Бег в никуда (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович - Страница 57

— Побыстрее, Гаст. Этот вроде из наших.

Черное существо, глядя на меня, скрипучим и высоким голосом говорит:

— Стража Вавилона спрашивает ваше слово. В вопросах. Первый — В первый ли раз вы входите в город? Второй — есть ли у вас с собой наркотики, взрывчатые вещества либо иные вещи, способные вызвать разруху и предствлять опасность для города? Третий вопрос — клянетесь ли вы не причинять физического вреда смертным и бессмертным жителям города, кроме как в случаях сохранения собственной жизни?

— Да, нет, да, — тупо отвечаю я. Черное существо кивает.

— Что в мешке? — внезапно интересуется здоровый парень, убирая кинжал.

— Подруга, — прямо говорю. Это слово действует как ледяной душ и заряд солевой дроби в задницу. Встаю. — Нам нужно к целителю.

— Провожу, — соглашается парняга. И добавляет, — Илисса, как посмотрит, так сама клятву у подруги твоей возьмет.

Такую? Понятно. Иду за парнем сквозь городские ворота. Пустошь? Идём долго, но быстро. Даже в своем состоянии удивляюсь, насколько выросла в глазах та раскоряка за стенами. Это…похоже на башню. Строящуюся колоссальную башню.

Заходим в просторное помещение большого дома. Всё из камня, даже пол — полированный камень. "Илисса!" — зовёт парень. Из полумрака соседней комнаты выхо…выскальзывает странная фигура. Удивленно щурюсь. Женщина-змея. Длинный и массивный змеиный хвост, из которого гармонично вырастает женский торс с головой и руками. Чешуя нежно обнимает торс от пупка и ниже, поднимаясь волнами по бокам, почти до ребер. Женщина молниеносно оказывается рядом, задирает мне голову и всматривается в зрачок. После чего отправляет стражника восвояси. Смотрит на меня.

— Убежище…и анонимность…предоставляете? — хриплю я.

— Убежище предоставляет сам город на всей его территории, — змея соединяет руки в замок, приподнимая свою грудь и чуть откидывается на хвосте, оценивающе на меня взирая. И продолжает, — А анонимность, мой лысый друг, тебе предоставит моя врачебная этика. И клятва целителя.

— Хорошо, — киваю я и начинаю снимать рюкзак.

— Ну и чем ты болен, кроме полной отмороженности и переизбытка дури? — любопытствует создание. Она красива, хоть и мало напоминает человека. Пестрые пряди волос разных цветов — белые, зеленые, коричневые. Яркая лазурная радужка глаз, настолько большая, что белков не видно. И явно чересчур гибкий для человека позвоночник.

Я достаю из рюкзака Ай и бережно кладу на стол. Дышит. Только красная. Почему? У меня всегда была настолько красная волшебница? Вроде бы нет… Женщина мягко скользит рядом, дотрагиваясь до Митсуруги в разных местах и удивленно шипя. Сам удивляюсь, слыша от мифического создания русские ругательства.

— Это…, - ламия щелкает пальцами, пытаясь найти нужные слова, — …это самый пропаренный человек, которого я когда либо видела за полвека! А еще она в коме. Это твои монашеские умение?

— Да, — согласно хриплю я, аккуратно нажимая на нужные точки и выводя Ай из лечебной комы. Что то внутри хрустит и всхлипывает. Готово. Сползаю на пол. Шепчу оттуда, — она отравлена гоблинами. Стрелы. Вылечите пожалуйста.

— Ну, больной, мне всё ясно, — Илисса творит обеми руками какие то заклинания в сторону розововолосой волшебницы. И потом поворачивается ко мне, сворачиваясь кольцами так, чтобы я мог видеть ее лицо.

— Итак, — она задумчиво бьет себя пальцами по губам. Смотрит на меня и говорит — С девушкой всё в порядке. Было бы. Да, ее несколько раз ранили стрелами, яд попал в организм, но тот, перенасыщенный эфиром, буквально сжёг все токсины. А потом волшебница испытала приступ слабости из за перегруженного эфиром организма…мм…и кто то весьма вовремя снял ей жар и лихорадку. Если бы ей дали полежать часик или даже пару часиков потрясли бы в сумке, то она бы пришла в себя веселая и бодрая…

— Но, — Илисса уперла руки в боки, — вместо этого безумный монах погружает девочку в кому, а потом парит ее в кожаном мешке…сколько?? Десять-двенадцать часов??

Мда. Хотел как лучше, а получилось через жопу.

— И что сейчас? — обреченно спрашиваю я.

— Ничего, — пренебрежительно машет хвостом ламия, — Отлежится пару дней и встанет.

Ее взгляд становится серьезным.

— С тобой другая ситуация, дружок. Тебе только помирать. А потом лечиться еще месяц. Как приползешь. — Илисса морщится и с явной неохотой говорит, — Могу тебя…убить. Эвтаназия. И девочка будет под моей защитой пока ты не появишься. Никто о ней не узнает. Слово. Но вы мне…будете должны три золотых Пана за всё. Согласен?

— Да, — облегченно выдыхаю. И ловлю удар хвостом в лицо.

Тьма.

Эпилог

Откатив стражникам здоровую бочку пива, я присел на связку бревен, вытерев с лица пот. Мужики конкретно заслужили. По их словам я выглядел настолько жутко, когда ковылял к воротам, что принять меня за нормальное существо было невозможно. Красный, исходящий паром, с абсолютно безумным взглядом и рюкзаком я напоминал бомбиста-суицидника, по словам десятника. Единственное, что в принципе заставило их замешкаться, было наблюдением, что за мной не бежит стража прибрежного поселка. И то, не стали меня закалывать копьями чисто из за интуиции. А уж когда вломился на территорию города и обессилел, как полагается, так они еще и ограниченно Статус увидели мой, чистый от всех правонарушений.

С Илиссой все вышло…несколько неловко. Ламия-целительница ну очень сильно удивилась, когда через час обнаружила в своем приемной покое деятельного и мощного зомби. Восставшему трупу было совсем пофигу на то, что тело было изрядно вымотано и чудовищно перенапряжено при жизни, анимировавшая его энергия позволила получить полноценное тушку, вполне себе готовую как ловко уворачиваться от хвоста разгневанной ламии, так и материть ее во весь известный мне лексикон. Да, описание особенности не врало, никаких присущих мне приемов, навыков и прочих свистоперделок восставший мертвец не имел. Но обладал теми же, если не выше, характеристиками и очень неплохим доступом к памяти. Проще говоря, это было разумное, хитрое и ловкое существо с очень анархическим складом характера.

Именно поэтому девушка-змея содрала с меня аж тридцать золотых дополнительного возмещения ущерба. По ее словам, был бы это обычный воскресший мертвец, который тянется убивать все живое, то особых проблем бы не было. Всякое же бывает. Ну пришибла бы его или развоплотила прямой подачей чуждой нежити целительной энергией, делов то. Но "мерзкая тварь" по ее словам, в основном была занята тем, что металась по всей больнице, уходя от свирепеющей от оскорблений целительницы. И в тот момент, когда мой бывший труп повис на любимом гобелене Илиссы и громогласно призвал всех лежачих больных "сбросить с себя иго сисястого червяка", ламия потеряла остатки самоконтроля и в молниеносном змеином прыжке вцепилась в неживую тварь, буквально разодрав ее на части. А потом, успокоившись и посчитав собственноручно переколоченную мебель, инструменты и посуду, мстительно сочиняла мне счет целую неделю. Который я без лишних слов оплатил, чем вызвал внезапную благосклонность змееженщины. Хотя, возможно, этому еще поспособствовала Митсуруги, которая ей чем то явно понравилась.

Златолюбивая ламия без особых прелюдий сходу предложила нам арендовать закуток на чердачке, пока не найдем что нибудь лучше. По ее словам, Вавилон хоть и был городом свободы, равенства и братства, но тем не менее даже в нем свободный серебряный мастер-волшебник мог вызвать большой ажиотаж, вздумай он пройтись по улицам. Мало какой хозяин таверны, гостиницы или сдающий жилплощадь будет рад, если у его клиента-арендатора будет куча настойчивых гостей у порога. Резона в этих словах было много, поэтому на волю сегодня вышел только я. И сразу же закатил стражникам бочку пива.

Я сидел и улыбался. На душе было хорошо. Да, впереди были цели, задачи, трудности. Но теперь я не голозадый неумеха с неясной мечтой, а неплохо обмундированный тип с неплохим запасом денежных средств. Да еще и в дружественном к Бессам мегаполисе, по местным меркам. С союзным почти архимагом и большой аллергией на приключения! Что будет дальше и что еще подкинет судьба…да хрен его знает. Война план покажет.