Синий, который красный (СИ) - Кисель Елена - Страница 55

Позор — просмотреть, что противник облачён в артемагические доспехи (кому вообще придёт в голову вешать «зеркальный щит» на эту внешнемирскую дрянь?!). Позор — пропустить удар от не-мага, и вот об этом позоре уже никто не должен узнать. Раз так — иномирцу не жить. Можно было бы теперь раздавить его магией, но лучше сделать проще…

— А, чёрт, — выдавил Ковальски, который по лицу Феллы прекрасно прочитал её намерения. Бронежилет просто разлезся кусками, опадая на пол, путь отхода — блокирован. И да, теперь понятно, кто обучал этого юнца, Кристо, неадекватным реакциям.

— Что это Озз нацепил на тебя? — спросила Бестия, одним небрежным движением придвигая Ковальски ближе. Перебрала в воздухе пальцами правой руки. — Заготовка для простейшего «спевника»? Отлично.

Пальцы задвигались, вывязывая артефакторные узлы. Куда посложнее, чем Озз собирался навесить на подвеску из аметиста. «Спевник» — шуточка простейшая, в ходу у теориков: заставляет горланить песенки. Но тут… тут будет веселее.

— Повинуйся, — почти нежно приказала Фелла, активируя артефакт. Полный контроль разума. Эйфория служения. Слегка запрещённая техника… но кто узнает?

Глаза Макса Ковальски остекленели, лицо окостенело, он вытянулся в струнку, прошептав:

— Повинуюсь, госпожа.

— Ты забудешь, что было только что, — монотонно приказала Фелла. — Забудешь встречу со мной. Повинуйся.

— Повинуюсь, госпожа.

— Ты пойдёшь к директору артефактория, и когда он будет говорить с тобой, ты на него нападёшь. Скажем, попытаешься задушить. Ты понял?

— Повинуюсь, госпожа.

Бестия поморщилась — заклинило этого иномирца, что ли? Может, она вложила слишком много сил в артефакт. Ладно, неважно. Иномирец будет представлять угрозу — стало быть, она ликвидирует эту угрозу на месте. Пока Мечтатель будет отходить над флаконом нюхательной соли — убрать артефакт… а помешательство иномирца спишут на влияние Браслета Гекаты, конечно. Итого: она — спаситель директора, директор — непомпетентный идиот, оставивший угрозу в стенах Одонара. Магистериум порадуется отчёту.

— Больше ты не причинишь вреда никому. Твоя цель — только директор. Экстер Мечтатель.

— Ответ положительный, — выдавил Ковальски, глядя в никуда. — Цель. Подлежит устранению. Быстро, тихо, эффективно.

— Что?! — Холдон, так он ещё правда прикончит Мечтателя. — Нет, иномирец. Ты не понял. Ты будешь с ним любезен. Ты будешь слушать, что он говорит тебе. А когда он спросит о Браслете… вот тогда ты взбесишься и попытаешься его придушить. Можешь… хм… треснуть его по челюсти, но без серьёзных повреждений. Имитация нападения — ты понял?

— Ответ положительный, — выдал Ковальски, застывая после этого в полной неподвижности.

Бестия выдохнула сквозь стиснутые зубы. Это ещё что за внешнемирские реакции? На не-магов Целестии подчинение обычно влияет малость иначе. Почему он вообще торчит на месте — контроль настолько полон?

— И хватит стоять. Теперь… ты будешь праздно шататься по коридорам артефактория. Веди себя как обычно.

— Госпожа меня прогоняет?

Фелла тихо дрогнула челюстью и вскинула брови.

— Умоляю, госпожа, — продолжил Макс Ковальски трепетным шепотом, делая первый, неверный шаг вперёд. — Не гоните вашего верного слугу. П-п-позвольте мне стать вашей тенью, я не могу уйти от вас, вы же не дали своему верному Добби носок, я буду лобызать прах под вашими ногами…

«Какого Холдона», — во второй раз всплыло в голове у Бестии, пока она смотрела, как спятивший иномирец приближается — в раболепной позе, изогнув спину и протянув руки. Да что ж за…

Сокращение дистанции. Фелла поняла это в последний момент, когда Ковальски распрямился как сжатая пружина и нырнул вбок. А в следующую секунду огребла с ноги в коленную чашечку и кулаком в солнечное сплетение и поздоровалась лицом с холодным полом.

Получите, распишитесь — молодое и крайне эффективное искусство сеншидо. Эклектика, индивидуальный подход, заточенность под реальный бой. Плюс самую малость армейского русского боя, да (но это уже — заслуга самого Ковальски, который вечно тянулся освоить всего да побольше). Вот только инстинкты вопят, что противника нужно срочно добить, потому что ещё раз эта дамочка оплошности не допустит, а он на чужой территории, влез в драку второй раз за час и добивать здешнего завуча… мягко говоря, не выход.

К счастью, тут подоспели свидетели. Какой-то жабомордый юнец с любопытной рожей — с готовностью выглянул из ближайшего коридора и отвиснул челюстью, узрев дамочку в доспехах на полу.

— Сдаюсь, — сказал Макс, отскакивая подальше, срывая с шеи артефакт и тут же поднимая руки. — Я не вооружён, не опасен и был вынужден защищаться. Позовите кого-нибудь, кто может вступить со мной в переговоры.

Фелла Бестия зашипела от ярости, приподнимаясь на колено. Оказаться лежащей на полу после драки (с иномирцем и не-магом) — какое унижение для воительницы Альтау!

И нелёгкая принесла сюда Хета. Значит, новость разнесется по всей школе. Хуже быть не может.

Оказалось, может. Из второго ответвления со словами: «До меня донесся какой-то шум…» — выглянул Экстер Мечтатель — и окаменел при виде зрелища (поднимающаяся Бестия, Макс с поднятыми руками, Хет в тихом экстазе). По его лицу лирика пробежала волна изумления.

— Что здесь… — он тряхнул черными прядями парика и первым делом бросился помогать Бестии. — О Светлоликие! Фелла, с тобой все в порядке?

Мечтатель был остановлен посреди благого начинания взглядом, который был эффективнее иридиевого серпа. Фелла Бестия отпихнула директора, поднялась сама и процедила:

— Лучше не бывает.

— Может быть, Озз мог бы… — растерянно начал директор. Фелла распрямилась, развернула плечи и обожгла ни в чем не повинного Экстера взглядом, который по логике вещей должен был бы достаться Максу.

— Оставь в покое царапины, Мечтатель! Думай о том, что делать с ним, как видишь, он уже очнулся. И на редкость эффективно.

Она ткнула пальцем в Макса, который решился опустить руки и теперь потирал челюсть: падая, Бестия всё же успела зарядить магией, Ковальски вовремя сместился и поймал слабое эхо, на излёте. Макс сделал вялый приветственный жест.

— Что делать? — недопонял Экстер. — Но что можно сделать?

— Для начала — объяснить ситуацию, — веско сказал Ковальски. — Если, конечно, вы и есть директор.

Угораздило его тогда ляпнуть про мужественность. Фелла Бестия выглядела процентов на сорок более мужчиной, чем этот менестрель в парике.

— Объяснить… ах, хорошо, — Экстер с некоторым трудом отвел затуманенный взор от пышущей гневом Бестии и изящно повел рукой в сторону своего кабинета.

Фелла проводила удалившихся мужчин крайне нехорошим взглядом и возобновила свой путь по коридору. Она уже не особенно торопилась: трудно куда-то торопиться после того, как тебя пару раз обо что-нибудь стукнули.

И потом, по пути непременно требовалось продумать планы мести.

* * *

Это был первый на памяти Кристо случай такого быстрого исчезновения из кабинета всех теориков. Разными путями, но в основном — через окна.

А ведь Бестия сказала всего два слова с порога:

— Покиньте кабинет! — ну, они и покинули, как только посмотрели на ее лицо.

Кристо хотел сигануть вместе с остальными, но забыл, куда надо направлять магию: в ноги или лопатки?

Тут он пристальнее посмотрел на лицо Бестии и решил, что даже если просто выпрыгнуть из окна — он целее будет.

Когда он собирался выполнить это храброе намерение, Фелла вдруг взмахнула рукой — и окна захлопнулись, а потом еще и задраились ажурными решетками.

Кристо отважно уполз под стол, надеясь, что этот стол не начнет на нем отплясывать. У него уже был печальный опыт на одном из уроищ.

Но Бестия, похоже, его не заметила. Ее глаза, оба карих, немигающих, холодных глаза были прикованы к фигурке Дары. Артемагиня так и сидела на парте, небрежно болтая ногами.