Жените нас, ректор! (СИ) - Власова Ксения - Страница 37

Я оглянулась, нашла глазами стул и торопливо придвинула его к столу, чтобы устроиться поудобнее. Рука зашарила в поисках микрофона, и я раздосадованно цыкнула, не обнаружив его. Пришлось покоситься на записи Райли и вежливо попросить не только пару чистых листов, но и карандаш.

Мэтр крайне удивился, но просьбу выполнил. Осуждающих ноток в его голосе я постаралась не заметить.

— Расскажите поподробнее о своем опыте, — деловито начала я. — Что вы почувствовали? Как быстро привыкли к новой реальности?

Вопросы сыпались из меня один за другим. Я чувствовала себя как рыба в воде, и, видимо, эта уверенность смутила Райли и заставила не выгнать сбрендившую студентку за дверь, а вступить с ней в диалог.

Ну и, думаю, в не меньшей степени тому поспособствовала репутация Джонатана. Никто не хотел его злить и обижать его жену. Пожалуй, я все-таки удачно вышла замуж.

— Значит, вы довольно легко адаптировались?

Райли снова кивнул. По его словам выходило, что он попал сюда из того же мира, что я (или из очень похожего места, которое тоже называли Землей), но из другого временного отрезка: прямиком из начала двадцатого века.

— Вы не пытались воссоздать те технические штуки, которые видели дома? Например, телефон.

— Нет. Во-первых, будучи ребенком, я никогда не интересовался принципом их работы, а во-вторых, оглянитесь! Мы живем в магическом мире. Магия здесь заменила технику. Зачем изобретать лампочку, когда есть негаснущие волшебные свечи?

Я торопливо кивнула. Вопрос я задала для проформы и чтобы сравнить впечатления. Сама я пришла к этому же выводу еще на вечеринке у Оливера, когда увидела у Джонатана подслушивающие устройства. Этот мир развивался не так, как мой. В каких-то вещах прогресс почти нагонял мое время, но в других отставал со страшной силой. Думаю, причина крылась именно в магии.

Записывая рассказ Райли, я понимала, как странно выгляжу со стороны, но чувствовала себя счастливой: ко мне вернулся кусочек прошлой жизни, пусть и ненадолго. Чем дольше длилось спонтанное интервью, тем охотнее говорил Райли. Войдя в раж, он уже не напоминал холодную рыбину, с которой прочно ассоциировался до этих пор.

— Как приятно встретить столь эмпатичного человека, — радостно заметил он на прощание. — Редко кто умеет так внимательно слушать!

— Благодарю, — скромно откликнулась я, мысленно усмехаясь: тщеславие и здесь сыграло с Райли злую шутку. — С вами очень интересно разговаривать. Вы не будете против, если некоторые детали нашего с вами разговора станут достоянием общественности?

— Что вы. Уверен, вы нашли для себя несколько бесценных мыслей, которые могут пригодиться и остальным. А как именно вы хотите предать это огласке?

— У меня есть одна идея, — уклончиво ответила я. — Если не возражаете, я сообщу вам детали позже.

Райли разочарованно кивнул и, заинтересованно вытянув длинную цыплячью шею, проводил взглядом сделанные мною записи, которые я подхватила со стола.

— Буду ждать, — коротко сказал он.

Я подозвала наевшегося пчел Плющика и посадила на руку. Тот сонно свернулся браслетом и, кажется, задремал. Уже повернув в сторону кабинета ректора, я вспомнила, что обещала Гвен сходить с ней на выставку. Взглянув на часы, я тихо чертыхнулась и направилась к общежитию. Ладно, слово нужно держать, а к Абрамсу зайду попозже.

При виде открывшей дверь Гвен я вскинула брови.

— Кажется, я не вовремя?

Она оглядела себя с ног до головы и смущенно прикрыла особо заметное пятно на груди.

— Нет, прости! Я заработалась и совсем забыла о нашей прогулке.

Я перешагнула порог и перевела любопытный взгляд с платья Гвен, расцвеченного пятнами, на обстановку ее спальни. Если бы я не знала, что Гвен замужем, решила бы, что комната принадлежит подростку: такого количества нежно-розового цвета в интерьере я давно не встречала. Каминная полка оказалась заставлена фарфоровыми кошачьими статуэтками, а стены были украшены безвкусными рисунками животных. Кажется, они принадлежали руке Гвен (она упоминала о чем-то подобном), так что я решила не задавать вопросов.

— Я сейчас почищу платье, и мы пойдем, — сказала она и принялась чертить в воздухе руну. — Пятна от реактивов сложно отходят, но на этот случай у меня есть особое заклинание…

Ее слова заставили меня обратить внимание на письменный стол, уставленный маленькими склянками с разноцветной жидкостью. В некоторых колбах она кипела и источала пар, хотя никакого огня поблизости не было.

— Вот так! — радостно воскликнула Гвен, оглядывая совершенно чистое и отглаженное платье. — Все-таки хорошо владеть магией! Раньше бы мне пришлось звать горничную и просить ее помощи. А теперь всего одно бытовое заклинание, и я…

— Свободна?

— Прекрасно выгляжу, — поправила меня Гвен.

Я понятливо кивнула. У каждого свои приоритеты.

— Что это?

Я шагнула поближе к столу и с интересом покосилась на склянки, стараясь ничего не трогать руками.

— Моя исследовательская работа, — со вздохом пояснила Гвен так трагично, будто речь шла о жизни и смерти. — Я бьюсь над ней уже почти год, но никак не могу сдвинуться с места. Моих сил попросту не хватает.

— Почему ты не попросишь кого-нибудь о помощи?

Гвен смущенно потеребила кружево на юбке и рассеянно заглянула в ящик комода, чтобы вытянуть из него перчатки. Я мельком подумала о том, что платье Гвен выглядит слишком роскошно, чтобы носить его дома во время работы с химикатами. Либо она настолько богата, что не боится испортить такую дорогую вещь, либо…

— Тогда придется сделать его соавтором моей исследовательской работы. А я опасаюсь такого поступка из-за гранта.

Я оперлась ладонью на край стола, продолжая наблюдать за сборами Гвен. От меня не укрылась некая суетливость ее движений, но она и прежде не отличалась чрезмерным спокойствием.

И все же мне казалось, что она тянула время.

— Грант?

— Академия каждый год разыгрывает грант за лучшую исследовательскую работу среди студентов. Мне бы не хотелось, чтобы на титульном листе, кроме моей фамилии, стояла какая-либо другая.

Я задумчиво куснула губу. Из голоса Гвен ушли привычные беззаботные нотки, и она больше не скакала с темы на тему, как сорока, перебирающая украшения. Перемена в ней настораживала.

— Вот как? Не хочешь ни с кем делиться славой? — полушутя спросила я.

— Не совсем так. — Она смутилась. — Скорее боюсь, что ее украдут. — Ее голос упал до шепота. — Мужчинам в этих вопросах нельзя доверять. Они так тщеславны…

Я невольно вспомнила Райли и не смогла не согласиться. Гвен что-то замалчивала, и я почти не удивилась, когда она после паузы заговорила вновь.

— Может быть, ты…

— Что?

— Поможешь мне? Я работаю над одной лекарственной формулой. Все ингредиенты на месте, и в теории все прекрасно. Но… эффект совсем не тот, на который я рассчитывала.

Я с недоумением передернула плечами, нутром чувствуя, что Гвен юлит.

— И что от меня потребуется?

— О, сущий пустяк! — Она оживилась. — Твои способности Проводника усиливают врожденный потенциал, а это мне как раз и необходимо! Возможно, если я вложу в руну чуть больше магии, все получится. Ну а если нет, значит, где-то в формуле ошибка, и мне придется пересмотреть расчеты. Но в любом случае дело сдвинется с мертвой точки, а это самое главное.

Она сложила ладони в молитвенном жесте и с такой надеждой взглянула на меня, что я не смогла отказать.

— Хорошо, давай попробуем.

Гвен бросилась ко мне с объятиями, а затем так же поспешно отпустила.

— Спасибо тебе! Если все получится, и я получу рабочий образец лекарства, грант достанется именно мне!

Я скептически посмотрела на Гвен и покрутила кистями, разминая их.

— Даже если лекарство не смогут повторить другие маги?

— Их проблемы, — отмахнулась она и тут же стушевалась. — Я уверена, что их сил хватит. Это просто мой потенциал слабенький.