Сияние алого цвета (СИ) - Задорожня Виктория - Страница 26

Она подошла ко мне, осмотрела с головы до ног, поднесла руку к шее и положила ее на ожерелье, которое купил для меня Влад под этот наряд. Сжала его, и сорвала украшение.

— Что ты творишь? — растерянно прокричала и машинально опустила пальцы на опустевший участок кожи.

— Я творю? Знай свое место, тварь! Ты всего-лишь поилка, еда! А еда не достойна таких подарков! О… А платье, я смотрю, тоже не из дешёвых… — сжала сиреневую ткань и безо всяких усилий разодрала её, превратив роскошный, вечерний наряд в непотребную материю. Мне осталось лишь придерживать остатки, чтобы не остаться абсолютно нагой. Шок от произошедшего ввел меня в полный ступор… И я успевала лишь наблюдать, как свирепствует невеста моего любимого.

— Ах, вот ещё… Какая дивная заколка в твоих волосах! — финальный штрих, и прическа рассыпалась по плечам, а шпилька, украшенная сиреневыми камнями, осталась в руке Маргариты.

— Послушай меня, девочка! Я лишь отняла то, что не должно быть твоим! И это касается не только побрякушек! Но, так как сегодня, в свете радостных событий, моё настроение располагающее, дам тебе подарочек, взамен! Вот… — она достала с заднего кармана нож и бросила его мне под ноги, как кость собаке, при этом пристально всматриваясь в мои глаза. — Надеюсь, ты знаешь, что нужно с этим делать. Поверь, для тебя это- наилучшее решение! Всё-равно твоя жизнь ничего не стоит… Так лиши же себя страданий! Потому как, если ты этого не сделаешь, то, как только я войду в этот дом хозяйкой- сделаю всё сама! Гораздо более жутким способом.

Она ухмыльнулась напоследок, брезгливо сбросила с туфли вырванный лоскут ткани, развернулась и ушла. Я присела, подобрала его… Осмотрела… Моё существование стало очень походить на эту тряпку. Когда-то она была полезной, радовала глаз… Теперь же стала ненужным мусором. Что ж, возможно, этот нож и есть решение, которое я искала…

Глава 27

Анна

— Что ты наделала… Что ты наделала? — Влад… или…чей это голос? Мама?… Это ты?…Значит, я попала в рай?… Сознание туманное, голоса спутались. Помню, как вонзила в себя нож. Вот оно, облегчение? Смерть?

— Что ты наделала, Анна?

— Мама! Это всё-таки ты!

— Дорогая, моим голосом сейчас говорят с тобой те, кто остался по ту сторону занавеса. Видишь ли, тебя там ждут…

— Нет, меня там некому ждать… Всё закончилось, и я этому рада! Словно брошенный ребенок, скитаться от туда-сюда, в поисках любви, понимания… И в итоге видеть, как все от меня отворачиваются… Не хочу!

— Дочка, разве так можно? Я же просила тебя подождать… Говорила, всё наладится!

— Не наладится! Знаешь, ведь Влад женится. А ты внушала мне веру в его любовь… Он отверг меня, и обручился с другой. Прости, но теперь мне сложно верить даже тебе…

— Я никогда не лгала тебе, Анна! А ещё, с этой стороны мне видно гораздо больше, чем тебе с той. Так что ошибки в моих словах не было. Месть застилает глаза… это оправдание его действиям. Пусть даже не то, с которым ты сможешь смириться.

— А знаешь, думаю, это не важно… Ко мне ведь приходила его невеста. После того злосчастного собрания… Даже если бы я этого не сделала, всё-равно не смогла бы выжить! Так что…

— Но ты ведь не знаешь, как могут обернуться обстоятельства. Жизнь непредсказуема! А я даю тебе подсказку… Всё наладится! Обещаю!

— Мама, слишком поздно. Я ведь уже…

— Нет, моя девочка, ты не умрешь так просто! Твоё предназначение ещё не исполнено. Только, не глупи так больше… Даже твои силы не безграничны.

— Какие силы? У меня нет никаких сил. Я беспомощная кукла… Всегда ею была.

— Ты ещё слишком многого не знаешь. Нить судьбы иногда скрывает от нас очевидное, чтобы в своё время открыть нам двери туда, куда и не надеялись попасть. Что ж, мы заболтались, дочка. Пора возвращаться.

— Мама, о чем ты говоришь?

— Анна, тебя зовут! За тобой плачут. Напоследок скажу лишь, что Влад не найдет силу там, где ищет. Передай ему, даже если сейчас он не поверит, ты должна сказать. И… Ожидай женщину, которая даст тебе ответы на все вопросы. Мне жаль, милая, но это буду не я… В загробном мире я не могу дать тебе желаемое. Всё сложится само-собой. Прощай!

— Мама!!! Мамочка? Нет… Её здесь больше нет…но, что это за голос?

Да, я явно слышу, как кто-то плачет… Зовёт меня… О чем-то просит. Похоже на голос любимого! Но, это не может быть он… Всё же, вслушиваюсь…

— Умоляю тебя, живи! Если ты сейчас уйдешь- я ничего не смогу! Не буду жить в мире, где тебя нет! Пожалуйста…

Влад?

— Мой мальчик, ты сделал всё, что мог! Теперь остаётся лишь ждать… Молись, в молитве найдешь утешение… А сейчас тебе нужно отдохнуть. Ты сутки у её постели. Я побуду с ней, а ты поешь, поспи… Если что-я позову.

Ольга Степановна?

— Тетушка, вы же слышали! Врач сказал, что при таком ранении моя кровь ей не поможет…я залил в неё уже так много… Но рана не затянулась! Что же ещё я могу сделать?

— Да, но ещё доктор сказал, что с такой раной она должна была умереть сразу! А если её сердце всё-еще бьётся- то это истинное чудо! Значит, шанс ещё есть! Кровотечение остановили… Пока что, больше мы ничего не можем для неё сделать…

Значит, я правда должна была погибнуть? Что же произошло? Приоткрыла глаза… Солнечный яркий свет, поступающий с открытого окна, неприятно кольнул по роговице. Прищурилась, поморгала…

— Анна?! Ты очнулась?! Слава Богу!!! — он ринулся со стоящего рядом стула к моей кровати, сжал в объятиях так крепко, что сдавленное место ранения разнесло тупую боль по всему телу. Тут же отстранился и коснулся рукой перебинтованной кожи, проверяя, не разошлись ли швы. — Извини… Тебе больно?… Слава Богу, ты жива…слава Богу… — вторил, как безумный, раз за разом, крепко сковав мои ладони в своих. А я… Я будто осознала свою надобность. Какое счастье чувствовать его потребность во мне!

— Девочка моя! Как же ты так… — сбоку приговаривала, не сдерживая слёзы, Ольга Степановна. — знала бы ты, как мы переживали! Доктор говорил… Да ну его, чертов шарлатан! — в несвойственной для себя манере выругалась экономка, ставшая мне родной за это время. Я думала, она не хочет больше меня видеть. Думала, никому не будет дела… — Как же замечательно, что ты жива!

Я сидела на кровати, наслаждаясь заботливыми касаниями любимого, счастливыми вскриками тётушки, и вдруг поняла, что, не важно как, почему… Просто хорошо, что у меня ничего не получилось!

Вскоре Ольга Степановна нас оставила, аргументируя свое отсутствие необходимостью самолично приготовить для меня целебный куриный суп, по рецепту её прабабушки. Только дверь закрылась с обратной стороны- Влад пересел ко мне на кровать, ещё крепче сжал руки и уставился яростным взглядом…

— Анна, зачем ты это сделала?

Серьёзно? Это его вопрос? И он действительно хочет услышать ответ?

— Я всё тебе объяснила ещё тогда… — опустив голову, осмотрела собственноручно нанесённую рану. — Можешь считать меня кем угодно, но я вплоть до теперь люблю тебя! Несмотря ни на что. Покорно терпела твое отношение, каким бы оно не было. Сносила любую, причиненную тобою боль… Просто, была готова на всё ради человека, ставшего мне жизнью…Но в этот раз. Наверное, не смогла смириться с мыслью, что ты женишься на другой. Не смогла понять, как выжить в мире, где твоя супруга будет мешать меня с грязью, пока вы вовсе не решите от меня избавиться. И решила избавить себя от неминуемых страданий…

Влад сменил ярость во взгляде на безграничное отчаяние, боль… Похоже, что он хотел сказать мне о чем-то, но промолчал. А я не рискнула спрашивать. Боялась снова столкнуться с реальностью. Ведь помолвка состоялась… В действительности, ничего не изменилось. И, как бы ни хотелось верить маминым словам, сейчас, за этим мгновением тепла и счастья, я вижу безысходность…

— Анна, мне нужно отойти за врачом. Тебя нужно осмотреть.

Не знаю, что двигало мной в тот момент, но я будто боялась его упустить. Схватила крепко холодные руки, уставилась умоляющим взглядом.