не сойдёт с ума от страха.

Самолётов очень много. Они приближаются в строгом порядке, который Ольга про себя назвала “летучими ромбами”. На западе, откуда летят самолёты, облачно. Густые перистые облака стелются над западным морем, и огромные величественные самолёты словно зарождаются сами по себе где-то в сырой облачной глубине. Щелчок! Ещё щелчок! Ольга не знала, на какой скорости сейчас летит рейдер, но как бы стремительно не двигался летательный аппарат, небо к западу от них по-прежнему занимали быстро приближающиеся гиганты.

Краем глаза Ольга заметила, как Бьорсон что-то быстро строчил в своей записной книжке, но подробно рассмотреть не смогла. Нужно было фотографировать. Фотографировать, пока грозные гиганты не исчезли из объектива. Или пока не сбили их маленький рейдер к чёртовой матери. Пленка кончилась. Ольга отскочила от окна, словно в руках у неё был не фотоаппарат, а винтовка, и сейчас ей нужно быстро перезарядиться, прежде чем противник откроет ответный огонь. Ольга бережно вытащила отснятую плёнку, заменила её на новую и вернулась к окну, но горизонт уже был пуст. Рейдер проскочил занятое самолетами пространство и теперь в иллюминаторе мелькали лишь серые волны моря. Бьорсон прекратил строчить и жестом поманил Ольгу на соседнее сидение.

-Записываю переговоры, - сказал он тихо, указывая толстым пальцем на наушники, - Пилот говорит, что эскадрилья, которую мы видели, взяла курс на юго-восток. Судя по направлению, позиций Директории они коснутся лишь самым краем. Романо приказал обойти их и следовать дальше на запад.

-Куда? -ахнула Ольга.

-Туда, откуда они прилетели, - мрачно сказал Бьорсон, - так что рекомендую тебе перезарядить камеру, девушка, и…

Он замолчал, красноречиво подняв палец вверх. В консервативной Склавии было не принято молиться или иначе проявлять своё желание вверить судьбу высшим силам. “Верховное Существо есть творец и недостижимый идеал, к коему следует стремиться. Просить его устроить твою судьбу, значит пренебречь той свободой, кою оно дало тебе при творении,” - так говорили на проповедях священники Синода. Молитва суть слабость. Уповай на себя. В этом склавийцы были гораздо более строги, чем норжцы и, тем более, богобоязненные джирапозсцы. Предложить молитву члену правящего дома Государства означало неминуемо обидеть его, и Снорри всем своим видом показывал, что не хочет обидеть Ольгу, однако их шансы выжить без божественного вмешательства чрезвычайно малы.

Ольга повернула голову, пытаясь увидеть Романо. Он вместе со своими адъютантами сидел у самой кабины пилота. Разложив на низком журнальном столике карты, планшеты и записи, штабные что-то бурно обсуждали вполголоса, явно не желая, чтобы их услышали журналисты. Романо молча водил линейкой по одной из карт, время от времени односложными фразами одергивая наиболее разошедшихся офицеров. Наушники со встроенным передатчиком лежали рядом с ним на пустом сиденье.