Синий, который красный (СИ) - Кисель Елена - Страница 48

— Зачем же так жутко выражаться, — немедленно осудил ненормальный Ковальски. — Хотя знаешь, у вас очень мелодичный язык. О, небо! Так я понимаю ваш язык, а я-то думаю, почему у меня речь так странно звучит…

Кристо глядел на него тоскливо и ковырял землю носком ботинка. Он чувствовал себя так, будто его кинули в клетку львам на растерзание. Караул, глядя всепомнящими глазами, медленно ступил вперед…

Зря он вообще пошевелился — его тут же заметили.

— Ваш вариант домашних животных? — Макс дружески потрепал «песика» по голове. Для этого ему пришлось поднять руку на уровень собственного носа. — М-м, интересный гибрид, фигура не очень, но глаза очень умные!

Не столько умные, сколько красные. Караул был из металла, и глаза у него не могли налиться кровью, но определенно засветились багрянцем. Как только Макс попытался почесать его под подбородком, сторож разинул пасть, чтобы попросту оторвать Ковальски руку — и вдруг попятился с тихим поскуливанием и начал прижиматься к земле.

— Куда ты, пёсик?

Но Караул все пятился и пятился. Глаза псины прочно уставились на запястье Ковальски, где посверкивал изумрудами браслет.

Кристо рассудил, что теперь сторож препятствий чинить не будет, и сдвинулся с места.

— Пошли, — буркнул он и потянул Макса за собой. Караул отполз еще подальше, а счастливый Ковальски последовал за Кристо. Он не замолкал ни на минуту. Такое ощущение, что он задался целью перебрать все слова, которые в здравом уме Макс произносил только с ироническими интонациями:

— Великолепно, прекрасно, замечательно! Это превзошло все мои ожидания. Ах, так нас еще и встречают? Это просто…

Просто Гробовщик. Деартефактор лет восьмисот от роду, да. Несется себе от артефактория, и черная мантия за ним развевается, капюшон давно слетел с головы, а водянистые глаза выпучены — это даже отсюда видно. Кристо в жизни не мог представить, что старикан может взять такой темп. А Дара шла следом, быстро, но солидно — не кто-нибудь, а артефактор после задания вернулся.

Гробовщик второпях чуть не сшиб с ног старого Вонду, который зачем-то выбрел на дорожку. Вонда тут же принялся жаловаться во всю мощь легких:

— Совсем ошалел старый козел, на старости-то лет! Бега они тут устраивают с препятствиями… Караула мне напугали, как мне его с тополя снимать? Где вы видели сторожей, который на деревья лазили бы, я вас спрашиваю?! Нежить тут еще…

Но Гробовщик плевать хотел на разглагольствования Вонды: он в несколько ревматичных скачков домчал до Кристо и резко затормозил прямо перед ним.

— Что, живые?! — как будто он этого еще не увидел. Кристо поглядел на него с злобным укором. Гробовщик на него и не глянул и тут же вперился глазами браслет на руке у Макса.

— Что… что это? — он схватил Ковальски за запястье и поднес его руку к самым глазам, рассматривая браслет.

— Вроде как Браслет Гекаты, — ответила Дара скромно. — Конечно, он у вас в Перечне по-другому числился, но оказалось, что там «красная гидра»…

Деартефактор перестал рассматривать браслет и только теперь заметил, что к артефакту прилагается человек. И человек его вот уже минуту рассматривает с улыбкой, которая делает его лицо скорее устрашающим.

— А это что? — Гробовщик ткнул корявым пальцем в Макса.

— Вроде как подставочка для браслета, — виновато отозвалась Дара. — Так его можно снять?

Гробовщик мимолетом кивнул, прошептал что-то сквозь зубы, совершил пару пассов, чем-то щелкнул — и браслет соскользнул на землю с таким звуком, будто весил по крайней мере пудов пять.

— И дорожки мне портят… — начал Вонда за их спинами. Он, оказывается, подошел вплотную и с интересом пялился на происходящее.

Макс наградил его белозубой улыбкой:

— Какая у вас живописная куртка! Антиквариат? — и вдруг схватился за виски, и по лицу его прошла судорога: — Что за… Ах-х… поганцы!

И брякнулся рядом с браслетом. Без улыбки и с очень кровожадным выражением лица. Гробовщик не обратил на это падение никакого внимания — он осторожно, кончиками пальцев поднял артефакт.

— Чудо, что живы остались, — буркнул в сторону Дары, а потом добавил, повернувшись к подоспевшему директору: — Я в Провидериуме. Погляжу, что можно сделать.

И ушел, и браслет с собой унес. Кристо и Дара остались в компании Вонды и Мечтателя, который пытался выровнять дыхание. Директору тоже пришлось бежать, так что парик у него перекосился, а бледное лицо хоть немного разрумянилось.

— Человек, не так ли? — спросил он, наклонился над Максом и коротко провел ладонью над его лицом. — Маг бы не смог надеть браслет без… последствий.

Дара и Кристо переглянулись. Перед глазами действующего артефактора и действующего отморозка разом пронеслись все правила, плюс принципы директора. Мысли слились в единое целое.

— Он угрожал нас убить, — выпалила первой Дара.

— И вообще, он гад порядочный, — подключился Кристо.

— И что нам было делать, не самим же браслет надевать?

— Там же была нежить и всякое такое…

— Я правда жалею, что пришлось его убить, но ведь выхода не было… — вдохновенно врала Дара и при этом почему-то краснела.

— Он всё равно рехнулся, мы не могли его назад отправить…

— Но сначала хотели, да!

Экстер поднял ладонь, боевое звено смолкло, и Кристо почему-то почувствовал себя нашкодившим мальчишкой. Хотя что они сделали-то? Подумаешь, наемника-иноземца пришлось прикончить. И Дара с какой-то стати чуть не ревёт, а ведь их сейчас будет вычитывать даже не страшная Бестия, а Мечтатель…

Мечтатель вычитывать не стал.

— Он жив, — просто сказал директор. — И, насколько я мог заметить, в своем уме.

— Ага, точно, он же нас поганцами назвал перед тем, как… — Кристо получил здоровенный тычок от Дары локтем и добавил: — Э…в смысле, живой еще?

— Но браслет на нем был больше часа, — растерянно пробормотала артемагиня, — Разве он мог не сойти с ума?

— Как это не сойти с ума, почему это не сойти? Он меня назвал антиквариатом, и вообще… — загундосил сзади Вонда. Непонятно было, как он вообще домолчал до этого момента. Экстер Мечтатель кивнул каким-то своим мыслям и обратился к кладовщику:

— Позаботься о том, чтобы его доставили в целебню.

И направился назад в артефакторий, а позади него раздался истошный вой: «Что у меня, дел других нету?!»

Кристо решил, что лучше держаться подальше, слушать, но не встревать. Ну ее, эту директорскую породу, ничего хорошего от нее не жди.

— Мы можем чем-то помочь?

— Пока что нет, — Кристо не удержался от громкого «фу-у-ух!». — Вы проявили себя очень изобретательными. Справиться с «красной гидрой»… — директор вроде бы говорил, а мыслями точно витал в какой-то новой поэме. — Думаю, прежде всего вам нужно как следует отдохнуть… на несколько дней я освобожу вас от тренировок и уроков…

— А на сколько дней? — тут же встрял Кристо. Дара глянула на него прямо как Ковальски — этим самым взглядом «убил-бы-да-ладно-попозже». И вдруг как выдаст за двоих:

— Мы не особенно устали…

— Ага, ты точно не особенно, так, поболталась десять минут в воздухе, поорала в духе «Я — Геката, ваша мама, нежить милая, ко мне!» — проворчал Кристо под нос и поперхнулся. Стихами заговорил. Мамочки, до чего докатился. От Экстера Мечтателя надо подальше, подальше держаться, а то вдруг поэтическую заразу можно подхватить по воздуху?

Экстер вернулся от грез к реальности, остановился и поглядел на Дару округлившимися глазами:

— Что?!

Артемагиня залилась краской до ушей.

— Там были люди, а браслет начинал действовать, и я попыталась убрать внешний фон… но со мной уже все хорошо, правда!

Последнее она добавила с испугом. Похоже было, что от таких новостей директору с каждой секундой становится все хуже. Заговорить он смог через полминуты, и то слабо.

— Вам нужно отдохнуть… после вам придется как можно подробнее рассказать все, что вы помните о… обо всем, с чем вы столкнулись. Вы доберетесь сами до жилого корпуса?