Жените нас, ректор! (СИ) - Власова Ксения - Страница 35

Я сглотнула. Несмотря на некоторую нечеткость, картина была довольно привлекательная. Понятия не имею, почему он сказал, что не силен в боевых искусствах. Сложен он был так, будто прекрасно мог постоять за себя: крепкие мышцы спины и плеч, хороший пресс, пусть и без кубиков, длинные мускулистые ноги… Джонатан стоял ко мне боком, так что я успела хорошенько все рассмотреть. Ну, почти все.

Пришлось ущипнуть себя за руку, чтобы вспомнить суть разговора.

— Я верну вам деньги.

— В этом нет необходимости.

— Вот уж неправда!

Я по-прежнему стояла спиной к нему, поэтому не смогла рассмотреть его лица, но тот едва слышный обреченный стон разобрала вполне отчетливо. Вместо развития темы Джонатан, как обычно, предпочел ретироваться. Хорошо, что в этот раз без помощи портала!

— Полагаю, вам не нужна ванная комната?

Интересно, если я сейчас отвечу, что очень даже нужна, он оденется или будет ждать в обнаженным виде? Странные вещи меня волнуют, ох странные…

— Она в вашем полном распоряжении.

Мои слова сопроводил хлопок двери и раздавшийся следом шум воды. Вопрос Джонатана носил явно риторический характер. Во всяком случае ответ его не интересовал.

Я обернулась и, нервно заложив руки за спину, прошлась по комнате. Взгляд то и дело возвращался к огромной кровати с откинутым балдахином. Ладно, я взрослая независимая женщина! У меня даже кот был. В прошлой жизни. Уж как-нибудь переживу ночевку с фиктивным мужем. Тем более что размер постели внушал оптимизм: при желании на ней разместилась бы если не рота солдат, то небольшой полевой отряд. Если тихонько лечь с краю, шансы, что Джонатан даже не заметит моего присутствия, весьма велики. Ну а на остальные случаи у меня есть Плющик и команда «фас!».

Прислушиваясь к шуршанию льющейся воды за тонкой дверью, я торопливо разделась и, оставшись в одной нижней рубашке, нырнула под одеяло. Тут же раздалось недовольное сопение Плющика — он не любил темноту. Пришлось вытянуть руки поверх покрывала и замереть на манер благовоспитанной выпускницы женского пансионата: идеально ровная спина, руки по швам, одеяло натянуто по самую грудь. Даже волосы заплетены в косу, так что наверняка я выгляжу, как сама скромность. Ни намека на непристойные мысли, одолевавшие меня пару минут назад. Тем более что они быстро уступили место панике. Усложнять наши с Джонатаном и без того своеобразные отношения не стоит. Поэтому натягиваем одеяло повыше и делаем вид, что спим.

Вживаясь в образ, я сонно засопела, но вышло на редкость фальшиво. И потом, не будет ли моя внезапная дрема выглядеть слишком фальшиво? Все-таки десятый час. Поздно, конечно, но не настолько, чтобы улечься спать.

Поколебавшись, я воровато выскочила из постели, схватила со стола учебник по истории магии и снова запрыгнула под одеяло. Вот так, пожалуй, лучше. Займусь делом, ведь завтра с утра меня ждет зачет.

Дверь в ванную комнату приоткрылась. Я, состряпав самое невозмутимое лицо, затаила дыхание. Мимо прошел Джонатан в темно-коричневом мягком халате. Его волосы были мокрыми и немного взъерошенными. Видно, он подсушил их полотенцем. До меня донесся слабый аромат мыла с нотками сандала, и я с еще большим энтузиазмом уставилась в учебник, но строчки расплывались перед глазами.

— Скучная книга?

— С чего вы взяли?

— Вы держите ее вверх ногами. Я подумал, для того, чтобы интереснее было читать.

Я раздраженно скрипнула зубами и, поморщившись, как от касторки, перевернула учебник.

Вспыхнул свет ночника, стоявшего на тумбочке со стороны Джонатана. Он тоже устроился в постели и раскрыл книгу с едва читаемым, истершимся названием. Как я ни всматривалась, смогла разглядеть только первое слово «Ритуалы». М-да, неудивительно, что о нем ходили пугающие слухи — вряд ли речь о брачных ритуалах.

Вспомнив о весточке из деревни, я с разочарованием покосилась на письменный стол, куда бросила ее, пока раздевалась. Если я хочу заглянуть в послание, придется встать. С одной стороны, совершенно нет желания мелькать перед фиктивным мужем в нижней сорочке. С другой стороны, дома даже летние сарафаны выглядели более провокационными, чем это рубище в пол.

Пока я терзалась нравственными вопросами, Джонатан легко повел рукой. Пальцы так мимолетно вывели руну, что я даже не опознала ее. Конверт на столе дернулся, словно от порыва ветра, и спланировал мне на колени.

Я вскинула бровь. Определенно, от главы Тайной Канцелярии сложно что-то утаить. Если он даже невысказанные вслух желания умеет предугадывать.

— Спасибо.

Он равнодушно кивнул и молча перевернул страницы. Его глаза быстро скользили по строчкам. Казалось, он снова забыл о моем присутствии.

Я пожала плечами и потянулась к письму. Сломав печать, вытащила листок дешевой желтой бумаги и попыталась разобрать скачущий почерк Иона. Из всей семьи он единственный умел читать и писать. Во многом это была заслуга заезжих магов. Некоторые из них обучали детей грамоте. Правда, большинство деревенских мальчишек игнорировали эту ненужную премудрость, но Ион довольно легко ее освоил. Почти освоил.

Я с трудом пробралась сквозь обилие орфографических ошибок, чтобы уловить суть: «родители» счастливы, что я нашла себе щедрого мужа. Мой долг перед ними полностью уплачен, но если я буду так добра, что когда-нибудь возьму к себе в услужение кого-нибудь из младших… Я проскочила эти полные фальшивого самоунижения строки, написанные явно под диктовку, и мазнула глазами по финальному абзацу. Ион спрашивал, все ли у меня хорошо. Пустой конверт показался слишком тяжелым, и я вновь заглянула внутрь. Еще одно письмо? Нет, вместо него меня ждал… одинокий, местами погрызенный леденец. Вряд ли его вложил кто-то из «родителей». В глазах защипало. Не могу сказать, что мы были близки с «братишкой», наверное, поэтому его детская забота тронула меня до слез. Представляю, чего ему стоило оторвать от сердца леденец и отправить мне. В этом было что-то такое искреннее, что сама мысль, будто он сделал это, чтобы «задобрить» меня, казалась кощунственной. В конце концов Ион всегда был порывистым и добрым мальчишкой.

Я бережно вернула письмо в конверт и отложила на тумбочку. Настроение читать учебник окончательно пропало. Впрочем, уснуть я бы тоже не смогла. Покосившись на сосредоточенного Джонатана, не удержалась от вопроса:

— Вы любите книги?

— Да.

В памяти всплыла сцена допроса в кабинете ректора. Тогда он тоже читал.

— Почему?

На лице Джонатана снова промелькнуло страдальческое выражение, которое я стала замечать при попытке вытянуть его на откровенность. Такое чувство, что он боролся с желанием огреть меня подушкой.

— Есть несколько причин, — неохотно отозвался он.

— Например?

Я ничего не могла поделать со вновь вспыхнувшим любопытством. Таинственность и немногословность Джонатана буквально подталкивали меня к расспросам. Подозреваю, что со стороны это выглядело назойливо и даже неприлично.

— Знание — сила. Ее можно найти в книгах. Это первая причина.

Я куснула губу, чтобы не влезть с замечанием о том, что для многих знание — это бремя. Джонатан и так отвечал медленно, будто колебался, и спугнуть его мне не хотелось.

— А вторая?

— Чтение убивает скуку.

— Как во время моего допроса?

По его губам скользнула тонкая улыбка.

— Например, да. Детектив Хопер меня разочаровал. Слушать его было бы пустой тратой времени.

Я хмыкнула, встречаясь с прямым взглядом Джонатана. Его темно-зеленые колдовские глаза смотрели на меня без прежней отстраненности. Несмотря на размеры кровати, он лежал на расстоянии ладони от меня. Откинутое в сторону одеяло не скрывало халат, чуть распахнутый на крепкой груди. Почему-то эта картина заставила смутиться. Впрочем, я все равно успела заметить его скрещенные лодыжки и мускулистые поджарые ноги, видневшиеся в полах халата.

Я моргнула и предпочла уставиться в потолок. Слава богу, до зеркальных потолков здесь пока не додумались!