Смерти вопреки (СИ) - Феокритова Наталья - Страница 65

Руки подняли наместники Леса и Огня, старейшина ангелов и Марина. Арвила никто не спрашивал, а король Аравилата воздержался.

— Пятеро против одного, — произнес король Смерти. — Что ж, считаю совет отложенным до прибытия послов измерского народа.

— Послы прибудут завтра, — произнес ангел.

Все встали и по одному, пройдя в круг, покинули помещение. Они вернулись во внутренний дворик с колоннами.

— Мама! — закричала Юлька, скачущая в садике, и бросилась к ней.

У Марины сердце оборвалось. Юлька со всех ног кинулась к ней, радостно повиснув на шее. Маленькие ручки, животик, пухлые щечки — Марина все готова была зацеловать, забыв об Арвиле и ждущем в стороне Ияре, обнимая дочь и не веря своему счастью.

— Мама, ты так долго не забирала меня, — серьезно сказала девочка, косясь на мужчин.

— Знаю, ласточка, — Марина с благодарностью посмотрела на Арвила. — Но дядя меня привез сюда, и мы снова вместе.

Не в силах отпустить дочь, Марина взяла ее на руки, и они пошли в покои.

— Скоро конец, — произнес Арвил, глядя на Ияру.

— Завтра утром состоится совет, — произнес ангел. — На нем будут все.

Покои стояли из трех комнат. Детская с маленькой кроваткой и кучей развивающих игр, судя по тому, как Юлька бросилась искать какие-то вещи, чтобы срочно продемонстрировать, она здесь уже давно находилась. Спальня с широкой кроватью на двоих и зала для приема гостей. У комнат были большие окна с видом на водные просторы. Арвил хмурился все больше.

— Что с нами будет? — спросила Марина, имея в виду себя с Юлькой.

— Не знаю, — честно ответил ангел. — Официально вы гости, но реально…

— Мама! — в комнату вбежала Юлька с полными руками игр. Марина посмотрела на мужчин.

— Пойдем в мои покои, сейчас их время, — произнес Арвил Ияре, понимая, что из нее не лучший собеседник. — Я зайду через пару часов, тогда поговорим.

— Подожди, — произнесла Марина и, подойдя к нему, заглянула в глаза, затем тихо сказала: — Я солгала.

Он кивнул, весь напряженный, словно сжатая пружина.

— Отдыхай.

Он поцеловал ее в лоб, и они вышли.

— А почему дядя поцеловал тебя в голову? — тут же спросила Юлька.

Марина тяжело вздохнула.

Несколько часов пролетели, как пара минут. Юлька сбивчиво, кусками рассказывала, где она была, с кем играла и что делала. За ней хорошо присматривали и, судя по всему, все время играли. Ребенок был вполне счастлив и доволен. Она немного подросла и даже поправилась. Что, с ее отвратительным аппетитом и непоседливостью, было сродни подвигу.

Когда зашел Арвил, она уже сладко спала.

— Пойдем, нужно поговорить, — произнес он. — За ней присмотрят.

Марине не хотелось отходить от ребенка ни на шаг. Мимо Арвила прошла маленького роста женщина. Она поклонилась ей.

— Меня зовут Шарми Гоя. Как только девочка проснется, я сообщу.

Они прошли в соседнее помещение — покои Арвила. Там был накрыт стол.

— Хочешь есть? — спросил он, пока Марина рассматривала еду, есть не хотелось.

— О чем ты хотел поговорить? — спросила она, пройдя к окну и сев на подоконник.

— О совете, — Арвил подошел к ней и, подвинув к себе, прижал, глядя в темные воды Протеймы за ее спиной.

Марина кивнула, тягостно вздохнув в его руках. Теперь, когда Юлька была рядом, жить стало несравнено проще, но не легче.

— Послушай, я хочу, чтобы ты знала, — произнес он предостерегающе. — Может так статься, что измеры продолжат жаждать твоей крови. Им это выгодно, без защитников Овинга ничья. И ты будешь вынуждена пройти обряд отречения, чтобы выжить. Отцу это выгодно.

— Да, я понимаю, — произнесла Марина, выдавливая из себя слова, словно засохший клей.

Арвил тоже вздохнул.

— Потом ты сможешь жить при дворе, — ответил он, но эти слова ее не утешили.

Марина сглотнула, закрыв глаза. Это все никогда не кончится. Ставки сейчас были так высоки, что не хотелось дышать. Хотелось, как в детстве, задержать дыхание до синих чертиков в глазах, а потом открыть их и понять, что она пугает себя просто так.

— Неужели на планете, где возможна магия, нет волшебной палочки? — с горечью сказала она.

— Нет. На Овинге нет, — Арвил отвечал на полном серьезе.

— Мы можем сбежать? — спросила Марина, посмотрев в окно.

— Нет, — твердо произнес он. — Это цитадель в небе. И поверь, это еще не конец.

— Что будет завтра?

— Ничего хорошего, — он сглотнул, всматриваясь в ее лицо. Ей столько пришлось перенести. — Одно хорошо, у них нет ничего против ритуала Единства. Иначе бы ребенка здесь не было. И скоро все закончится. Отец применит ритуал, и они отступят.

Марина слабо улыбнулась, гладя его по широким плечам.

— Мы увидимся снова? Потом?

Арвил поднял на нее серые глаза. Завтра отец вызовет ее на поединок, и она вернется домой. Он отрицательно покачал головой.

— Почему ты тогда в квартире меня не… — спросила Марина, вглядываясь в тревожное лицо. — О чем ты думал тогда?

Арвил слегка улыбнулся, погладив ее волосы, стараясь запомнить черты лица.

— Что ты самая упрямая женщина на свете. Красивая. Бесстрашная.

— Мы не можем быть вместе? — Марине очень хотелось, чтобы он не останавливался и поцеловал ее, а потом снова и снова.

— Нет, — произнес Арвил, нежно целуя ее в висок, сжимая в горячих объятиях.

— Близкие враги, — уныло произнесла Марина. Он кивнул, чувствуя, как сердце бьющееся в его груди, стонет от гнета.

Пора было идти спать. Завтра предстоял важный день. Марина спрыгнула с подоконника и вернулась к себе. Сев у кровати ребенка, она с печалью посмотрела на мирный детский сон.

***

В белых рясах измеров с их капюшонами что-то перекликалось с одеждами ангелов. Два посла, прибывшие утром на Сугву, предстали перед собором и ангелами, не склонив головы. Серокожие, окутанные белой дымкой, они стояли перед ними, подобно победителям, а не агрессорам. Лица их были спокойны и неэмоциональны.

— Эфракахракусах, вы вторглись на территории трех народов Овинги, проводите захватническую войну против мирных земель. Наше требование — немедленно отступите и прекратите нарушать договор «Согласие пяти народов», благодаря которому ваш народ находит приют на Овинге в течение двух тысяч лет, — произнес Король Смерти.

Ангел сообщил:

— Договор, гласит, что два чужеземных народа, именуемых ангелы и измеры, могут находиться, жить и размножаться на территории Овинги, пока во главе пяти народов стоит Зеница Единства, являющийся гарантом сохранности и безопасности. Каковы причины вашей агрессивной экспансии?

— Согласие нарушено людьми, — произнес измер, посмотрев на короля Аравилата и Марину. — Мы обвиняем людей в двоевластии и геноциде.

— Поэтому вы похитили одну из принцесс Аравилата? — спросила Марина, понимая, что сейчас ей, наконец, назовут причину.

— Мы поступили так, потому что на Овинге остался всего лишь один потенциальный защитник. Мы придерживаемся нейтралитета, — нагло заявил второй измер.

— Нейтралитета?! — наместник Огня вскочил. — Вы безжалостно вытеснили нас с наших земель. Это вы называете нейтралитетом?!

— Кто он? — спросил ангел.

— Ребенок, — произнес измер. Возник гомон.

— Это гнусная ложь! — заорал Генуи. — Я защитник Единства.

— Но это не единственное нарушение договора, — упрямо продолжил измер. — Мы имеем право нарушить договор и сделаем Овингу новой землей, потому как считаем, что традиция «Единства» упразднена и утратила свои умения в защите планеты.

— Кто вам такое сказал?! — взорвался представитель народа Огня.

— У вас есть доказательства? — вторил представитель народа Леса.

— Традиция существует много веков и нерушима! — прогремел Король Смерти.

Марина, вжавшись в кресло, которое казалось огромным, смотрела на короля Аравилата. Тот смотрел по сторонам, вид его был безумным. Что-то было не так. Она перевела взгляд на Арвила. Он тоже смотрел на отца.

— Мы предлагаем мирный путь, — поднял руку измер.